Глава 33

– Когда мне можно будет выходить из дома? – я сижу, откинувшись на широкую грудь, между мускулистыми бедрами. Подцепив пену, строю из нее башенки на коленях Молотова.

– Пока это опасно, – он лежит, закинув голову на бортик ванны, расслабленный и спокойный, но я чувствую, как мне в поясницу упирается уже твердый член. Осознание, что, несмотря на случившееся немногим меньше часа назад, он все равно хочет меня, поднимает мою самооценку.

Подружки говорили, что у мужиков к сорока годам с эрекцией появляются проблемы. Но кажется, они выбирали не тех мужчин, потому что у Рэма, по моим наблюдениям, прибор мгновенно становится готовым к бою, стоит мне приласкаться к нему.

– Я же не могу жить вечность взаперти. Я не пленница, верно? – намеренно ерзаю, чтобы потереться о каменеющий ствол.

– Луна, – шипит он. – Тебе пока больше нельзя. А я могу не сдержаться.

– Ну, я могу другими способами решить эту проблему, – оборачиваюсь к нему, бросая игривый взгляд.

– Маленькая развратница, – перекидывает мои волосы через одно плечо, целуя в шею и накрывая мою грудь ладонями, что полностью скрывают под собой мою двоечку. Он ласкает ее и сжимает соски, которые, несмотря на горячую воду, мгновенно стягиваются в пики. – Поверь, малыш, как только тебе будет можно, ты у меня из постели вставать не будешь, а если и встанешь, то ноги вряд ли будут тебя держать.

– Хочешь сказать, что затрахаешь меня? – спрашиваю и тут же краснею. Кто бы мог подумать, что я могу быть такой развратной.

Стоило подружкам или парням заговорить на откровенные темы, и мне становилось не по себе. Хотелось выйти за дверь, чтобы этого не слышать. А когда мой парень пытался вести со мной грязные разговорчики, стараясь раскрутить на секс, то это лишь сильнее отталкивало меня.

Но рядом с правильным мужчиной, с тем самым, от которого все внутри замирает в сладостном предвкушении и чьего взгляда достаточно, чтобы я вспыхнула как спичка, я сама превратилась в девицу с грязным ртом, которая мечтает о том, чтобы ее как следует наказали.

– О да, малыш! Теперь тебе придется справляться с тем, что ты натворила, – подается бедрами вперед, чтобы ствол оказался между моими ягодицами.

– Рэ-э-эм, – протягиваю я, когда он сильнее крутит мои соски, заставляя лоно пульсировать.

Хочу наплевать на то, что у меня еще свежая рана и лучше пару дней повременить с полноценным проникновением, но желание лишает рассудка. Я готова оседлать его немедленно. Но когда приподнимаю таз, Молотов останавливает меня, фиксируя в прежнем положении. Обхватив меня одной рукой под грудью, опускает вторую на пульсирующий и раздраженный прежними ласками комочек. Сегодня его терли столько раз, что кажется, теперь у меня там образуется мозоль.

Рэм медленно двигает меня вверх-вниз, так, чтобы его член терся между моими ягодицами.

– Рэм, давай внутрь, – теперь мне мало таких игр. Я хочу чувствовать его внутри себя, хочу дарить ему настоящее удовольствие.

– Не сегодня, малыш. Вернусь через пять дней, и тогда у нас не будет ограничений, – покусывает он мою шею и плечо, мгновенно зализывая укусы.

Я закидываю руку за голову, обнимая мужчину за шею, и поворачиваюсь к нему, отыскивая губы и влажно целуя его, посасывая язык, словно это член.

– Возьми меня с собой, Рэм, – целую его снова, ерзая на каменном члене и норовя соскользнуть так, чтобы все-таки насесть на него. – Я умру, если узнаю, что ты там был с другой.

– Глупая, – усмехается он. – Как я смогу смотреть на других, когда меня дома ждет такая маленькая развратница, от одной мысли о которой у меня сносит башню.

– Не боишься, что меня у тебя уведут, пока ты где-то катаешься?

Молотов замирает, а затем резко приподнимает меня, помещая так, чтобы я оказалась лицом к нему, лежа грудью на его торсе.

– Даже не смей шутить так, поняла? – глаза его темнеют, и он блуждает взором по моему лицу, сжимая ладонью щёки. – Если выкинешь что-нибудь вроде твоей голой выходки перед камерами, то узнаешь меня с той стороны, которая тебе не понравится, – сейчас в его взоре нет и намека на ласку. Только абсолютное и непоколебимое доминирование. И я понимаю, что пока не готова встретиться с его темной стороной.

Хочу его ласки и любви и совсем не хочу наживать себе врага в лице своего единственного и любимого мужчины.

– Зачем мне это теперь? – говорю на полном серьезе. – Ты меня заметил и сделал своей. Больше мне нет нужды прибегать к детским выходкам.

– Хорошо, – чуть спокойнее говорит он и устраивает меня так, чтобы я терлась клитором о его эрекцию, ерзая по всей длине ствола. – Я не хочу в тебе разочаровываться.

– Я тоже, – обвиваю его шею руками и растворяюсь в поцелуе.