Глава 36

– Луна, к тебе Сафин, – спустя пару дней после той отвратительной встречи Зоя оповещает меня о новом визите Марата.

– Я не хочу его видеть, – на этот раз я более чем уверена в своем решении.

– Он настаивает! – говорит она сдержанно, но я прекрасно вижу, что ей не по душе эти визиты.

С тех пор как я поселилась в спальне Рэма, она стала ко мне теплее относиться. Но из-за назойливого Сафина снова кидает на меня подозрительные взгляды.

– Охрана его пропустила – значит, Рэм Виленович разрешил, – из ее уст это звучит как осуждение.

Значит, разрешил ее босс, а виновата я?

– Мне плевать, – не собираюсь выбирать выражения. Если меня не понимают с первого слова, то, видимо, я выражаюсь на непонятном языке.

– Так что ему сказать?

– То, что я его услышала и если я решу связаться с ним, то на этот случай у меня есть его номер.

– Поняла, – удовлетворенно отвечает она и оставляет меня одну комнате.

После того чертового разговора я снова потеряла сон и покой.

Я опять подозреваю Рэма, думая о том, что это он убил папу. И если не он, то с его подачи. Иначе как так вышло, что он захватил наши заводы?

Но потом тут же злюсь на себя.

Для чего тогда ему я, если он уже все подмял под себя? И что он там говорил про обещание, данное отцу, позаботиться обо мне? Молотов не из тех людей, что разбрасываются словами.

Чем больше думаю обо всем этом, тем сильнее сомневаюсь в достоверности того, что поведал мне Сафин. И пока не разберусь, кто именно говорит правду, ничего предпринимать не стану.

Но Марату удалось посеять во мне зерно сомнения.

Я снова начала рыть информацию на всех, кто был на папиных похоронах и нашей помолвке. И большая часть имен пересекается.

Если бы я знала наверняка, кто пытался убить меня, то все встало бы на свои места. Но на этот вопрос Марат отказался мне отвечать. И я не вижу смысла с ним встречаться до тех пор, пока не отыщу подтверждения его информации.

Прохожу через холл на втором этаже и осторожно выглядываю из-за шторы, наблюдая за тем, как Сафин топчется у машины.

Будто почувствовав мой взгляд, он резко поднимает голову и безошибочно находит окно, через которое я смотрю на него.

Тянется в карман за смартфоном, и в следующее мгновение мой гаджет начинает вибрировать у меня в кармане.

Смотря ему в глаза, я считаю трусостью не принять вызов и нажимаю на зеленую кнопку.

– Здравствуй, Марат, – говорю.

– Луна, здравствуй! Значит, отказываешься встретиться, – твердо говорит он.

– Все верно.

– Не веришь мне, значит.

– У меня нет оснований тебе верить, – отвечаю максимально прямо, не собираясь играть по принятым правилам, где нужно лгать и изворачиваться.

– А что, если я пришлю доказательства?

– Зачем тебе это? – начинаю злиться. – Кажется, Молотов тебе доверяет. А ты за его спиной плетешь интриги. Не боишься, что я сдам тебя? Твой отец вообще в курсе того, что ты пытаешься провернуть?

– Есть такие ситуации, когда совесть не позволяет просто задвинуть ее в дальний угол.

– Что-то сомневаюсь, что ты сильно к ней прислушивался раньше, – я примерно представляю то, чем занимаются люди из окружения Молотова.

Слышала обрывки фраз охранников, да и то, как решаются многие вопросы, не оставляет сомнений в том, что все они замешаны в чем-то криминальном.

И теперь я даже почти уверена, что и мой папа не был законопослушным гражданином.

Но до тех пор, пока его не убили, я очень злилась, если кто-то называл его бандитом. Я всегда считала, что это лишь человеческая зависть. Потому что папа вел честный бизнес, держал в своем окружении только красивых и хорошо воспитанных людей, занимался благотворительностью и вообще был образцом для подражания. Поэтому я настолько оказалась не готова к тому, как он погиб, что первое время не до конца понимала, что он был замешан в чем-то нелегальном. Иначе для чего его убийцам охотиться на меня? Или все же это домыслы и им нужен был лишь его бизнес для отмыва денег?

– Не звони мне больше. Если я решу, что хочу узнать твою версию, то я тебя наберу, – сбрасываю вызов и жду, когда он наконец уедет.

Когда Сафин садится в машину, мой телефон снова вибрирует. Я уже хочу раздраженно прикрикнуть на Марата, что подобным действием он лишь сильнее нервирует меня, как вижу заветное имя из трех букв.

Сердце пропускает удар, а затем скачет галопом.

– Алло, – мгновенно принимаю вызов.

– Привет, принцесса, – раздается в динамике хриплый голос, при звуке которого я забываю обо всех подозрениях. – Собирайся, Луна. Я еду за тобой, – его голос звучит спокойно, но я чувствую напряжение.

– Двадцать минут. Поторопись, малыш, – сбрасывает он вызов, оставляя меня в полной растерянности.