Глава 29

Дина

Я встаю и уверенным шагом направляюсь в кабинет Льва. Он следует моему примеру. Лев входит первым и поворачивается ко мне со взволнованным лицом. Я полагаю, что мы достаточно далеко от Леры, чтобы она могла нас услышать.

- Дина, - спрашивает он, - что-то не так, да? Скажи, что случилось? Послушай, я не знаю, что я не так сказал, но я вижу, что на тебя что-то снова нашло, как тогда…

Я смотрю на него, теперь меня трясет, как будто от холода. Я не могу больше ждать. Я должна узнать правду. Прямо сейчас!

- Ты выглядишь так же, как в тот вечер, когда мы поссорились. Я не хочу ни к чему тебя принуждать, Дина, и ты мне ничего не должна объяснять. Если тебе неприятна вся эта история с Ирой, то ты не обязана участвовать…

- Ты можешь рассказать мне, что на самом деле произошло между тобой и моим отцом? - говорю я.

Ну вот и все.

Меня увольняют, он забирает свои слова обратно, я только что сожгла свою прекрасную жизнь дотла.

Лев кивает, напряженно и сурово.

- Ты права, Дина. Ты имеешь право знать все. Сначала я хотел больше не обсуждать это, но ты заслуживаешь того, чтобы услышать от меня все, что произошло, без прикрас. Ты взрослый человек и все поймешь. Я даже могу показать тебе все документы, которыми я располагаю.

Я ошеломлена.

Я не знаю, что сказать.

- Я подготовлю все к понедельнику, а пока... - он протягивает руки, но я отмахиваюсь.

Он делает шаг назад.

- Никаких «а пока», Лев. Мой отец умер заключенным из-за этой истории. Твоя собственная жена и моя мать погибли из-за этого. Я больше не знаю, во что верить, и я очень хочу доверять тебе. Но я не смогу тебе доверять на сто процентов, если мы не поговорим об этом. Я не спрашивала тебя раньше потому, что была уверена, что сама во всем разберусь. Наконец-то я задаю тебе вопрос напрямую и жду честного ответа. Итак, - я глубоко вдыхаю, вздрагиваю и испускаю самый долгий в мире выдох раздражения. - Зачем ждать до понедельника, Лев? Почему бы просто не обсудить все прямо сейчас? Мы зашли так далеко, что пути назад нет. Некуда отступать.

Лев кивает с серьезным выражением лица и протягивает ко мне раскрытые ладони.

- Я все расскажу тебе, Дина. Но что бы ты ни услышала, я хочу, чтобы ты смогла увидеть это своими глазами. Я тоже считаю, что между нами не должно быть секретов. И да, ты права, мы оба потеряли близких людей.

Его лицо, обычно такое суровое, немного смягчается.

- И мы никогда не сможем их вернуть. И Лера никогда больше не обнимет свою мать.

Мы замираем на мгновение и просто смотрим друг на друга. Я на мгновение отвожу от него взгляд и смотрю на компьютер на столе позади него.

Затем меня будто поражает удар молнии, и кровь отхлынула от моего лица.

Флешка!!!! Вот, что я забыла!

Внезапно меня охватывает чувство, похожее на болезненный приступ. Мысли путаются, голова раскалывается от боли. Я оставила свою флешку с полными копиями всех файлов в его компьютере! Флешку, которую он неизбежно увидит в следующую секунду. Он вероятно, еще не видел, потому что нечасто заходит в свой домашний кабинет и редко пользуется этим компьютером.

Вот черт!!!

Лев все еще смотрит на меня и, должно быть, уже заметил, что я бледная как будто привидение увидела.

- Ты в порядке? Что случилось?

Как я позволила этому случиться?!

Я замираю. Каждая секунда молчания создает все большее напряжение, и внутри у меня все сжалось от испуга и неожиданности.

- Дина???

Я инстинктивно открываю рот, чтобы ответить.

Лев смотрит прямо на меня. Я смотрю прямо на него. И вся радость, и надежда во мне угасли, как горячие угли в ледяной воде, и пар затуманил мой разум.

Он морщит лоб и кладет руку мне на плечо. Мой взгляд как магнитом притянут к флешке, которая осталась торчать из порта. Она небольшого размера, не бросается в глаза, поэтому он до сих пор просто не обратил на нее внимание.

Лев поворачивает голову, чтобы проследить за моим взглядом.

- Погоди, а это что такое ?

Он убирает руку с моего плеча и поворачивается к компьютеру.

Ну почему я такая забывчивая???!!!

- Что это за флешка в компьютере? Дина, ты знаешь, откуда она взялась?

Этому есть объяснение, и я не могу больше молчать. Его льдисто-голубые глаза снова смотрят в мои, и он надвигается на меня. Никакого гнева, только замешательство.

- Я скажу тебе, что это такое.

Он, кажется, застигнут врасплох. Я все еще могу замолчать и не признаваться. Но я этого не сделаю.

- Это моя флешка, я скопировала все твои документы. Я собирала материалы…

- Что-что?!

На его лице написано негодование, шок захлестывает его, как потоп, и что-то темное, горящее внутри меня, только что вспыхнуло.

- Я пыталась узнать все, что могла, потому что мне... мне нужно знать, что произошло на самом деле. Я хотела узнать, что на самом деле случилось с моим отцом.

- На самом деле??? На самом деле, Дина???

Его плечи расправлены, он выглядит уверенным и ни одной мышцей на лице не ведет.

- Тогда почему ты просто не спросила меня? В чем смысл этого шпионажа? Поэтому ты всегда такая недоверчивая? Я все тебе отдал, все сделал для тебя, а ты даже спросить не могла? Я что, когда-либо тебя обманул или скрыл что-то? Что это за слова такие: «на самом деле»???

Я никогда не видела Льва Абрамова сердитым. Но он очень быстро становится таким, как будто в полную силу осознает то, что я а за ним шпионила, и это его поражает.

- Это сделал твой отец! Он отмывал деньги. Его крыша пригрозила мне расправой, чтобы я молчал в суде. Я не испугался их, и в результате стрельбы погибли моя жена и твоя мать. Все из-за того, что ОН сделал, Дина. Не я! Эти подозрения можно выслушать от кого угодно, но слышать это от тебя просто невыносимо! На что ты намекаешь?

- Намекаю?! Мой отец был невиновен! На что ТЫ намекаешь?? Я в шоке! Я в шоке от того, какой ты двуличный! Несколько месяцев я специально встречалась с тобой, чтобы вывести тебя на чистую воду! Ты такой подонок, что даже жену свою не пощадил!

- Специально встречалась? Так ты трахалась со мной, оставалась у меня дома, сидела с моим ребенком только из-за этого??? И как это я не пощадил жену, Дина? Ты что вообще несешь? Чего ты добиваешься??? Что ты творишь?

Он в отчаянии разводит руками и отходит, опирается на стол. Потом он быстро поворачивается, чтобы посмотреть прямо на меня, и низким, грубым голосом говорит

- Пошла вон! Между нами все кончено. Если это действительно то, чего ты добивалась все это время, Дина, ты больная. И тебе нужна помощь психиатра, если ты так видишь все те события. Мои показания были честным поступком, и это не должно было стоить кому-либо жизни... Если ты действительно винишь в этом меня, тогда...

- Не веди себя так, будто я не знаю, что ты сделал! Это ты все делал, а вину свалил на отца! - Я сжимаю кулаки и кричу. - С меня хватит! - Я топаю ногой. - Я ухожу!!!

Он потрясен, он ошеломлен, он полностью поворачивается ко мне, раскрыв ладони и нахмурив лоб. На его лице ужас и растерянность, но я выхожу из комнаты. Я иду к двери и хлопаю ей за собой. Должно быть, в последний раз.

Я стою на улице и не знаю, что делать: то ли пожать себе руку от гордости, то ли расплакаться. Я сажусь в такси, и пишу длинное сообщение, пересказывающее всё, что только что произошло, Оксане. Я отправляю ей абзац за абзацем, и она наконец отвечает. Ответ Оксаны короткий и по делу, как всегда.

Оксана: Боже мой, какой ужас! Давай встретимся и поговорим. Неужели он так и сказал тебе???

Дина: Мы можем встретиться сегодня вечером? Я просто в отчаянии и не знаю, что делать дальше, Оксан.

Дальнейшая дорога домой в такси прошла для меня, будто в тумане.

В этот вечер мы с Оксаной встретились в маленьком баре неподалеку от ее квартиры, и здесь сегодня довольно многолюдно.

Конусообразные металлические светильники отбрасывают вокруг нас мрачный свет, вызывая у меня чувство клаустрофобии. Но тепло и шум помогают мне отвлечься от того, с чем я столкнулась сегодня.

- Значит, он выгнал тебя, да? Странно. Я думала, что он мог иначе воспринять всё это или просто попытаться уйти от твоих обвинений, выкрутиться. Но тогда зачем говорить, что он что-то покажет тебе позже? Как-то все странно.

- Я не знаю! Возможно, он специально время тянул. Может быть, он и не собирался мне ничего показывать, а хотел продолжать использовать меня как няньку и молоденькую игрушку для секса! И заодно Ирку эту отшить. Я даже не знаю, как я с самого начала могла доверять ему? Вот честно, Оксан.

Я вздыхаю и уныло потягиваю вино.

- О чем я думала, где были мои глаза?? Вот так вот, лечь в постель с врагом. Я сама себя наказала. Образно говоря, ты понимаешь, о чем я говорю, - я краснею и качаю головой.

Это так глупо, что мне хочется смеяться, и так тошно, что хочется плакать.

- Когда мужчины ведут себя так бурно, выходят на эмоции, обычно есть причина. Это не просто так, - отвечает Оксана.

Она - настоящий маяк света среди этой тьмы и шумной толпы.

- У меня ведь есть номер его друга, Семёна Петровича. Он дал мне его тогда, в галерее. Может быть, мне встретиться с ним и поговорить? Спросить, кто виноват на самом деле и что он знает по этому поводу?

- И что это даст? Какой смысл? - спрашиваю я. - Он просто будет защищать своего друга.

Оксана пожимает плечами и с улыбкой смотрит на меня.

- Хоть что-то да даст. А это лучше, чем ничего, - говорит она. - Если он будет защищать друга, то мы поймем, что они врут. А вот если он удивится, тогда… А сейчас успокойся хоть немного и постарайся взять себя в руки. Что-то подсказывает мне, что ты ещё не в последний раз видела своего Льва.

- Ох, как бы я хотела! - восклицаю я, жестикулируя и прикладывая руку ко лбу. - Ну да, что бы Семён не сказал тебе, это будет уже что-то.

Я смеюсь над тем, насколько глупым кажется весь этот разговор по сравнению с тем, какими разрушительными были события этого дня. Правда в том, что моё сердце разбито, и всё внутри разрывается на части. Даже когда я поняла, какой Паша ужасный человек, это не было так больно, как сейчас. Эта физическая боль, прямо в груди, кажется, вот-вот разорвёт меня на части.