Глава 8

Лев

Я просыпаюсь от яркого солнечного света, бьющего в окно. Голова трещит, мне срочно нужно выпить кофе.

Настал новый день моей жизни, идеальной жизни, которой я не могу полноценно наслаждаться, понимая, что мне не с кем ее разделить. Прошло четыре года с тех пор, как умерла моя жена Марго. Точнее после того, как ее убили… После того, как я в суде рассказал все о Васнецове и его подельниках, они отомстили мне, дали понять, что никто не выйдет из этой истории победителем.

Это был обычный солнечный день. Моя жена Маргарита вместе со своей подругой Инессой Васнецовой, несмотря на судебный процесс, чтобы немного отвлечься, отправились за покупками по магазинам. Прямо посреди улицы они были жестоко убиты. Какая-то тварь застрелила их. Если бы я тоже был там, то Лера осталась бы сиротой, как дочь Васнецовых.

Иногда я задаюсь вопросом: не это ли самое жестокое наказание для меня - жить и каждый день возвращаться в дом, где ее нет? Я пытаюсь убедить себя и говорю другим, что со мной все нормально, что боль утихла и я живу дальше. Только правда в том, что, когда я добился справедливости, моя жизнь пошла под откос. Конечно, все деньги мира и власть не смогут вернуть мне мою жену. Но я могу сделать лучше жизнь нашей дочери, и, более того, жизнь других людей тоже. Это достаточная мотивация для того, чтобы вставать по утрам и продолжать жить дальше.

После того, как я увидел картины Дины, во мне что-то зажглось. Этот воин, такой серьезный, задумчивый. О чем он думает? Что собирается делать дальше? Ждет ли его кто-то дома? Где его дом? Почему-то в вымышленных мирах все гораздо интереснее.

Я пью кофе, сидя на кожаном диване, спиной к окну. Я люблю проводить время здесь. Передо мной расположены несколько мониторов, на которые выводятся изображения с камер видеонаблюдения, расположенных по всему дому. Работая с недвижимостью, я видел много разных квартир и домов, оснащенных по последнему слову техники, и собрал все самое лучшее у себя, включая систему управления «умный дом». Разумеется, потратив на это огромную сумму.

Мои мысли снова возвращаются к Дине. Она хорошая, добрая девушка, в этом нет сомнений. Как жаль, что она осиротела тогда. Я знаю ее почти с рождения, помню ее совсем девчонкой… именно поэтому, наверное, я испытываю к ней что-то. Может, это отцовские чувства? Или…? Нет, Абрамов. Тебе надо остыть. Даже не думай в ту сторону. Естественно у тебя возникли теплые чувства, когда ты увидел ее. Ты же знаешь ее с детства, как могло быть иначе?!

В галерее мне показалось, что она откажется от моего предложения, и я забеспокоился, не было ли мое предложение чересчур поспешным. Но потом она согласилась, и мы даже обсудили детали по телефону. Я жду ее у себя с минуты на минуту.

Как все-таки ужасно, что так сложилась ее жизнь! Ее отец - уголовник и негодяй… Я должен был догадаться, что он делает что-то незаконное, и что есть кто-то влиятельный, кто его прикрывает. Но я тогда доверял ему.

Раздается звуковой сигнал, и я понимаю, что Дина ждет внизу у входа. Я ставлю чашку, поправляю закатанные рукава белой рубашки, бросаю на себя беглый взгляд в зеркало и направляюсь к двери. Конечно, я мог бы просто сказать охране, чтобы ее впустили и проводили, но мне приятно встретить ее самому в первый раз, как дорогую гостью. Я приближаюсь к мощной бронированной входной двери. Охранная система реагирует на мое приближение благодаря брелоку в моем кармане и замок разблокируется автоматически. Спустя секунду я открываю дверь и вижу Дину.

Я в очередной раз поражен ее красотой. Она так быстро повзрослела, ее фигура стала еще более женственной и выглядит она потрясающе. Заметив ее в галерее, я словно первый раз взглянул на нее, как на женщину. Очень привлекательную женщину, надо сказать. Старый дурак! Тебе лучше бы воспринимать ее как племянницу, но моя мужская сущность мне этого не позволяет. И на это я стараюсь не обращать внимания изо всех сил.

На ней черные туфли, широкие брюки и голубая рубашка, пара верхних пуговиц которой расстегнута так, что видно декольте. Эта девушка выглядит элегантно и сексуально одновременно. Она, безусловно, превратилась в очень красивую молодую женщину. Я помню ее в четырнадцать лет, с двумя косичками и платьем с оборками. Позже, когда ей исполнилось восемнадцать, я не мог не замечать ее появившиеся женственные формы, но отгонял от себя подобные мысли, напоминая себе, что она дочка моего друга и партнера.

Определенно, думать о ней в сексуальном контексте было запрещено не только из-за ее возраста. Но ее яркие зеленые глаза и длинные темные волосы в сочетании и озорным характером - это как раз то, мимо чего не сможет пройти ни один мужчина, и я понимал тогда, что она вырастет сердцеедкой. Сейчас, когда ей уже за двадцать, передо мной стоит уже не маленькая девочка, и, может быть…

- Дина! Прекрасно выглядишь! Заходи! - говорю я, чувствуя себя немного неловко.

Я ничего не могу с собой поделать - она такая потрясающая, что не передать словами. То, что я на самом деле думаю, глядя на эту красивую девушку - слишком рискованно говорить, а может даже и думать.

Я замечаю, что она чуть ниже меня ростом как раз, как мне нравится. Мне хочется подойти ближе и прикоснуться к ней, но я не могу позволить себе этого. Она все еще недоступна, несмотря на свою красоту и обаяние. Прошлым вечером я был рядом с ней, и ее пронзительный взгляд пленил меня, как никогда раньше. Огненная, жгучая, манящая женщина, на которую мне не терпится взглянуть еще раз.

В её глазах пылает пламя. Я замечаю, что она о чем-то размышляет. Интересно, о чем? Я бы многое отдал сейчас, чтобы узнать, что у нее на уме. Все, что она думает о мире, обо мне...

Я останавливаю себя. Так, она здесь, чтобы заботиться о моей дочери! Я отступаю назад и жестом приглашаю ее войти. Дина улыбается, как мне кажется, несколько фальшиво, и входит.

Я бы хотел, чтобы она расслабилась. Вчера вечером на выставке она показалась мне довольно напряженной. Она сложная натура. Но разве может быть иначе? Детство у нее было довольно безоблачным, а потом она узнала, что ее отец был алчным до денег проходимцем, и в одночасье потеряла мать. Это не проходит бесследно. Я уверен, что в ней больше доброты и искренности, чем кажется на первый взгляд, но жизнь серьезно переломала ее. Надеюсь, мое присутствие поможет ей вспомнить о старых временах только хорошее, а не плохое. И наоборот. Я надеюсь, что не буду прямо сейчас вспоминать, почему Рита больше не со мной и Лерой.

Мы проходим через прихожую в гостиную. Дина восхищается моим домой и интерьером, я рассказываю ей о том, сколько души вложил в него, и предлагаю чашечку кофе. Она охотно соглашается, а затем мы располагаемся на большом диване, чтобы обсудить подробные условия ее работы.

Я расспрашиваю ее о том, чем она занималась с тех пор, как мы виделись в последний раз. Она рассказывает об учебе в Парижской академии искусств и возвращении на родину после окончания, но не вдается в подробности личной жизни. Она милая, рассудительная и умная. Я по-прежнему убежден, что она отлично подходит Лере в качестве няни. Когда мы разговаривали по телефону, она показалась мне довольно сдержанной и скрытной в отношении своей жизни. Интересно, о чем она умалчивает? Я хочу узнать все ее секреты, понять, что движет ею. Ладно, надеюсь, мне удастся сделать это со временем

- Итак, а где же Лера? - спрашивает Дина.

- Пойдем, - отвечаю я, махнув рукой.

Мы встаем и выходим из гостиной. Мы проходим мимо кухни и, наконец, тихо входим в детскую.

Три стены в комнате Леры выкрашены в розовый цвет, а четвертая - в темно-синий, на ней изображена карта звездного неба.

- Она сейчас спит, - шепчу я, указывая на свою малышку, свернувшуюся калачиком в кроватке, - Я взял отгул на целый день, чтобы побыть с ней и …

Мой телефон вибрирует. Я просовываю руку в карман и достаю его, чтобы посмотреть, кто звонит. Разумеется, это из офиса.

- Никогда тебе не будет покоя, если ты занимаешься бизнесом, - сказал я вслух, одергивая руку. - Они даже простые переговоры не могут провести без меня, чего я от них ожидал? Ладно, хрен с ними. Справятся как-нибудь.

Я мысленно одергиваю себя, когда понимаю, что пялюсь на аппетитную задницу Дины, когда та оглядывает комнату. Увидев Леру, она улыбнулась, и в ее улыбке было что-то теплое и материнское. Дина обладает несомненным обаянием, и не только из-за материнской теплоты. В ней есть определенная сексуальная привлекательность, которую трудно игнорировать.

- Ну, а теперь пойдем, - мягко говорю я, подзывая ее к себе. Мы вошли в комнату не заметив, что на полу множество кубиков, деталей конструктора и кукол, и едва не наступили на них. - Пойдем, я пока покажу тебе весь дом.

Я осторожно закрываю дверь в комнату дочери и быстро поворачиваюсь лицом к Дине, но спотыкаюсь и чуть ли не теряю равновесие, наткнувшись на нее. Я осторожно прикоснулся к ее теплому, мягкому телу, и она быстро отпрянула.

- Прости, прости! Тебе не больно? - говорю я с извиняющейся улыбкой, поворачиваюсь и почесываю затылок, - Не думал, что ты так близко стоишь. У Лерки тут черт ногу сломит. Идем дальше?

Глаза Дины снова пронзают меня насквозь. Вчера я уже видел этот ее взгляд на выставке. Правда, мне трудно понять, что он значит. Но этот взгляд чем-то похож на взгляд Иры, она также смотрела на меня, когда мы только начинали встречаться. Правда, после этого мы обычно занимались сексом. Неужели Дина тоже…? Стоп. Лева, остановись. Говорю я сам себе. Трахаться с няней своего ребенка хреновая идея. А трахаться с девочкой, которая выросла у меня на глазаха - это уж вообще перебор.

- Ничего страшного, идем, - коротко отвечает Дина.

Она слегка дрожит, и я замечаю, что блузка у нее слишком тонкая, к тому же на улице шел дождь.

- Динка, ты так легко одета. Наверное, замерзла? Я могу включить обогрев.

Я веду нас обратно в гостиную и достаю пульт дистанционного управления от «умного дома» из книжного шкафа. На полке стоит портрет с моим довольным улыбающимся лицом. Конечно, никому и в голову не придет искать пульт за моей физиономией. Я усмехаюсь про себя при этой мысли.

- Да, - говорит Дина. - Буду вам за это благодарна.

Я увеличиваю температуру на четыре градуса.

- Спасибо, - говорит она извиняющимся тоном. За что она извиняется?

Она смотрит на стеклянный столик в центре комнаты, на котором стоит антикварная ваза. Она всегда полна пионов в память о Марго. Это были ее любимые цветы. Дина поворачивается к полкам и окидывает взглядом ряды книг и стену с мониторами.

Я осторожно направляю ее к кухне позади нас.

- А здесь у нас кухня! - я широким жестом показываю на мраморный островок, который отделяет кухню от гостиной. - Для мяса отдельный холодильник и морозильная камера. Второй холодильник для всего остального. Кроме вина, конечно! Вино хранится в винном шкафу. Еду готовит повар, продукты привозит доставка. Так что тебе не нужно будет ничего готовить самой. Просто позаботься о моей маленькой Лерочке. Она очень добрая и воспитанная девочка, но, как и все дети в три года, иногда бывает совершенно несносной. Время от времени ее нужно будет возить на кружки и развивашки, а потом забирать обратно. Сразу предупрежу, что у нас по всему дому камеры, даже в комнате Леры. Ты можешь скачать приложение на свой телефон и получить доступ к просмотру всех камер. Так, на всякий случай… Еще смотреть можно на моем компьютере, в кабинете.

Дина, похоже, очень заинтересовалась этим.

- Да, я заметила мониторы, когда мы проходили мимо, и хотела спросить: они охватывают весь дом полностью или только какие-то комнаты? Есть ли звук? - Дина начинает задавать вопросы со знанием дела.

- А пойдем, я тебе все покажу, - говорю я, кивая.

Мне нравится, что она интересуется технологиями - я знаю не так много женщин, которые разбираются в них так же хорошо, как мужики.

Мы входим в кабинет и подходим к компьютеру, стоящему на столе вдоль стены.

Дина облокачивается на стол, а я наклоняюсь над ней и кладу левую руку ей на плечо. Другой рукой я указываю пальцем на мониторы, на которых выведены изображения из разных комнат в доме. Дина, как я замечаю, не отдаляется от меня. Я смотрю вниз и вижу соблазнительную, гибкую женщину с вьющимися темными волосами. Я чувствую ее аромат, и мои мысли уносятся в самые пикантные места, где ее сочная круглая попка так близко к моему члену. Будь осторожен, Лёва! Это может плохо кончится. Я уже наполовину возбужден и становлюсь еще тверже - это нехорошо. Я пытаюсь придумать что-нибудь - что угодно - чтобы предотвратить свою эрекцию. Я принимаю мудрое решение сделать шаг назад, но слишком поздно. Она отступает первой и натыкается на меня.

- Ой, прости, - говорю я, потирая затылок и отворачиваюсь, когда вся ситуация становится более чем очевидной. Интересно, заметила ли она мою эрекцию?

- Извините, Лев Анатольевич, мне пора, наверное, уже пора, - торопливо говорит она, ее голос дрожит. - Расскажете все остальное подробнее в мой первый рабочий день, ладно?

Я открываю рот, затем закрываю его, как бы невзначай сую руку в карман, а она спешит прочь, не дожидаясь ответа. Я смотрю ей вслед и восхищаюсь формой ее попки, подчеркнутой брюками, которые на ней надеты. Изгибы ее фигуры остаются в моем сознании, когда я размышляю о своих ощущениях и вспоминаю ее еще долго после того, как она ушла.

- Папа? - говорит Лера, дергая меня за рукав. - А на что ты смотришь?

Я возвращаюсь в реальность, оглядываюсь вокруг и вижу, что моя дочь уже встала и стоит рядом со мной.

- Ни на что, котенок, - рассеянно бормочу я, поднимая дочь на руки. - Папа просто задумался.