Глава 3

— Не твое дело, Кирюх. Не доросла ещё мне нотации читать. Свою меру знай и уже хорошо будет, — от малявки явно несло спиртным. И мне это не нравилось. Потому что она Игорева дочка. Потому что её по пьяни чуть не раскатал какой-то прыщавый мажор. И ведь ладно б по обоюдному согласию. Это она сейчас мне в глаза заливает про “хотела очень”. Я же слышал своими ушами: заднюю дала, а пацан тот уже все — кровь с мозга в штаны спустил. Вроде не мое дело, а хотелось снять ремень и отходить ее хорошенько, раз Игорь не сподобился вовремя.

Чтобы как-то успокоить злость, я стал смотреть в серое, грязное небо. От городской подсветки оно вечно маралось, как тряпка уборщицы в супермаркете. Никогда не было ни насыщенно синим, ни мерцающим. Я снова перевел взгляд на боевой раскрас Игоревой пигалицы. Тоже измазалась клубным светом и этими безмозглыми прожигателями жизни. А все туда же: кайф ей обломали. Неужели и я в юности таким безмозглым был? Меня ж за то мамка и пристроила в суворовское. Не справлялась одна без мужика. Школу я прогуливал, курить начал за гаражами в 10 лет. Тоже все мужиком себя мнил. Грубил ей, сука. А потом на могилке прощения вымаливал. На хуй ей тогда уже были мои извинения. Ни к селу ни к городу.

— Да вам-то какое дело, Демид Александрович, с кем и где я люблюсь? Мне, между прочим, уже восемнадцать есть, а сексом заниматься гинеколог велел для здоровья.

Я покачал головой. Хер там ей кто велел. А если и так, то рекомендации врача тоже неплохо бы с умом исполнять:

— Я ж о тебе, дуреха, пекусь. Пизду, Кира, порванную зашить не проблема в наше время, а для души пластических операций не придумали. Если мнишь себя взрослой, так поступи как взрослая. — Я вытащил смарт и вызвал такси. Может душу я давно пропил, а мозги пока при мне. Бухой за руль ещё ни разу ни сел. Запомнив номер тачки, я протянул ей платок из нагрудника. — Рот вытри и чтоб я от тебя таких слов больше не слышал. Если ты уже такая взрослая, то веди себя как женщина, а не как соплячка. Знаешь, что женщину от давалки дешёвой отличает? Умение базар фильтровать. Знать, как и с кем говорить. Поняла?

Ещё мне пигалица не читала лекций, как семейную жизнь строить. Было б чего там сохранять, я б может и подумал.

В голове всплыли слова Игоря про Таньку. И пигалица его туда же — нос в чужие дела сунуть. Охреневшая в край.

Дождавшись такси под недовольное пыхтение Сергеевой девчонки, я открыл заднюю дверь.

— Считаю до трёх и запихну внутрь, как мешок картохи. — Кирюха фыркнула, но втиснулась в проем вечно неловко одергивая свою юбку-пояс. Как будто есть там, что поправлять. Тяни сколько влезет, а накаченная фитнесом задница влезла едва-едва. И при должном усилии попросту разорвет швы на этой тряпице.

Трусы-то там хоть имеются?

Хер его знает, с чего я вообще этим вопросом задался, но сев рядом с находившейся Кирой невольно косил взглядом в поисках подтверждения или опровержения своей догадки.

Дожили, твою мать. Проверяю есть ли трусы на дочери друга. Да я ее и без трусов помню, и в памперсах. А тут ни с того, ни с сего.

— Ты сегодня рано, — Вера заняла соседнее с диваном кресло. — О как, неожиданно, — кивнула на экран ноутбука. Хоть в гостиной и висела выгнутая плазма, как-то с ноутом мне было уютнее что ли. — На классику потянуло? Почему "Красотка"?

Пожав плечами, я поджала под себя ноги, наблюдая как Вив пошла шопиться и из потаскушки превращалась в леди.

— Вер, а чтобы статусного мужика привлечь, обязательно надо вот это все, гуччи-шаннель? У меня ж их целый шкаф есть.

— Да откуда я знаю, — Вера рассмеялась. — Мне бы ваши печали, Кира Игоревна... Мужик — это для тебя сколько, лет двадцать пять?

Не говорить же ей, чтоб прибавила еще пару десятков. Да и вообще, с каких это пор, я на Демида, мать его, Александровича начала с такой стороны смотреть?! Хотя, я знала ответ. Вот этот его взгляд пренебрежительный, нравоучительный тон, презрение... хотелось щелкнуть его по носу.

— Дело ведь не в шмотках, — Вера пересела ко мне. — Дело во вкусе и в возрасте.

— А это-то тут причем?

— Когда мне было столько же, сколько и тебе я тоже носила вот такие юбки, — экономка провела ладонью по стройному, обтянутому серой форменной юбкой бедру, а кофточки с вырезом до самого пупка и голая спина впридачу!

— С трудом представляю, — элегантная, выдержанная, степенная Вера никак не вязалась у меня с роковой красоткой.

— Я тоже! — она расхохоталась расслабленно опустив голову на спинку дивана. — Но всему свое время, Кира Игоревна, — протянув руку, Вера ласково погладила меня по щеке. — Или что, твой "статусный мужик" требует серьезного подхода?

— Он не мой, — ты даже не представляешь, насколько.

— Хочется это исправить?

— Может быть...

— Ну ты подумай. Главное не потеряй себя, милая. Меняться ради мужика так себе затея.

— Может быть…