Глава 26

Отец вел меня за руку, но я ничего не видела перед собой. Я шла словно на эшафот или на Голгофу. Я не чувствовала своих ног и ничего не замечала вокруг. Только сердце билось так сильно, что казалось, будто оно вот-вот выскочит из груди. По спине бежал ледяной пот, а в ладони я сжимала кольцо с красным бриллиантом. Нет, я не должна туда идти. Это неправильно. Это не мой выбор. О чём я только думала, когда соглашалась? Когда позволяла собой руководить? Когда отец говорил, что я предала семью, что вступила в порочную связь с его другом, который на самом деле оказался врагом? Нет, я ничего не знала об их играх, о договоренности. Я просто хотела помочь. Чисто, искренне, но вышло так, что я полюбила этого человека. Мужчину старше себя, которого не должна была полюбить. Полюбила, а потом сама же от него отреклась, а сейчас выхожу замуж за другого, и все это якобы в порядке вещей. Нет, я не такая. Я не могу предать свою любовь, какая бы она ни была и что бы Дамир ко мне ни испытывал. Если я не узнаю сейчас, что с ним и зачем он прислал мне это кольцо, я не смогу спокойно жить. – Папа, подожди. – Что случилось? – Я на минутку, мне надо отойти. Подожди немного, успокой гостей. Очнулась, как от долгого сна. Мы еще не вышли из дома, только спустились на первый этаж. Я знаю, что там, на лужайке, собрались гости, все торжественно и празднично. Все усыпано лепестками роз, Андрей ждет меня у арки из живых цветов, чтобы я стала его женой. Но это тоже все неправильно. Я не люблю его. Никогда не любила. А выходить замуж, потому что так хочет мой отец, я не собираюсь. И как вообще могу связывать свою судьбу с тем, кто стрелял в моего любимого мужчину? Что я за чудовище такое? Нет, никогда этому не бывать. Я должна срочно увидеть Дамира. Он жив. Я знаю, я чувствую это. Почему я всю эту неделю хоронила и оплакивала его? Это был какой-то морок, транс, это была не я. – Что случилось? Николь, тебе плохо? – Я на минутку, во рту пересохло, и в туалет срочно надо. Я высвободила руку из руки отца, приподняла подол платья и пошла на кухню. Там свернула к выходу, вышла на крыльцо и огляделась. На дорожке стояло несколько машин, ворота были открыты, а за ними виднелась вереница машин приглашённых гостей. Охрана находилась на заднем дворе, поэтому меня не должны были заметить. Спустилась по ступенькам и побежала вперед, чувствуя, как с каждым шагом становлюсь всё ближе к своей свободе, как будто с меня спадают оковы, и мне становится легче. Из глаз брызнули слёзы, я выбежала на дорогу и растерянно огляделась по сторонам, не понимая, что делать дальше. Я не знала адреса, не знала, куда ехать и где искать дом Джумаева, но мне нужно было уехать отсюда. Напротив, через три дома, стоял старый неприметный внедорожник. Он мигнул фарами, и я в надежде бросилась к нему. Подбежала, резко открыла дверь, за рулем сидел Яков. – Это ты? Это ты передал кольцо Дамира? Что с ним, все в порядке? Он живой? Совсем забыла, что мужчина не говорит, он лишь кивнул, сделал знак, чтобы я садилась. Даже думать не стала, нужно действовать быстро, пока меня не хватились. Сел на заднее сиденье, зацепилась длинной фатой, сорвала ее с головы вместе с гребешком, выкинула на асфальт и захлопнула дверь. Яков вырулил на дорогу, прибавил газ, внедорожник стал набирать скорость, я, вцепившись в сиденье, держалась, чтобы не упасть. За несколько минут доехали до трассы, по объездной дороге через лес выбрались из поселка. – Яков, просто кивни, ничего больше не прошу, Дамир жив? Переспрашивала уже не первый раз, все не веря тому, что все происходит на самом деле. Мужчина кивнул, но как-то нехорошо поджал губы и сжал руль. – Что с ним, ему плохо? Яков! Он больше ничего не ответил, не подал никакого знака, ехал молча. А я все оборачивалась и ждала погони, но ее не было. Ехали около получаса, я не запомнила дорогу, лишь кусала губы и не представляла, что меня ждет. Когда увидела знакомые ворота с инициалами «ДД», сердце начало вырываться из груди. А когда автомобиль затормозил на половине пути до крыльца, проехав ворота, я выскочила и побежала в дом. Теряя туфли, подобрала подол мешающего платья, волосы растрепались, а я, забежав в дом, огляделась. Все было так, как в тот день, когда случились те события. Словно здесь больше никто не появлялся все это время, на полу пыль, увядшие цветы в вазе. Кинулась в кабинет, в спальню Дамира, но там его не было. Побежала на второй этаж. – Дамир! Дамир! Где ты? Дамир! Навстречу из моей бывшей комнаты выбежали доберманы, кинулась к ним, псы начали лизать руки, лицо. А я боялась войти, боялась увидеть, что там. Медленно подошла, толкнула дверь рукой, Дамир сидел у окна, смотрел куда-то вдаль. В нос ударил запах лекарств. Мужчина сидел в инвалидном кресле, рядом стойка для капельницы, расправленная кровать, раскиданные вещи. – Дамир, – позвала, голос тихий, хриплый. – Зачем пришла? Я тебя не звал. Ответил, не поворачиваясь, не смотря, а у меня оборвалось сердце, я заплакала, зажав рот ладонью. – Дамир… я… я… прости меня… – Уходи, тебе незачем у меня просить прощения, ты ни в чем не виновата. – Дамир! – Уходи! Пошла вон! Вон, я говорю! Не нужна ты мне! Не нужна! Развернул кресло, а меня, как кипятком обдало от его злого взгляда, он прожигал и убивал. Он разрывал на части и не давал вздохнуть. Сейчас он был тем чудовищем, которым все его и представляли. Но я знала, что он не такой, Дамир другой. – Уходи! – Нет, нет… Я не уйду, и не проси, даже если будешь гнать, все равно не уйду. Я останусь с тобой, и это мое решение, ты ничего не сделаешь, придется это принять.