Глава 20

Арина Подъезжаем к нашему дому и видим машину скорой помощи, стоящую у ворот. – Я же сказала, что мне не надо врачей, пап, – пытаюсь пошутить, но папа молча хмурится в ответ и перекрывает машине проезд. Дверь скорой открывается, и мы видим внутри напуганную Еву. – Ефим, ты только не волнуйся, – говорит она, прижимая к животу ладонь. – Любовь моя, ты почему мне не позвонила?! – бросается к ней отец. – Ты сейчас Арине нужнее. – Что ты такое говоришь?! Что с моей женой? – допытывается он у врачей. – Высокое давление и угроза преждевременных родов, – холодно отвечает врач, – вы либо поезжайте с нами, либо отпустите нас. Сейчас каждая минута на счету. – Я еду! Конечно, еду. Ратмир, присмотри за Ариной. Ни на шаг от нее не отходи! – Хорошо, конечно, Ефим, – отвечает серьёзным голосом Алмазов. – Ева, держись, – говорю мачехе. – Рада, что ты нашлась, дорогая, – она пытается улыбнуться, но улыбка выходит вымученной. Должно быть ей больно. Бедная… Это все из-за меня. Папа уезжает вместе с женой, а мы с Алмазовым заходим в дом, где нас встречает сердобольная домработница. Она ахает с нашего вида, но лишних вопросов не задает. Знает, что сегодня не лучший день в нашей жизни. – С Евой всё будет хорошо, – успокаивает меня Ратмир. – А тебе нужно принять ванну и переодеться. – Тебе тоже нужно переодеться, – скольжу взглядом по бурым пятнам на его белоснежной рубашке. – Пойду сделаю тебе ванну и позаимствую у тестя шмоток. Он сделает мне ванну, вы только послушайте! А пусть поухаживает, да? Снимаю с себя испорченное свадебное платье и рассматриваю себе перед зеркалом. Замечаю несколько синяков, видимо, когда Мэт тащил меня бездыханную, я обо что-то ударилась. – Арина, – слышу голос жениха, который резко обрывается. – Я, блин… Прости, думал, что ты одета. – Ничего. Я стою в одном нижнем белье и чулках и не делаю попыток прикрыться. Все равно он должен был сегодня меня увидеть в таком виде. Так пусть смотрит. Зря, что ли, старалась, выбирала белье для невесты? – Я ванну сделал, – говорит Алмазов вкрадчивым голосом и медленно приближается ко мне. – Хорошо, спасибо. – Не знал, как ты любишь, поэтому сделал с пеной. Она ванилью пахнет, – говорит какую-то ерунду и гипнотизирует меня взглядом. – Черт, как же ты шикарна, девочка. Эта ночь будет сложной. – Почему? – Я обещал твоему отцу охранять твой покой. – Можешь начинать прямо сейчас, – поворачиваюсь к нему с улыбкой и кладу руки ему на плечи. – Что? Ты хоть понимаешь, что… Я уже не остановлюсь? – Понимаю. Ратмир кладет ладонь мне на талию и целует осторожно. Он боится причинить мне вред после всего того, что я пережила. А я хочу, чтобы он снова стал настойчивым и дерзким. Льну к его телу и со страстью отвечаю на поцелуй. Он бормочет ругательства и еще крепче прижимает меня к своему телу. Эрекция не заставляет себя долго ждать. Я чувствую его твердый член через ткань брюк, и у меня сбивается дыхание от жгучего желания. Сама не знаю, почему со мной всё это происходит. Куда делся мой страх? Он кончился, иссяк, как сухой ручей. Я словно повзрослела за один день и больше ничего не боюсь. По крайней мере, секса с Алмазовым я точно не страшусь. Накрываю ладонью его эрекцию и легонько сжимаю ее. – Ты правда этого хочешь? – спрашивает он сипло. Вместо ответа тяну пряжку ремня на его брюках, и на этом моя решимость заканчивается. Ратмир перехватывает инициативу, берет меня на руки и кладет на постель. Снимает с себя футболку, которую нашел в шкафу у отца, и я любуюсь его литыми мускулами. Какой же он… боже! Он великолепно сложен. Прям весь такой мужик-мужик, и я рядом с ним такая малышка. Ванна подождет. Хочу таять в его сильных руках и почувствовать на себе мощь его любви. Я ему небезразлична, Ратмир целиком и полностью это доказал. А он небезразличен мне. – Аришка… Если я снова тебя разочарую, то лучше… – Не разочаруешь, – перебиваю с уверенностью и провожу ноготком указательного пальца по его прессу. Алмазов тяжело дышит и расстегивает брюки. – У меня нет с собой презервативов, – говорит извиняющимся тоном. – Давай попробуем так. Ратмир накрывает меня своим телом и покрывает поцелуями мою разгоряченную кожу. Его член истекает смазкой, но мужчина всё не решается в меня войти. Думает, что я недостаточно готова. – Ратмир, пожалуйста… – тяну жалобно. Чувствую между ног влажную головку и развожу бедра шире. Направляя себя рукой, он осторожно входит внутрь. Затаиваю дыхание, ощущая, как он заполняет меня сантиметр за сантиметром. Мои стеночки гостеприимно распахиваются, впуская твердый как камень член. – О боги… – обескураженно выдыхает Ратмир, погрузившись в меня полностью. – Всё хорошо? – покрывает поцелуями мои щеки, лоб, нос. Он такой заботливый и нежный, что меня уносит. – Да-а… Всё отлично. – Будет больно, скажи. Притормози, если сорвусь, – просит хрипло, и от его голоса на моей коже выступают мурашки. Он такой большой внутри. Он такой большой снаружи. И мои сегодняшние ощущения ничем не напоминают наш первый животный секс. Теперь всё по-другому. Я желанна. Он прислушивается к моим ощущениям и старается доставить мне удовольствие. Он видит мое лицо, а я вижу его. Он наслаждается моими эмоциями, я впитываю в себя его реакции. У меня внутри все трепещет от нежных толчков, которыми Алмазов пригвождает меня к матрасу. Мне очень хорошо, и я рисую узоры кончиками пальцев на его спине. Опускаюсь ниже и чуть-чуть впиваю коготочки в поджарую задницу мэра. Восхитительная и возбуждающая мужская попа-орешек. Когда я стала ценительницей мужской красоты? В тот момент, когда узнала его? Ратмиру нравится, как я исследую его тело, и он смелеет. Прибавляет темп, гладит бедра и целует меня с языком. Его дерзость мне по нраву. Я поддразниваю его языком и оставляю на его шее небольшие засосики. Моя грудь так же не остается без внимания, и Ратмир втягивает поочередно втягивает мои сосочки. Низ живота наливается свинцовой тяжестью. Мне прям в кайф чувствовать его глубоко в себе. – Куда кончить? – спрашивает он. – Куда хочешь. Я неопытная и не представляю, что отвечают девушки на этот вопрос. Совершенно естественно, что он сделает это в меня. Какие еще могут быть варианты? Додумать мысль мне мешает пробежавшая по телу волна, а затем еще одна, и еще… Я полностью раскрываюсь перед ним, с жаром ощущая, как мышцы внизу живота сокращаются, схватив в плен его могучий член. Между нами так влажно и горячо. Боже, вот это кайф! – Ох, девочка моя, больше не могу, – хрипит Ратмир и замирает. Теперь я чувствую, как бешено пульсирует его орган во мне. Алмазов разряжается горячим потоком, уткнувшись носом промеж моих грудей. Его лоб и волосы слегка мокрые от пота. Но мне не противно. Я позволяю ему лежать на мне и пробую языком его солоноватую на вкус кожу. Еще немного – и я загорюсь, подожгу кровать. Это так горячо на самом деле, что мои щеки от неловкости начинают полыхать. Это слишком интимно и не имеет ничего общего с тем, нашим первым нелепым разом. Зато Алмазов не чувствует ни малейшего стыда. Привстав на локтях, он покрывает поцелуями моё лицо и не спешит вытаскивать из меня член. – Так хорошо в тебе. – И мне хорошо, когда ты во мне, – возвращаю комплимент, продолжая стесняться. – Полежим еще так немного? – Угум. – А потом я отнесу тебя в ванную. Наше «немного» затянулось на целый час, и вода в ванне совсем остыла. Пришлось немного слить воду и добавить кипяточка. Не зря Алмазов выбрал джакузи из всего ассортимента санузлов в нашем доме. Здесь мы поместимся вдвоем. Даже приглашать жениха не пришлось, голожопенький дядя сам забрался ко мне в воду. – Мне стыдно, что мы тут занимаемся… – чувствую укол совести. – А Ева в больнице. И папа там… – Она находится под присмотром врачей. Срок беременности уже большой. Даже если начнутся роды, деток выходят. Всё будет хорошо, не переживай, милая. – Поверю тебе. Ведь ты дважды отец. Кстати, а с кем сейчас твои дети? – С няньками. С кем же еще. Но ты не волнуйся, они уже взрослые и воспитанные люди. Тебе не придется ими заниматься. – Я и не волнуюсь. – Тогда иди ко мне. Полежим вместе. – Не уснем? – Если уснешь, я тебя отнесу в постель. – Договорились…