Глава 13

Конечно, я и раньше целовалась, но сейчас… Это не похоже даже близко на то, что было. Поцелуй Руслана требовательный, бескомпромиссный. Он берет от меня все и сразу. Словно если не возьмет, то реально сдохнет.

Никогда так не целовали. В волосы рукой зарывается, языком толкается в мой рот. Я послушно распахиваю губы, позволяю делать ему все. От этого Руслану словно крышу сносит. Он не целует уже, он… Словно языком мой рот имеет. Боже. Это так порочно. И одновременно сладко. У меня голова кружится, я мужские плечи сильнее обхватываю, телом к телу прижимаюсь. С ума схожу. Плавлюсь. Внизу живота как будто кипящая патока плещется. Воздух куда-то испаряется, и взять его неоткуда. Громко носом тяну, а когда рука Руслана опускается на мою попу и сжимает, выдыхаю прямо ему в губы стон.

Он его как будто в реальность возвращает. Руслан от меня отрывается, снова лбом в мой лоб упирается. Дышит тяжело, как и я. Смотрит, скулу гладит.

– Пиздец какой-то, – бормочет еле слышно.

– Голубки, может, прелюдию на потом оставите? – слышу голос Вадима. – Сейчас менты приедут.

Руслан встает, меня рывком поднимает. Я вскрикиваю от боли. Его взгляд моментально страхом наполняется.

– Бедро, – шепчу.

Смотрит туда и матерится. Брюки разорваны, идет кровь.

– Не двигайся, – Руслан на корточки опускается и аккуратно вытягивает осколок из раны. Я мычу от боли.

– В больничку нельзя, – замечает Вадим.

Его ребята, в отличие от нас с Русланом, действуют шустро. Грузят тела в салон, один залезает в машину этих бандитов, заводит двигатель. Я понимаю, что через пару минут здесь останется только кровь на асфальте. И нам ехать надо.

– Мы в доме будем, – Руслан аккуратно подхватывает меня на руки.

Я укладываю голову ему на грудь. Хочется глаза прикрыть. И вот так зафиксироваться на какое-то время. Желательно на несколько лет.

Слушать, как стучит сердце Руслана. Чувствовать, как он касается меня.

– Проследи тут, что все ок, потом приезжай.

– Добро.

Через пару минут Руслан усаживает меня в машину, пристегивает.

– Я тут все кровью залью, – замечаю неловко.

– Рана неглубокая, – Руслана явно мало беспокоит вопрос чистоты салона. – Сейчас свалить надо, дома обработаю, там все есть.

Я киваю, обхватывая себя руками. Эйфория и адреналин спадают, и я чувствую, что меня начинает потряхивать. Руслан косится с беспокойством.

– Попробуй поспать. Минут сорок есть у тебя.

Уверена, что не смогу, хотя глаза закрываю. Но внезапно меня на самом деле вырубает. Наверное, мозг решил, что больше не может переносить происходящее. Слишком много всего.

– Василиса, просыпайся.

Я улыбаюсь, чувствуя нежное поглаживание по лицу. Открываю глаза, и тут же бедро отдается болью, заставляющей простонать.

– Поспала. Умница.

Он меня снова тащит, я пытаюсь возражать. Впрочем, слишком вяло, чтобы он ко мне прислушался.

– Что это за дом? – спрашиваю, когда Руслан опускает меня на широкий диван.

Явно новый, чуть в стороне лежит большой кусок полиэтилена с наклейкой мебельной фабрики. Дом только недавно достроили. Другой мебели нет.

– Неважно, здесь нас не найдут, – Руслан уходит куда-то, возвращается с увесистой аптечкой.

Кажется, она тут как раз для таких случаев.

Снова присаживается передо мной и говорит:

– Надо снять брюки, Василиса.

В его голосе нет сексуального подтекста, но моя кожа все равно покрывается мурашками. Отлично осознаю, что моя кровавая рана вряд ли натолкнет мужчину на интимные мысли, но ничего не могу с собой поделать. Он увидит меня полуголой.

Дрожащими пальцами под внимательным взглядом расстегиваю брюки. Руслан помогает их стянуть, часть крови запеклась, ткань прилипла. Шиплю, чувствуя слезы на глазах.

– Рана несерьезная, – констатирует Руслан, – но будет больно.

– Я потерплю.

– Умница.

– Что между тобой и папой случилось? – спрашиваю, не удержавшись. Лучше говорить, иначе выть хочется от боли.Он так профессионально обрабатывает, сомнений нет: не в первый раз. Возможно, научился этому в армии. Его слова до сих пор в ушах стоят, как папа его тащил еле живого десять километров… Руслан его другом назвал. Но они не общаются. Потому что папа от него отвернулся. Как это возможно, почему?

Руслан на мгновение замирает. Потом продолжает свою работу.

– Не сошлись во взглядах на жизнь, – коротко отвечает. Коротко и совершенно расплывчато.

– Я слышала ваш разговор с Вадимом. В квартире.

– Нехорошо подслушивать, в курсе, малыш? – улыбается едва ощутимо, а у меня от этого на душе теплеет. Но тут же снова суровым становится. – Так ты поэтому дурить начала?

Киваю.

– Вы не должны из-за меня… Подставляться. Ты, твои люди… Кто они вообще, откуда?

– У меня своя охранная компания.

Ох. Ну это многое объясняет в поведении мужчин. Хотя… Сотрудники охранной компании не убивают и не прячут трупы. А они именно этим занимались. Я, может, и дурочка, но это понимаю.

– Ты человека убил, – шепчу, чувствуя на глазах слезы. – Из-за меня.

Руслан так зубы сжимает, что желваки ходят. Аккуратный бантик из бинта делает, а потом на меня спокойно смотрит.

– Не думай об этом, Василиса. На кону твоя жизнь была. Если надо, я еще толпу перестреляю, но ты в порядке будешь.

У меня сердце заходится. Слезы по щекам текут. Руслан их шершавыми пальцами стирает.

– Это шок, малыш, – говорит нежно. – Скоро станет легче.

Киваю, а он продолжает гладить. И вот теперь взгляд его однозначно меняется. Темнеет, затягивает. Пальцы ниже скользят, большим по губам моим проводит. Нижнюю оттягивает и вздыхает тяжело. У меня снова в голове шумит, все эмоции обостряются. Каждое касание чувствуется во сто крат сильнее. Горячее. Возбуждает. Разгоняет кровь по венам.

И когда Руслан навстречу подается, я понимаю, зачем. И губы распахиваю, позволяя себя поцеловать. Осознавая, что одним поцелуем не ограничится. И что именно этого я хочу сейчас больше всего.