ГЛАВА 25

СОФИ

— О мой бог! — раздельно произносит каждое слово Нино и во все глаза таращится на Даниса.

Я быстро задергиваю штору своей комнаты на втором этаже родительского особняка.

Вообще я заехала к ним совершенно случайно. Понятия не имела, что отцу захотелось продолжения банкета и сегодня организовали барбекю «для своих».

— А мы с Пашкой в число «своих» больше не входим? — обиженно надула я губы, глядя на отца исподлобья.

Он по-доброму усмехнулся и потрепал меня по макушке, как маленькую.

— Да ну тебя, Сонь. То вас не дозваться родителей навестить, то обижаешься, что не позвали. Да и скучно вам с нами, стариками.

— Мхм, — понимающе ухмыльнулась я.

В числе приглашенных, помимо пары человек, с которыми отец близко общается по бизнесу, и отца Нины, тоже хорошего знакомого моего отца, оказался Асадов. Поэтому я быстро придумала план, как остаться в доме родителей на подольше. Все гениальное просто: я вызвонила Нино и пригласила ее под предлогом, что Валид Ильясович тоже сейчас отдыхает у нас.

Мама сегодня плохо себя чувствует, наверное, вчера все же перебрала, поэтому в беседке в саду собралась чисто мужская компания.

— Нет, ну это, коне-е-ечно… — Нино снова приоткрывает шторы и высовывает свой любопытный нос в щель. — Сколько ему, говоришь?

— Тридцать восемь. А что тебя так удивляет? — смеюсь я. — Твой отец в тридцать девять тоже отлично сохранился.

Нина поворачивается и одаряет меня скептическим взглядом.

— Нет, просто мой отец уникум. Исключение из правил. Да ну и... Фу! Как ты вообще можешь так говорить о моем отце? Это же... папа! А этот экземпляр… — Она пошло присвистывает.

У меня от любопытства тоже зуд по всей коже. Я отталкиваю Нину плечом и теперь тоже пялюсь на Даниса, пользуясь тем, что он занят беседой с друзьями.

— Эх, где мои восемнадцать… — тяжело вздыхает Нина.

— Тебе сейчас восемнадцать.

Она пафосно закатывает глаза.

— Это же образно. Но знаешь, если бы моя девственность все еще оставалась при мне, я бы не стала ее жертвовать сопливому однокласснику. По-любому захомутала бы мужчину постарше. Такого как он, например, — мечтательно протягивает она, и теперь мы обе выглядываем в щель между шторами как разведчицы. — Они точно знают, что делать. А если еще и в такой форме… м-м-м... мечта!

— Нин, он же дружит с твоим отцом, — напоминаю я, осторожно покосившись на нее. — Тебя это вообще не смущает?

— Ха, подумаешь! Папа бы, естественно, не узнал. Да и что там было бы узнавать? Дальше койки дело бы не зашло. Ясно ведь, что такие, как мы, для него малолетки. О серьезных отношениях не могло быть и речи.

— Считаешь?

Закусив губу, я отхожу от окна.

— Уверена! — Нино разливает по бокалам легкий апероль, которым мы балуемся сегодня для поднятия настроения. — Ну, рассказывай, как у тебя дела с твоим? Вы уже это самое? Я слышала, в прошлом месяце их компашка ездила в Будапешт. Такой наркотрип там устроили!

— Слава богу, что я туда не поехала! — фыркаю я, присаживаясь в кресло.

— Да ладно тебе, Измайлов — хороший парень.

— Хороший, но не со всеми и не всегда.

— Что? Опять накосячил?

Вкратце пересказываю Нине последние события, коим она в баре и сама частично стала свидетелем, и совсем унываю. С Андреем давно пора рвать, и с каждым днем я убеждаюсь в этом сильнее.

— М-да, подруга, может, ты просто его перегрела? Когда долго без секса, мужики совсем неадекватами становятся.

Я со вздохом встаю и принимаюсь бесцельно мерить шагами комнату.

— Мне кажется, я до сих пор не готова, — признаюсь я с надрывом в голосе. — Все как-то… не так, понимаешь?

— Понимаю, — ухмыляется Нина. — Просто парень рядом не тот, вот и не готова. Говорю же, нужно искать мужчину постарше. Ах, с ними в момент размываются границы…

Мы прыскаем со смеху, но не признать, что в словах Нины есть доля правды, я не могу.

Уже который день перед глазами стоит образ Дана, когда он только вышел из душа. И он такой… невероятный. Крепкое поджарое тело. Сильные руки, обвитые синими венками. Живот с шестью красивыми кубиками. Темная полоска волос, уходящая в низ живота. Все это отпечаталось в моих мыслях, как наскальные рисунки, живущие много веков.

Дан не создает впечатление стероидного качка. Кстати, таких я никогда не любила. Но то, что его тело пропитано энергетикой силы и мощи — бесспорно.

Ничего удивительного, что как только его образ появляется перед мысленным взором, все мои внутренности горячим булыжником тянет вниз, концентрируя волшебные ощущения в той самой точке и обостряя эмоции в тысячу раз.

— Пойдем к бассейну что ли? — вырывает меня из размышлений Нина. — Что тут тухнуть?

Я с легкостью соглашаюсь, хоть это и лишит меня возможности наблюдать за Асадовым, поскольку бассейн расположен на противоположной стороне от дома. Но даже просто мысль, что мы находимся в непосредственной близости друг от друга, уже волнует тело и душу.