ГЛАВА 26

ДАНИС

— А что? Народу здесь всегда много, клиентов будет хватать, это же просто золотая жила, — доносится из динамика телефона взбудораженный голос Ланы.

Я бесцельно слоняюсь по территории особняка Павлова, задаваясь вопросом, зачем вообще все это выслушиваю. Щурюсь от яркого солнца и натягиваю на нос темные солнечные очки. Привычный деловой костюм сегодня пришелся не к месту, хотя я полагал, что уже сросся с ним.

— Так а от меня что надо? Хочешь салон, открывай.

— Ну у тебя же столько опыта в бизнесе, — мурлычет она в трубку. — Я подумала, что ты, как деловой человек, поможешь мне во всем разобраться. Посоветуешь, в каком районе лучше снять помещение и все прочее. Ну неужели ты не поможешь своей беспомощной девушке?

Чувствую, как мои брови мгновенно влетают вверх.

— Лана, а как давно ты стала моей девушкой? Я просто не в курсе.

В трубке слышится цоканье, и я прямо вижу, как она надувает губы.

— Ну это просто фраза такая, — недовольным тоном оправдывается Лана.

Я начинаю порядком уставать — слишком много в моей жизни становится этой женщины. А я ведь никогда не скрывал своего потребительского к ней отношения. Она прекрасно осведомлена, что делит обязанности постельной грелки с другой постоянной партнершей, и даже не думала ни на что претендовать. По всей видимости, сейчас, заканчивая карьеру модели, Лана просто начала скучать и освободившуюся энергию направила на игры на моих и без того натянутых нервах.

Хотя, возможно, это я в последнее время чересчур раздражителен. Даже к Глебу ехать сегодня не испытывал никакого желания. Но, похоже, он единственный человек на планете, которому я действительно не в силах отказать.

Уже собираясь повесить трубку, я натыкаюсь взглядом на соблазнительные округлые бедра возле бассейна. Ноги сами собой останавливаются на месте.

Нет. На этой планете появился еще один претендент на мою безотказность. И это точно не Глеб, а его прелестная развратница-дочка, которая сейчас светит почти голым задом, ничуть не смущаясь того, что в ста метрах от нее сидит толпа взрослых мужчин.

Кстати, на ее подруге купальник не сильно приличнее. Скорее всего, это дочка Валида, хотя ее в последний раз я видел очень давно.

Прочищаю горло покашливанием. Лана продолжает щебетать что-то в трубку, но я ее больше не слушаю, хотя и звонок не заканчиваю.

Девушки оборачиваются на звук. Подруга Софи выныривает из бассейна, хватается руками за ботик и с нескрываемым интересом рассматривает меня.

А я не могу оторвать глаз от Софи.

Твою мать, ну что я, бабу в купальнике в первый раз вижу? Какого черта тут же ловлю железобетонный стояк? Хорошо хоть глаза спрятаны под солнечными очками, и крошка не может заметить, как я пялюсь в соблазнительную ложбинку на округлой груди.

Софи еле прикрыта атласными черными треугольниками. На узенькой талии повязана сверкающая цепочка. Ниже крохотные черные трусики и чертовы бесконечные ноги с тонкими щиколотками. Капли воды с ее мокрых волос стекают аккурат в ту ложбинку, от которой я как полоумный не могу оторвать взгляд.

— А если ты еще и с юристами мне поможешь, то я тебе буду та-а-ак благодарна, — доносится из трубки. Я вроде слышу слова, но совершенно не вникаю в их смысл. — Дан? Ты вообще меня слушаешь?

— Мхм, — выдыхаю я, осознавая, что спортивные брюки вообще мне сейчас не соратники, чтобы спрятать эрекцию.

— Так как, поможешь? — В голосе Ланы снова обиженные нотки.

Софи в это время ласково мне улыбается и нерешительно подходит ближе.

Я резко выдыхаю и сухо бросаю собеседнице:

— Перезвоню.

— Дан? — Немного удивленный сахарный голос Софи для моих ушей, словно звучание музыки. — А я и не знала, что ты тоже здесь. Рада тебя видеть.

Я тру шею рукой и чувствую, как нагрелась кожа от палящего солнца. Или от чего-то другого.

— Я тоже рад тебя видеть, Софи. — Мой тон гораздо прохладнее, чем мне сейчас хочется, но, наверное, это защитная реакция от порочной фурии в черном купальнике.

— А это моя подруга, Нина, дочь Валида Ильясовича, — представляет Софи приближающуюся к нам девушку.

Высокая фигуриста брюнетка с красивыми чертами лица кокетливо отжимает мокрые волосы и подает мне влажные пальчики, задержав их в рукопожатии гораздо дольше, чем того требует вежливость.

— Очень приятно, — игриво улыбается она, дернув плечиком.

Я лишь киваю, не желая сейчас рассыпаться во взаимных любезностях.

— Пойду я, — оповещаю девушек, урвав последние мгновения поглазеть на Софи. Как школьник, ей-богу.

— Данис, а что вы делаете вечером? — подает голос Нина. — Мы тут в Эмку собираемся. Не организуете места получше? Вы ведь знаете владельца, правда?

Глаза Софи округляются от шока. Покосившись на подругу, она заливается румянцем.

Эмка — это «М8», очень дорогой и пафосный клуб. Випы там и правда сложно забить. Однако я уверен, что золотых дочек двух самых значимых фигур города не только в випы посадят, но и ковровую дорожку постелют. Скорее всего, просьба о помощи — лишь тонкий намек на геолокацию.

Я приспускаю на нос очки и внимательно оглядываю юную обольстительницу. Та не тушуется, отбрасывая назад мокрые волосы. Достаточно выразительно смотрит в глаза.

— Нет проблем, — многозначительно отзываюсь я. — Но сейчас я пойду. Вал там как раз начал рассказывать забавную историю, как его дочка в детстве навернулась с велосипеда и пересчитала зубы асфальтом.

Пухлый ротик Нины тут же захлопывается. В глазах сверкает возмущение. А Софи поджимает губы, чтобы не улыбнуться.

— Хорошего отдыха, — говорю я, глядя крошке Софи прямо в глаза.

Только мы вдвоем в этот момент знаем, что думаем об одном. О нашем вчерашнем поцелуе, который не должен был случиться.