ГЛАВА 57

СОФИ

— А ведь этого можно было бы избежать, — продолжает Андрей сокрушаться по поводу рухнувшего партнерства наших родителей.

Меня, если честно, эта тема волнует уже не так остро. В данный момент я вообще мысленно прикидываю, как безопаснее свернуть беседу. Даже несмотря на чувство вины за наше расставание, которое до сих пор железными клешнями сжимает мое горло.

— Да, наверное, — задумчиво отзываюсь я, слегка озябнув, когда мы подходим к фонтанам. От влажности здесь слишком холодно.

Андрей не оставляет без внимания мое состояние и набрасывает на мои плечи пиджак. Когда я пытаюсь отказаться, настаивает, а после и вовсе напрашивается на экскурсию по отелю.

Делать нечего, придется немного побыть для него гидом. Раз уж я наши отношения не сохранила, то может, хоть приятельское общение не потеряю?

— Спорим, тебе даже нравится тут? Ты ведь такая зубрилка. Наверное, всех поучаешь, как и что нужно делать, — поддразнивает Андрей, когда я показываю ему свой кабинет и сообщаю, что работаю тут вместе с Анжелой, моей начальницей.

Я пожимаю плечами, не реагируя на немного язвительный выпад. Его желание побольнее меня задеть вполне объяснимо, учитывая нашу ситуацию. При расставании изрядно пострадало самолюбие Измайлова, и теперь он старается его хоть немного потешить.

— Слышал, твоего отца вообще нет в стране? Он что, реально бросил отель в такой момент и уехал?

Мы прогуливаемся по пятому этажу, потому что все остальные уже обошли, но здесь, кроме закрытого в данный момент кафе для гостей, больше ничего нет. Далее я веду его на просторный открытый балкон.

— Если уехал, значит, так было нужно.

С этой стороны здания открывается прекрасный вид на весь город. Его ночные огни завораживают. Наблюдая, как внизу по дороге куда-то спешат машины, я чувствую на себе взгляд Андрея, но стараюсь абстрагироваться. Тогда он делает шаг, и его рука становится все ближе ко мне. У меня срабатывают инстинкты, и я отстраняюсь.

Андрей недобро усмехается. Даже я бы сказала, со злостью.

— Ч-что ты…

— Да не шугайся, — высокомерно бросает он. Достает сигареты и зажигалку из кармана своего пиджака и поправляет его на мне, как будто говоря: «Вот видишь, не случилось ничего страшного».

Я тяжело сглатываю, сверля его взглядом.

— Ну что, Соня, уже и потрогать тебя нельзя, да? — буквально выплевывает Андрей, подкурив сигарету.

Я оставляю вопрос без ответа. Между нами гремучая смесь из неловкости, его злости и обиды. Зря я вообще согласилась на эту прогулку и общение с ним. Слишком мало времени прошло для дружеских разговоров.

— Ты начал курить? — Собственный голос кажется мне серым и безжизненным.

— Начнешь тут, — ворчит он и затягивается сильнее.

Андрей обводит взглядом мое лицо, затем шею и опускается на открытые ключицы. Мне становится не по себе.

— Нам, наверное, лучше вернуться. Тебя отец не потеряет?

— Так сильно хочешь сбежать? — хмыкает он. — Есть к кому, Соф?

Я осуждающе смотрю на него и прошу:

— Андрей, давай не будем начинать.

— Так мы еще не закончили.

— Все мы закончили. И мне не нравится твой тон. Я, пожалуй, пойду.

Я аккуратно снимаю пиджак и протягиваю его Андрею, но тот не берет. Тогда я оглядываюсь по сторонам и вешаю пиджак на перила балкона.

Андрей внимательно наблюдает за моими действиями. Давит взглядом и вообще своим присутствием.

— Ну правда, Соня, чего тебе не хватало?

Я стараюсь повыше подтянуть платье, чтобы декольте не смотрелось так откровенно. Казавшийся до этого хорошим вариант с открытыми ключицами и плечами теперь вызывает лишь дискомфорт.

— Всего мне хватало, Андрей. — Я дышу глубоко, но как-то надрывно. — Давай прекратим этот разговор. Ты же сюда не выяснять со мной отношения пришел, правда?

— Откуда ты знаешь? — не таясь, усмехается он.

Докуривает сигарету и тушит окурок о каменную стену. Мне это совершенно не нравится, поскольку к отелю я отношусь как к собственному дому. Однако прямо сейчас решаю промолчать.

— Может, я именно для этого здесь. Чтобы тебя увидеть. Поговорить. Наконец-то выяснить все. От тебя же хрен дождешься.

Из клатча доносится мелодия вызова. Неловко открыв и чуть не рассыпав все содержимое, я вижу на дисплее номер Нины и раздосадованно прикрываю глаза. Мы обязательно поговорим. Только чуть позже. Я сбрасываю звонок и, еще не успев убрать телефон, вижу от нее входящее сообщение.

Нина: Черт, ты хотя бы Марте можешь набрать? Ей сейчас нужна поддержка, черт побери! О совести вспомни!

Я хмурюсь, абсолютно не понимая, что происходит и почему Нина вдруг решила на меня наехать. И причем здесь вообще Марта.

— Мне надо позвонить, — говорю я, порываясь уйти.

— Ты не ответила.

Я поджимаю губы, чтобы откровенно не нагрубить.

— Чего от меня хрен дождешься? Чего ты ждал?

— Да хотя бы звонка, Сонь. Тупо позвонить тебе впадлу? Обломилась бы что ли? Как ты, Андрей? Все ли в порядке? Нет уж, фиг тебе. Это же Соня, она первая не звонит. И не пишет. Наша золотая, мать ее, девочка, — буквально выплевывает Андрей, глядя на меня с отвращением. — Ты вообще в курсе, что происходит? У меня? У твоего брата? У Марты! Ты хоть знаешь, что у нее мать умерла? Уже несколько недель прошло! Соня, ты настолько занята собой, что не видишь ничего вокруг!

Резко отшатнувшись, я едва удерживаюсь на ногах.

— Ч-что… что ты несешь?

Он криво усмехается и с чувством глубокого триумфа констатирует:

— Ты даже не знала.

Я поднимаю ладони в защитном жесте. Это какая-то шутка? Розыгрыш? С него станется, чтобы надавить на мое чувство вины.

Только вот сообщение Нины... и то, что сказал Андрей...

— Я-я… мне надо позвонить, — отрешенно повторяю я.

Уже почти разворачиваюсь, чтобы уйти, но тут Андрей хватает меня за руку и с такой силой сжимает запястье, что я практически теряю дар речи.

Ошеломленно смотрю на него и тихо, но твердо произношу:

— Отпусти.

— А если не отпущу, то что?