Глава 15

Утром Сакен наблюдал за нашей обычной суетой – собрать всех в школу, в сад, усадить в машину к Рашиду Маратовичу, проверить сумки-варежки-сменную обувь и помахать рукой с крыльца.

– Во сколько они вернутся? – Спросил он, неслышно подойдя сзади.

– Часов в семь. Твой папа заберет младших из садика и Иринку из продленки, заедет в магазин со списком от Натальи Ивановны, побалует их мороженым, а потом сдаст мне.

– Тогда собирайся, едем в город.

– Зачем? – спросила я послушно шагая к гардеробу.

– Подадим заявление в ЗАГС, купим мне теплую куртку и на работу заедем.

Куртка Сакену точно не помешает. Уезжал-то он еще летом. Конечно, в деревне он прикупил себе что-то осеннее, но для зимы куртка была явно жидковата. Мы действительно поехали в ЗАГС и подали заявление на неторжественную церемонию. Выпирающий живот стал весомым аргументом, нас пообещали расписать уже в этом году.

Потом заехали в магазин и, Сакен полностью переоделся, собрал одежду в пакет и опустил его в мусорку у входа. Я поняла и не промолвила ни слова. От того что он пережил хотелось избавиться на всех уровнях. Следующий визит был в фирму. Мы вошли. За моей стойкой сидела кудрявая блондинка старше-школьного возраста.

– Вы к кому? – чирикнула она.

– Димка у себя? – вежливо спросил Сакен.

– Дмитрий Александрович просили не беспокоить… – договаривала она нам в спину.

Офис действительно опустел. Причем пропали самые дорогие машины и, народу было маловато для самого пикового времени продаж. Незнакомые лица, удивленные взгляды, Сакен дошел до кабинета, рванул дверь и, нам предстало потрясающее зрелище – еще одна кудрявая блондинка сидела на столе, а зам Сакена увлеченно облизывал ее грудь. Увидев нас, поперхнулся, потом закричал:

– Сакен! Друг! Ты вернулся! – оттолкнув блондинку, Дмитрий вскочил, забыв, что его штаны уже расстегнуты и предстал перед нами в модных трусах «Кельвин Кляйн». Суетливо подобрав брюки он все же выбрался из за стола и, косясь на меня позвал друга: – идем, выпьем по стопочке в переговорной, или в ресторан рванем.

– Зачем, – лицо Сакена напоминало вырезанную из дерева маску, – я работать пришел. Расскажи-ка как дела на фирме и откуда здесь столько посторонних.

– Ну, тебя долго не было, мне пришлось все решать самому, – забормотал Дима. – А вообще бабам не верь, они такое наплетут, чтобы мужиков поссорить.

Сакен только сузил свои темные глаза еще сильнее. Я ни слова не сказал ему про выходки его зама, а Наталья Ивановна и не знала про приставания наглого красавчика.

– Оленька, – Сакен ласково погладил меня по руке, – иди документы в бухгалтерии собери, просмотреть хочу, и отпусти там всех домой кроме Маргариты Палны, проверка будет.

Дима побледнел и забормотал еще тише:

– Так нету Маргариты Палны, отпуск взяла, без содержания…

Тут прищур Сакена стал совсем уж нехорошим. Старший бухгалтер его фирмы была уникальным специалистом, державшим все счета фирмы в абсолютном порядке. Зарплату она выдавала день в день, расходы ограничивала железной рукой, а налоги считала так, что инспектора краснели, бледнели, но придраться не могли. Даже просили, чтобы без премии не остаться пару счетов из отчетов убрать. И если такой специалист ушел в неоплачиваемый отпуск, значит, дела совсем плохи. Блондинка тонко ощутившая настроение проскользнула мимо меня, придерживая юбку.

– Димочка, – в голосе Сакена слышалось такое, что даже меня мороз продрал по коже, – ты был так уверен, что я не вернусь? Не ты ли подкинул Бурбасу идею с проверкой софта на месте? И не твои ли длинные лапки торчали из карманов тех типов, которые пытались посадить меня за угон моей же собственной машины, когда я ехал?

Зам бледный как простыня начал отступать к стене, и я напряглась. Таких людей нельзя загонять в угол – ответят как крысы, жестоким нападением. И он попытался:

– Что, думаешь, вернулся, так на коне! Шиш тебе! Моя теперь эта фирма, моя! Я все активы вывел! – брызгал слюной Дима. – И шлюха твоя подзаборная со мной спала, и выблядки ее…

Договорить он не успел. Забыл видимо, где служил Сакен, а внешность ох, как обманчива! Один короткий удар и нажатие пары точек и все – лежит Димочка на полу тепленький пузыри пускает.

– А знаешь, – задумчиво говорит Сакен, – Бурбас мне тебя не сдал, но на прощание пообещал, что одну мою просьбу он выполнит без разговоров. И все будет шито-крыто.

Бывший зам засучил ногами. Не знаю, кто такой этот Бурбас, но Димочка боялся его до мокрых штанов.

– Так вот, ты сейчас позвонишь Маргарите Палне, извинишься, и пригласишь ее на работу. Потом отдашь все бумаги, перепишешь на меня свою долю, вернешь, что украл и свалишь из города так быстро, как только может твоя машина. Иначе я позвоню Бурбасу и попрошу его об услуге. И еще. Перед моей женой и детьми ты тоже извинишься.

Дальше было очень много очень грязной работы. Маргарита Пална моментально ответила на звонок и, услышав вялые извинения обрадовалась так, что услышали даже мы:

– Сакен вернулся! Ура! А ты… дальше шло такое непечатное выражение, что я едва не зааплодировала. Умеет же наш главбух объяснять коротко и доходчиво.

Димочку никуда не отпускали. Сакен позвонил братьям, попросил о помощи. Приехала пара более молодых копий Рашида Маратовича. Они скромно сели у дверей офиса и каждого выходящего вежливо спрашивали: кто и откуда и кем работает. В итоге треть сотрудников – блондинистые цыпочки, дядья, кузены и племянники Димочки получили расчет, из рук моментально примчавшейся на работу Маргариты Палны.

Еще треть невнятных личностей смахивающих на хипстеров Сакен допрашивал лично – выяснял где, как и чем занимались, и на что способны в рамках задач фирмы. Кое-кто из них тоже потопал за расчетом, остальные сохранили места, но на испытательном сроке.

Именно Маргарита Пална отыскала склад, куда Димочка вывез технику и мебель. Бывший зам дрожащими руками написал доверенность и один из братьев Сакена, кажется Ринат, съездил туда и забрал все. Я тотчас привлекла уцелевших сотрудников к уборке и перестановке, нашла свою бывшую помощницу в ранге уборщицы и повысила ее – девочка старательная и не глупая. А я вскоре не смогу скакать между столами с кофе и папками.

Между делами отзвонились родителям, попросили посидеть с детьми, заказали пиццу и кофе прямо в офис и до утра разгребали бумаги, выясняя сколько же Димочка увел «налево». Сумма получалась внушительная. Бывший зам успел и машину поменять и квартиру прикупить. Под угрозой немедленного звонка в прокуратуру вызвали нотариуса, и он подписал бумаги на дарение квартиры и машины …мне. От этого его руки так тряслись, что подписывать пришлось заново.

Домой мы добрались только через три дня. Пока шло восстановление активов буквально жили в офисе: питались фастфудом, мылись в общажной душевой, там же стирали белье и кемарили на продавленном диване.

Когда стало полегче, решили, что можем себе позволить выспаться и увидеть детей. В офисе осталась спокойная как броненосец Маргарита Пална. Под рукой у нее была тревожная кнопка, в телефоне номера прокуратуры, ОВД и наши, а братья Сакена пообещали приглядывать пока мы будем есть и спать.

Дома все было хорошо. Рашид Маратович и Наталья Ивановна присмотрели за нашим невеликим хозяйством, дети были сыты, умыты и довольны. Сообщив родным о грядущей свадьбе, Сакен утащил меня в душ, успев крикнуть матери, чтобы поставила чайник.

Когда мы чистые выбрались в дом, на столе парили миски с пловом, чайник укрытый грелкой стоял тут же, а дети резвились на улице. Жадно проглотив по паре ложек еды, мы плеснули в пиалки немного чая и подняли их, как бокалы:

– За нас! – улыбнулся Сакен.

– За нас! – поддержала я.

Мы добрались до этого момента по нелегкой дороге, но теперь мы вместе. А это главное.