Глава 7. Клим

– Вот ты где, – нахожу ее в закутке, куда почти никто не заглядывает, и где свадебное гулянье звучит дальним фоном.

Сажусь рядом на пуф. Вдвоем на нем тесно, прижимаю Стефанию к своему боку.

– Прячешься?

– Нет. Просто хотелось немного побыть в тишине, – протягивает она мне свой телефон с открытым сообщением на дисплее.

Читаю.

«Ты еще пожалеешь, сучка, что украла у меня жениха»

Контролировать гнев сложно, не будь рядом девушки, с губ сорвались бы грязные ругательства.

– Я разберусь с этим, – блокирую номер Албаевой на мобильнике Стефы, хорошо понимая, что для Ксении это лишь временная преграда.

– Почему вы расстались? – тихо спрашивает Стеша, и плавные интонации ее голоса успокаивают меня.

– Мне не нужен заменитель сахара, – надеюсь, она понимает.

– Я – твой сахар? – задирает подбородок, глядя на меня в упор.

– Всегда. Я вынужденно попробовал заменитель. Думал забыть сахар, но это невозможно.

– Почему? Почему я так привлекаю тебя? – задает она вопрос, на который у меня самого нет однозначного ответа.

– А почему дикий волк всегда выбирает одну волчицу, Стеша? Я не знаю. Возможно, в прошлой жизни я был волком, и меня влечет запах одной-единственной волчицы.

– Я не люблю тебя, Клим, – не скрывает она своих чувств. – Но постараюсь привыкнуть к тебе.

Привыкнуть… Что ж, для начала и это неплохо.

– Стеша, я давно хотел тебя спросить, почему ты пошла в тот клуб тогда? С первым встречным, незнакомцем, подонком.

События двухгодичной давности все еще бередят душу. Хорошо помню, как сам выпрыгнул в окно вслед за девочкой. В отличие от нее, приземлился аккуратно, пружиня подошвами удобных ботинок. Помню, как бежал с ней на руках к своей машине, все повторяя: «Потерпи, маленькая». Тем же вечером разыскал Артура и разбил гаду смазливую рожу, не оставил инвалидом лишь потому, что он божился – сам не тронул Стефу, не успел, не было времени у него даже на быстрый секс, спешил доставить ее к началу боев, наметанным взглядом определив – за эту девушку хорошо заплатят.

– Я же не знала, что он подонок, – чуть обиженно объясняет она. – Не знала, что стану живым товаром. А пошла…, – Стеша немного помолчала, поморщилась. – Потому что ошибочно решила, будто у нас с ним любовь с первого взгляда.

Жаль, что я не вызываю у нее таких эмоций, какие вызвал шакал Артур всего лишь своим накачанным телом, красивой мордой и сладкими сказочками.

– Почему родителям правды не рассказала?

– Стыдно было, – призналась Стефания. – Представляешь, дочь признается – мама, папа, я пошла с первым встречным в закрытый клуб, где стала призом победителю боев без правил и, чтобы надо мной не надругались, выпрыгнула в окно.

– Стеша, я бы не надругался над тобой, – от ее слов царапало грудь. – Никогда бы не применил к тебе насилие.

– А наша свадьба, Клим? – выпалила она. – Не насилие, не принуждение?

– Это сделка, Стефания, – откинул я с ее плеча фату. – И ты согласилась на нее добровольно. Могла отказаться. Поэтому, не подменяй понятия, любовь моя.

За спиной послышались шаги, прерывая наш разговор.

– Милуетесь, голубки? – в устах Тохи простое предложение прозвучало извращенно, с подтекстом.

– Помаду с шеи сотри, – усмехаюсь, подавая руку Стефе. Та смотрит на свою подругу недовольно и выглядит сейчас, как самая настоящая ханжа. Мне смешно с выражения ее лица, и я целую девушку в нос. Моя жена такая прикольная.

Моя жена… Прошло пять лет с того выпускного и не было ни дня, чтобы не думал о ней. Наконец – она моя жена.

В зале веселье идет полным ходом, в той фазе, когда уже неважно, что празднуют.

– Едем домой, Стеша?

Она неуверенно кивает, понимая, если мы останемся сейчас, позже нам все равно придется поехать ко мне домой.

***

К спиртному не притрагивался, потому сам веду машину.

– Раньше у тебя тоже был Форд, – замечает Стеша. – Только Мустанг, кажется?

Она села назад из-за широкой юбки своего платья.

– Ты внимательная, да? – прячу улыбку, приятно, что она помнит.

– Не всегда.

– Я был в Детройте. Производство фордов меня впечатлило, – пояснил ей свою любовь к этой автомобильной марке.

– Ясно, – больше ничего не добавила она, но спустя некоторое время просит: – Сделаешь погромче? Песня красивая.

Покрутил колесико автомагнитолы, выполняя ее просьбу. На радиостанции крутили Adele - Easy On.

У шлагбаума охраняемого кондоминиума притормозил машину.

– Клим Константинович, ваши подарки доставлены, мы оставили у двери, – через приспущенное стекло доложился охранник, улыбнувшись Стефании.

– Спасибо, – кивнул, въезжая на территорию.

Двухуровневый комплекс, где у каждой квартиры свой вход с улицы и свой въезд в гараж. Обустроенный двор, теннисный корт. В крайней пристройке управляющая компания, бар, спортивный зал, бассейн и термальный островок. Закрытый мирок в большом городе. Стефе тут будет гораздо лучше, чем в многоэтажном муравейнике.

– Наш под номером девять, – выделяю наш, не мой, теперь – наш.

Оставляю машину у входа, помогаю жене выбраться наружу. Держу ее за руку, когда поднимаемся по ступеням. На крыльце зажигается фонарь. В темное время суток срабатывает на движение.

– Сейчас посмотрим? – предлагаю решить ей, что делать с подарками, сложенными высокой горкой слева от двери. Коробки искусно упакованы цветной оберточной бумагой, перевязаны широкими лентами.

– Посмотрим, – без особого энтузиазма произносит Стеша.

Интуитивно чувствую, у нее нет желания заняться распаковкой на ночь глядя, но, она станет это делать лишь для того, чтобы оттянуть нашу первую ночь. Я не знаю, была ли Стефа уже с кем-то. И меня мучает этот вопрос. Ревность и Стефания в моем случае – все равно, что синонимы.