Глава 31

МИЯ

Выхожу из душа, отказавшись от сушки и укладки волос и позволяя каплям медленно стекать и впитываться в ткань любимого шёлкового халата.

Пытаюсь мысленно отстраниться и перестать проматывать сцены из своей жизни.

Неприятный разговор с Игорем уже давно ушёл на второй план.

Вспоминаю, как долго я склеивала осколки собственной души после вечера у Бергмана. Вспоминаю, как долго сомневалась и, в конце концов, отважилась открыть собственный массажный салон, стараясь полностью сосредоточить своё внимание и время на работе. А потом поняла, что дела идут хорошо, и нужно развиваться. Одна работать я не успевала, поэтому пришлось собирать свою собственную команду и набирать к себе в штат профессиональных сотрудников, переманить к себе которых оказалось просто неприлично сложно. Позже пришлось развиваться ещё дальше, потому что впереди были потрясающие перспективы, но для этого нужно было вкладываться финансово. И денег требовалось очень много. И связи были нужны. А у меня ничего этого не было.

Тогда я вспомнила одного старичка, с которым я перебросилась парой фраз на нашем первом с Шаховым приёме. Я, разумеется, боялась к нему обращаться. Но страх быть высмеянной и отвергнутой смогла перешагнуть. Старичок меня послушал, одобрил идею и даже похвалил, предложив свести с нужным человеком, который подверг меня тщательному допросу и заставил работать над бизнес-проектом. Вот так и началась моя карьера бизнесвумен. Это слово до сих пор режет мой слух, потому что свою работу я люблю очень, хоть время, когда я сама занималась лечебным массажем, давно уже осталось позади. И я смогла подняться. Внутренняя горечь и желание доказать самой себе, что я не просто девочка, которую можно перекладывать из одной постели в другую, как обычную вещь, заставили меня шагнуть далеко вперёд и перелистнуть несчастливую страницу моей жизни.

Вода с волос уже замочила верх халата, но мне всё равно. Прохлада отрезвляет, не позволяя утонуть в мысленном самобичевании. Беру в руки телефон проверить, который час, и обнаруживаю непрочитанное сообщение.

Шахов: «Одно твоё слово, и я приеду. Хочешь?»

Меня прошибает холодный пот, и мурашки ползут по спине.

Да. Я очень хочу. Безумно. Но он об этом никогда не узнает. Хватит с меня того, что уже случилось.

С момента, когда был задан вопрос, прошло больше сорока минут. Наверное, мне не стоит уже отвечать. Вероятно, лучше просто удалить короткую переписку, но я, несмотря на предостережение разума, отправляю краткий ответ.

Я: «Нет».

И тут раздаётся звонок в дверь.

Сердце уходит в пятки, когда я сталкиваюсь с твёрдым, настойчивым взглядом.

— Слишком поздно ответила, — Шахов выглядит сногсшибательно, как всегда. Ленивая самоуверенная улыбка чуть затрагивает его губы, озорные огоньки в карих глазах почти превращают его в мальчишку. А мне так хочется вновь почувствовать, как его чуть отросшая щетина будет слегка покалывать мою ладонь.

Улавливаю внутренние сигналы тревоги с отголосками ноток опасности, но я сейчас не в том состоянии, чтобы к ним прислушиваться.

— Уходи. Не хочу тебя видеть, — отворачиваясь, закрываю дверь прямо перед его носом, но он успевает выставить вперёд ботинок и толкнуть дверь обратно.

— А придётся, — ещё две секунды, и он оказывается на пороге моего дома.

— Ты очень не вовремя. Давай в другой раз, — ему не нужны мои отговорки. Он всё равно сделает по-своему.

— На улице жуткий ливень, а водителя я отпустил.

— Такие, как ты, на такси не ездят, да?

— Выгонишь и не позволишь даже обогреться — я заболею и умру. И моя смерть будет на твоей совести. Готова нести этот крест до конца своих дней?

— Ты, как всегда, оригинален.

— А ещё мой призрак будет преследовать тебя вечно. Разве это то, чего ты хочешь? — я недоуменно моргаю пару раз, чтобы сосредоточиться и убедиться, что его слова не плод моего больного воображения. Он действительно это сказал? — Так ты от меня точно не избавишься.

Только сейчас соображаю, что вода стекает с него тоненькими струйками. Прямо на мой пол. Вот здорово. Развёл мне тут грязь. Хотя… Это ведь Шахов. Пора бы уже привыкнуть…

Совсем не отдавая отчёта своим действиям, я ледяным тоном произношу:

— Хоть одно движение или слово, которое мне не понравится, и ты убираешься отсюда вон.

— Кофе-то хоть нальёшь? — он, намеренно пропуская мимо ушей осознанную грубость, через голову стягивает с себя футболку и отбрасывает её в сторону, а я, позабыв все свои посторонние мысли, втайне просто любуюсь плоским животом и широким разворотом плеч. Как и раньше.

Вслух произношу возмущённое:

— Сдурел что ли? Немедленно оденься!

— Я весь вымок. Предлагаешь ходить в мокрой одежде?

— Предлагаешь лицезреть тебя голого?

— А почему нет?

— Ладно. У меня где-то завалялась футболка Игоря. Выручу.

— Как-нибудь обойдусь. Мне его вещи не нужны.

— А что ж ты тогда к будущей жене его приехал?

Шахов пристально на меня смотрит и сощуривает глаза.

— Так что насчёт кофе?

— Не поверишь. Но здесь тебе не ресторан, — снова сталкиваюсь с внимательным взглядом. Шахов обжигающе смотрит сначала на мои волосы, затем плавно скользит вниз и, останавливаясь на моей груди с торчащими сосками из-под подмоченной ткани, резко выдыхает, крылья носа его раздуваются, а зрачки расширяются.

— Только попробуй руки опять распустить, — предвидя ход его мыслей, я сразу же устанавливаю рамки. — Значит так. Оденешься. Выпьешь свой кофе. Дождёшься, пока закончится дождь. Вызовешь такси и уедешь на все четыре стороны.

— А если дождь не закончится до утра. Ты позволишь остаться? — беззлобная насмешка в его глазах отчего-то вызывает у меня улыбку, которую я тщательно стараюсь сдерживать.

— Не наглей, Шахов. Кофе — единственное, чем я могу тебя угостить. — И то… Если очень хорошо попросишь.

— Я очень хорошо умею просить, — прошло с полминуты напряжённого молчания, прежде чем я поняла, что он всего лишь шутит надо мной.

Позволив, наконец-то, непрошеной улыбке озарить моё расстроенное лицо, отвечаю таким же игривым тоном.

— Будем, как в школе. Три замечания, и с урока ты удаляешься.

— Принимаю вызов.

— И учти. Первое ты только что заработал.