24

– Посиди пока здесь, – шепчет Люси-«номер два», вталкивая меня в свою спальню после того, как мы с ней короткими перебежками туда добираемся, – нужно пообщаться с предками, рассказать, как дела в школе, и все такое. – Она подмигивает с улыбкой. – Усыпить бдительность!

Дверь за ней закрывается, и я остаюсь в темной комнате одна.

Поворачиваюсь, глаза постепенно привыкают к темноте. Снизу раздаются приглушенные голоса. Вот мама что-то говорит, вот отец.

Отец… И сердце снова замирает, чтобы через секунду забиться оглушительно громко и быстро.

Не могу понять. До сих пор не могу поверить, как это возможно? Другой мир, другие люди, но абсолютно такие же. У меня голова кружится от осознания этого.

Я медленно подхожу к окну. Вижу, как загорается свет в комнате Дина. Мелькают тени, задергиваются шторы. Я закусываю губу, продолжая гипнотизировать взглядом это желтоватое пятно в темноте. Не буду врать, говоря, что не следила за его окном все прошедшие с нашей ссоры годы.

Следила.

Каждый божий день.

Знала, когда он уходит из дома и когда возвращается. Когда сидит за компьютером, отжимается и чем занимается перед сном – он обожает лежать на диване и слушать музыку, надев наушники и закрыв глаза. Мне приходилось прятаться с краю, чтобы наблюдать и не быть замеченной. А вот Люси, наверное, совсем не нужно таиться: они со своим Дином, наверняка, желают доброй ночи по телефону, глядя друг на друга через стекло.

Даже не верится. Они смогли сохранить это – то, что было когда-то у нас. И не просто сохранить, а даже больше…

Не стану скрывать, я белой завистью завидую ей, этой девчонке, так похожей на меня. Имея все то же самое, она пошла другим путем и… стала счастливее, чем я.

– Фух! – Врывается в комнату моя копия. Включает свет, швыряет рюкзак на кровать и запирает дверь. – Пришлось отказаться от ужина. – Сообщает она. – Но мы дождемся, когда родители уйдут к себе, и я принесу поесть сюда нам обеим.

– Отлично. – Тихо говорю я.

Мои глаза все еще не привыкли к свету, и приходится щуриться.

– Да не бойся ты, – восклицает Люси. – Можешь разговаривать громче. Мама с папой привыкли, что я общаюсь по телефону с друзьями или записываю видосики для соцсетей, они и не подумают, что у меня в спальне кто-то посторонний! К тому же, ты совсем не посторонняя!

Она закалывает пряди разноцветными заколками и падает на кровать.

– У тебя мило. – Говорю я, оглядывая помещение.

Изголовье кровати в виде сердца, флажная лента из снимков-селфи на стене, куча одежды разбросана на полу и развешена на стульях, коробочки с косметикой громоздятся на туалетном столике с большим зеркалом. Настоящая девчачья спальня.

– Это да. – Люси садится. – С дизайном я заморочилась. Всю голову предкам сломала. Хотелось чего-то черного, готического, хорошо, что они меня тогда отговорили! Мне как в голову что-то стрельнет, знаешь ли, и я пру как танк, чтобы осуществить. Хотя, о чем это я? Ты, конечно же, знаешь! Мы ведь с тобой как близнецы!

– Да. – Киваю я неуклюже. – О, учебники. – Замечаю на столе стопку книг и подхожу. – Да они… они ж совсем новые.

– Ага, – смеется Люси, – открываю я их нечасто… Да и вроде незачем: в школе все в компьютерах, а домашку дают на листочках. На фига эти книжки?

– Действительно. – Сглотнув, говорю я.

И пытаюсь улыбнуться.

В этот момент из-за двери слышится какой-то шум, и я вздрагиваю. Машинально бросаюсь к шкафу, который находится справа от двери.

– Нет-нет, все нормально. – Останавливает меня Люси. – Это Мишка.

– Мишка? Ах, Мишка. – Догадываюсь я.

Отступаю за шкаф, и она открывает дверь. В комнату, как мохнатый ураган, врывается пес. Вот, кто совсем не растерян при виде меня – Мишка кажется счастливым. Виляет хвостом, обнюхивая, затем лижет мои ладони и делает попытку запрыгнуть мне на ручки.

– Эй, здоровяк, ты чего! – Смеюсь я в попытке увернуться от его поцелуев.

– Неужели, у тебя никогда не было собаки? – Заперев дверь, спрашивает Люси.

Я пожимаю плечами.

– Никогда.

– Тогда наслаждайся, это прикольно. – Она открывает шкаф. – А что там, кстати, у тебя в сумочке?

И только в этот момент я вспоминаю о маленькой сумке, болтающейся на ремне у меня на боку.

– А, ты про это. – Я снимаю ее и вешаю на стул. – Пара футболок и юбка с пятном: Дин облил меня из лужи, когда торопился к месту сбора для телепортации. Ну, ты знаешь… Это он так объяснил. На самом деле, я знаю, что Дин сделал это специально. Мы с ним… мы не ладим. Там. У нас. Хотя, это вы и так уже знаете.

– Да уж. – Усмехается Люси. – Но не переживай, у меня много симпатичных шмоток, выбирай любые. – Она отходит на шаг, и моему взору открывается изобилие ярких и стильных вещей на вешалках. – Устроим пижамную вечеринку?

Я провожу рукой по тканям, они гладкие и приятные на ощупь. От них пахнет фруктовыми духами. Все-таки, эта Люси гораздо смелее меня: я бы не решилась носить что-то подобное. Я… Я не люблю, когда ко мне прикованы взгляды. Мне… больше нравится быть незаметной.

– Давай. – Отвечаю я.

– Тогда переодевайся. – Люси достает с полки розовую футболку и коротенькие голубые шорты. – Вот, держи. Думаю, тебе пойдет.

– Ладно. – Соглашаюсь я.

Мы ведь в спальне. Кроме Мишки меня никто не увидит.

– Уау. – Восклицает Люси, когда я надеваю пижаму. – Другое дело!

Пес продолжает крутиться под ногами, когда я приближаюсь к зеркалу. На удивление, смотрится комплект отлично: я в нем как совершенно другой человек. Черт возьми, да я теперь похожа на нее – на Люси!

– Тебе нужно чаще улыбаться! – Подбадривает она меня, обнимая сзади за плечи. – И быть увереннее. Я поняла, что у тебя с этим некоторые проблемы.

– С чего ты это взяла? – Облизнув губы, спрашиваю я.

– Твоя одежда. – Честно отвечает Люси. – По правде говоря, я бы ее сожгла. И немедленно!

Она бросается к моей одежде, я – за ней. Люси подбрасывает ее в воздух и ловит. Я, смеясь, пытаюсь у нее ее отнять.

– Сжечь! – Хихикает Люси.

– Не-е-ет! – Я ее щекочу.

Она сдается и разжимает пальцы. Одежда валится на кровать.

– Все, сдаюсь! Сдаюсь! – Хохочет Люси.

Пес подпрыгивает и лает. Я собираю одежду, складываю аккуратной стопочкой и убираю на стул.

– Как же я восхищаюсь тобой. – Вдруг признается моя копия, успокоившись. – Ты смогла поладить с учебой, а мне она никак не дается.

– Может, ты просто не пробовала заняться ею серьезно? – Улыбнувшись, уточняю я.

– Может. – Соглашается Люси. – С усидчивостью у меня проблемы. – Она вскакивает на кровать и начинает петь. Натурально. – «Только солнце я дождусь! И в жизни все станет просто… Жду я, и высыхают слезы. И в небе гаснут звезды…»

Это слова из арии Гризабеллы. У меня холодеет спина.

А Люси спрыгивает с кровати, раскинув руки, и продолжает:

– Сча-а-астье! Мимолетное счастье! – Она кружится. – Незнакомое счастье наступившего дня. Пролетая легко, своим волшебным крылом ты дотронься до меня…

– Гав! – Негромко отзывается пес.

– Ну, как? – Прыгает обратно на кровать моя копия.

– Великолепно. – Глухо отвечаю я.

– Я собираюсь исполнить ее на школьном конкурсе и получить звание «Королевы бала»! – С придыханием сообщает она. – Там будет столько талантливых девчонок, и все мы будем петь, танцевать, дефилировать и соревноваться в различных состязаниях! Я та-а-ак мечтаю победить!

Люси снова вскакивает с кровати и принимается кружиться по комнате.

– Я так долго готовилась. – Признается она, вдруг замерев у зеркала. Поправляет свои шикарные волосы, красит губы блеском и мечтательно вздыхает. – Думаешь, у меня получится?

– Обязательно. – Честно отвечаю я. – Ты очень красивая. – Встаю и подхожу ближе. – Очень. Глядя на тебя, я думаю, как было бы здорово стать такой же.

– Правда?

Мы стоим рядом и смотрим на наши отражения.

– Да. – Киваю я. – А еще ты очень красиво поешь. И двигаешься. Я не умею так.

– А хочешь, я научу?

– Да я не…

Не успеваю договорить, как Люси утягивает меня к двери.

– Стой тут. – Командует она. – И смотри. Начнем с походки. Ты ходишь вот так. – И начинает изображать меня, почему-то прилепив руки к бедрам по швам.

– Что? Я так не хожу! – Возмущаюсь я. – Это робот какой-то!

– Так и ходишь, серьезно! – Хохочет Люси. – А надо так. – И идет мне навстречу, покачивая бедрами. – Легко, свободно, уверенно. Подбородок приподнять, плечи расправить! Пробуй.

– Так?

– Аха-ха! – Ржет она. – Да, почти. Уверенней, Люси! Давай! Давай! Хорошо!

Мы смеемся, меряя комнату шагами – туда и обратно, туда и обратно. Пес бегает за нами.

– А хочешь, научу тебя делать макияж? – Вдруг спрашивает Люси, хватая меня за руку.

– Не-е-е-е! – Пытаюсь сопротивляться я. – Мне такое не идет. Да, к тому же, ни глаз почесать, ни на ладонь на уроке не опереться, все размажется.

– Брось! Что ты такое болтаешь? – Не сдается она. – Мне же идет!

– Это же ты.

– Давай, попробуем? Тебе понравится! – Чуть не визжит Люси.

– Ла-а-адно. – Я падаю на стул, и она принимается наносить косметику на мое лицо, объясняя, что делает на каждом этапе.

Так я узнаю новые страшные слова типа «консилер» и «флюид», а также с удивлением обнаруживаю, что легкий макияж придает мне свежести. Ну, а тушь для ресниц так вообще – дверь в другой мир, которая делает меня кем-то другим и… очень красивым, что поражает не меньше.

– Нравится? – Ухмыляется Люси.

– Я в шоке. – Тихо отзываюсь я, разглядывая свое отражение в зеркале. – Кто это, вообще?

– Ты! – Радостно обнимает она меня. – Ладно, жди, сейчас притащу нам чего-нибудь перекусить. Закрой пока дверь, я постучу три раза.

Мишка убегает за ней.

– Ага. – Я наклоняюсь к зеркалу и потрясенно рассматриваю свои глаза, губы, нос. – Вот это да…

Как можно за пару десятков минут стать кем-то другим? Как это вообще возможно? Не думала, что преображение так потрясет меня.

– Люси! – Вдруг раздается мужской голос.

И у меня душа уносится в пятки.

Прежде, чем я успеваю подумать, куда лучше спрятаться, дверь распахивается, и на пороге появляется отец.

– Люси?.. – Ошарашено уставляется он на меня.