Глава 18
Кэш вышла из душа, промакивая полотенцем потемневшие от влаги волосы. Сейчас они не вились теми шикарными светлыми локонами, что взметались в воздух при каждом ее движении; в данную секунду мокрые и спутанные, спадающие ей на лицо многочисленными тонкими прядками, они делали ее образ еще более соблазнительным.
— Все равно, такое ощущение, что я в гостинице. Не хватает вышитого названия отеля или его эмблемы.
Отбросив полотенце на кресло, она разодрала спутанные пряди пальцами, посетовав на себя за то, что так и не завела привычку таскать в своей сумочке расческу. По номеру разлился ощутимый запах шампуня, смешиваясь с ночными запахами, что принес теплый ветер с улиц Бангкока.
— Не гостиница, а хорошая съемная квартира и приходящая уборщица, отправляет вещи не куда-нибудь, а в отличную прачечную.
— Еще скажи, что элитную, — пошутила Кэш, сама не зная откуда это взялось.
Два года прошло. За это время она ни разу не вспомнили о тех событиях и о человеке, что открыл ей мир услуг для vip-клиентов.
— Можно и так сказать, химию везут из штатов, для таких взыскательных клиентов, как я.
Девушка кивнула в ответ, принимаясь подбирать разбросанные по полу вещи. Он не заметил ее насмешливой улыбки, что все-таки пробилась к губам, как бы Кэш себя не сдерживала. Ох, уж этот взыскательный клиент, чёрт побери!
— Тебя звонили, — Дэвид покрутил в руках ее телефон. — Какой-то Йен!
Мужчина откинулся на спинку кровати, наблюдая за обнаженной женщиной, что, совершенно не стесняясь своей наготы, прошлась по номеру подбирая с полу разбросанную одежду. Каждое ее движение исполнено спокойствием, молчаливой грации: без нарочитого виляниями бедрами или выставленной напоказ сексуальности. Видит Бог у нее есть на что посмотреть: стройные ноги, округлые бедра, подтянутая задница, выраженная талия и полная грудь, лишенная силикона. Он проверил. Все в ней было свое, собственное, натуральное.
— Да, я слышу. — Послышалось сверху насмешливо. — Перезвонят.
Наконец она подошла к кровати, протягивая руку. Дэвид еще раз крутанул телефон, пробежавшись по ней взглядом, как он не старался, у него так и не получилось залезть во внутрь ее новенького Blackberry, чтобы оценить новую модель, взглянуть на фотографии, набрать свой номер в конце-то концов и получить ее взамен.
— Что за Йен?
Кэш, не дождавшись, когда он отдаст ей коммуникатор, присела на край кровати, принявшись натягивать трусики, продевая в них изящные ступни.
— Какая разница?
Дэвид приподнялся в одно движение, опрокидывая ее назад, себе на руку.
— Муж? Парень?
Она смешливо улыбнулась, протянув руку к его волосам и поправив их на висках, затем приподнялась на лопатках, поправляя белье на бедрах.
— Если бы это был муж или парень, то меня бы здесь не было. Отпустишь меня?
Ее ответ удовлетворил его. Он отражался в ее глазах, в то время как улыбка почти исчезла с ее губ, оставив лишь ее слабую «тень». Дэвид не удержался, его рука прошлась по ее бедру, поднимаясь выше. Он совсем не против того, чтобы она осталась у него на эту ночь.
— Ты всегда уходишь. Оставайся.
— Я спать хочу и люблю это делать в своей кровати и, что значит всегда? Для трех встреч, это слово слишком поспешно.
Просто ответила она, легко выскользнув из его объятий. Дэвид перекатился на спину, глядя на то, как платье скользит по ее телу и наконец, она поправляет его, легко пройдясь ладонями по бедрам.
— Как ты могла заметить здесь тоже есть кровать, подушек великое множество, а я обещаю тебе согревающие объятия.
Он добивался ее внимания на протяжении трех недель, каждый вечер совершая тур по клубам, в ее поисках.
Однажды, увидев ее среди танцующих и предприняв попытку склеить, пустив в ход все свое обаяние, Дэвид потерпел неудачу, она не проявляла интереса, танцевала с ним, отказалась от коктейлей и еще через пару треков исчезала.
Дэвид бы забыл ее, вокруг множество красивых женщин, но было в ней что-то такое, что запомнилось ему и не давало покоя.
Он не смог бы объяснить, что именно: возможно то, что она отвергала его раз за разом, или то, как она это делала, всегда словно посмеивалась над ним, исчезала и не позволяла провожать до дома, в тщетной попытке узнать свой адрес.
Иногда он чувствовал себя совсем мальчишкой рядом с ней, но глупости все это — ей ведь не больше двадцати пяти, они или ровня друг другу, или может быть она на пару лет старше его. Чего не может изменить пластическая хирургия — голос и руки, у нее с этим было все в порядке.
— Давай уже познакомимся, Золотые кудри! Сколько можно от меня бегать? — Он пропустил между пальцев прядь темных волос, со светлыми кончиками на концах, — Меня зовут Дэвид, а тебя?
— Кэш. Наши встречи все меньше похожи на случайность, ты преследуешь меня!
Может все дело было в том, как она танцевала, с чувством, привлекая к себе взгляды мужчин и женщин, выделяясь на фоне азиатов и разряженных туристов, как яркое пятно прожектора направленное на сцену.
Он часто встречал ее в клубах Тайбэя, потом это превратилось в увлекательный квест, даже в некое преследование, найти, где же она отплясывает на этот раз. Потом, неделю назад, Кэш наконец поддалась, оказавшись в его номере, без выпивки, денег, просто потому, что так захотела.
— Нет. Я люблю спать в своей кровати, так одеяло никто не стягивает и подушками делиться ни с кем не требуется. Дай, пожалуйста, телефон!
Дэвид спрятал телефон под подушку, заложив руки под голову. Кэш вновь отступила, поглядев на плечистого красавца развалившегося на кровати. На выделившихся кубиках его пресса, белье стирать можно или в шахматы играть. Дэвид — умный, обаятельный, успешный, очень симпатичный, кажется, что отшлифованный, чуть ли не до идеального состояния. Все в нем прекрасно… И скучно. Секс хорош, но на нем долго не продержишься.
— Я не каждой девушке предлагаю остаться, — улыбаясь заметил ее новый знакомый.
Кэш все-таки наклонилась к нему, опираясь ладонью на его живот, проговорила ему в губы:
— Дэвид, утром у меня самолет. Мне еще нужно собраться. Ты был очень мил, но мне и в самом деле пора.
Он не верит ей.
— Ты так и не дала мне свой номер телефона. Теперь же сбегаешь и что-то мне подсказывает, что ты даже не думала прощаться.
Мужчина проводит рукой по ее бедрам, сдвигая скользкую и прохладную ткань платья, упавшие на грудь мокрые волосы щекочут кожу его груди.
— Зачем? Будешь писать мне смс и клясться в любви? Или слать мне умильные видео с котиками? Добавишься ко мне в друзья на MySpace?
Кэш не обращает внимание на его прикосновения. Прощальный секс уже был и совсем не важно, что мужчина узнал бы об этом в самую последнюю очередь.
— А ты там есть?
Девушка быстро покачала головой. Так он и думал.
— Через полгода я собираюсь домой, в Канаду. Может мы встретимся и выпьем кофе?
— Ты не знаешь откуда я.
— Если ты скажешь мне откуда, то я выберу билеты с пересадкой. Ну же! Только кофе. Неужели так плохо провели время, что ты бежишь от меня, как от огня?
Кэш кивнула, наконец поддавшись уговорам. В ее планах не значилось возобновлять встречи с ним, также, как в самом начале обращать на него внимание, а потом спать с ним, еще и еще раз.
***
— Вам вызвать такси?
Кэш, натянув на еще влажные стопы босоножки, выпрямилась, отряхнула руки от песка и отрицательно качнула подбородком из стороны в сторону. В сумке вновь зазвонил телефон, настойчиво, нетерпеливо и, как ей показалось очень и очень сердито.
— Нет, спасибо. Я пройдусь пешком.
Девушка вышла в душную и громкую «прохладу» ночи, наполненную многочисленными запахами и звуками. Крошечный садик вокруг дома, который она преодолела в три шага, пытался скрыть тот факт, что они находятся в густонаселенном мегаполисе. Все такое четкое, правильное, идеальное, на английский манер.
Она толкнула калитку, тут же оказываясь на одной из шумных улиц столицы Тайланда.
Они здесь все такие, кажется нет такого места в этой стране, где можно было бы остаться в одиночестве, однако, это не так. Еще есть храмы, в которых как поговаривают местные можно постичь относительный покой и тишину.
— Да, Сиена!
Она отпрянула от дороги, вглубь тротуара, пропустив вперед лихого гонщика, что спешил срезать путь по пешеходной дорожке.
— Я ведь могу и спать в такой час!
Это уже третий звонок подруги и Йен звонит до последнего, пока аппарат, система или робот не сбросят ее вызов. Она всегда так делает.
— Для той, что спит крепким сном ты слишком долго не берешь трубку. Как зовут твоего Морфея?
Кэш улыбается. Сиена, как всегда очень проницательна.
— Это неважно. Сейчас будет очень шумно, потерпи!
Кэш зажимает динамик ладонью, перебегая дорогу, лавируя среди гудящих машин, повозок, мотороллеров и мопедов.
— Все, я здесь!
— Почему неважно? Бери его с собой, порежем волны все вместе, ты не будешь скучать.
Кэш улыбается — хитрость подруги не осталась незамеченной ею. Она прощупывает почву, насколько у Кэш все серьезно на личном фронте.
— Я и так не буду скучать. Не переживай. Ты вообще, чего звонила так поздно?
Долгих два года она не виделась с друзьями. Кругосветное путешествие, которое она планировала закончить ровно через год после его начала, несколько затянулось и у Кэш пока не было желания возвращаться обратно. За это время она жила продолжительными и совсем краткими периодами в разных странах, знакомясь с интересными людьми, изучая местную кухню, традиции и уничтожая разнообразных демонов. Последнее случалось редко, чтобы там не думала о ней Сиена. Кэш ввязывалась в такие авантюры только тогда, когда те попадались ей на глаза и лишь в том случае, когда переходили некую черту.
— Я уже подумываю обидеться! Это у тебя поздно, а у нас очень рано. Я беспокоюсь, что тебя так приспичило вспомнить о нашем предназначении? Никто никого не ловит уже лет двести, а то и больше, все свободны от древних обязательств.
— Йен, он три дня, как мертв. Все в порядке. Молодым демонам надо давать понять, что и на них есть управа, они совсем распоясались, нападают считай, что средь белого дня.8c847c
Кэш продолжает идти, ловко маневрируя среди машин, мотоциклов, мотороллеров, тележек и повозок уличных торговцев.
— Он выпил ту женщину, а местные копы свалили всё на то, что она попробовала какой-то местной дряни сомнительного качества. Но этот ежевичный цвет, дымок на ее губах они разумеется не увидели.
— Ну и зачем тебе это нужно? Знаешь сколько людей умирают по всему миру?
Сиена на другом конце света перешла на драматический шепот, явно, чтобы не разбудить Марка.
— Так велела моя совесть.
Просто отвечает ей Кэш. Этому простую истину, философию, мудрость(да называйте как хотите!) она усвоила еще будучи в Японии, на заре своего бессмертия. Всё очень и очень просто — нет добра, нет зла, есть совесть и внутренние убеждения.
— Ты не видела ее, как она выглядела — да, в гроб краше кладут! Человек в коме, а этот даже не вспомнил ее. Это ты сейчас так возмущаешься, а будь на моем месте, то поступила бы также!
Сиена помолчала немного потому что Кэш была абсолютно права, она бы еще и землю того заставила есть, и могилу себе выкопать, прежде чем похоронить в ней его же бренные останки.
— Ты убила его?
— Да. Все сделала по науке, раздала плоть бродячим собакам, а часть съела сама.
— Кэш! Какая мерзость!
Кэш смеется, зажав трубку ладонью, чтобы не оглушить далекую собеседницу своим смехом. Она чувствует себя очень хорошо, беспечной и, кажется, счастливой. Она рада, что скоро увидит ее и Марка — она безумно соскучилась по ним.
— Я пошутила, не нашла я бродячих собак в столь поздний час.
— Ты невозможна, но я прошу тебя… Нет, я заклинаю тебя! Не ввязывайся ни во что! Доживи до момента нашей встречи…
— Сиена!
Кэш немного сердится за эти слова. Вот что она начинает? Она воин, а не маленькая девочка, подобравшая острую железяку!
— Да! Пожалуйста! Я ведь беспокоюсь!
Улыбка пропадает с лица Кэш. Ее трогает эта забота о ней.
— Не переживай, через несколько часов уже увидимся с тобой. Давай, я уже дошла до дома и пошла спать.
— Пожалуйста, — Сиена не отстает, пообещай, что…
— Хорошо. Я обещаю.
На другом конце света Сиена отбросила телефон в сторону, мысленно поблагодарив высшие силы, что все наконец закончилось. Осталось всего ничего — меньше суток и она наконец увидит ее!