Глава 21.1

Глава 21.1

Часы показывают четыре утра.

Алекс сидит на полу душевой кабины, прямо как есть, в верхней одежде. Вода из лейки хлещет ледяная, словно прямиком из раскинувшегося рядом озера. Он замерз, но готов просидеть еще столько же.

Где-то час прошел с того момента, как Кэш сделала первый вдох, больше похожий на хрип, закашлялась кровью, а потом вновь затихла.

Сначала она была холодной, словно на коленях у него лежал кусок айсберга, потом начала гореть, прожигая, согревая его через промокшую одежду.

Каждый бессмертный проходит это - сначала он ощущает просто боль, потом, на несколько секунд его “окунают” в агонию, затем наступает смертельный холод и смерть. Воскрешение происходит по противоположному пути - сначала будет очень жарко, организм разгонит кровь и все процессы в нем до каких-то невиданных скоростей, пустит все ресурсы на восстановление поврежденных тканей, затем начнет остывать, замедляться, возвращаясь к обычному темпу и нормальной температуре тридцать шесть и шесть.

-Мне не надо было уезжать, прости меня.

Алекс отмыл ее от крови. Все эти часы он сидит и смотрит на ее напряженное лицо, не в силах отказать себе в том, чтобы перестать прикасаться к ней. Он несколько раз ловил себя на мысли, что все это в последний раз. Утром она быть может не станет слушать его. Имеет право между прочим. Он подвел ее. Алекс разозлится на ее упрямство, скажет что-нибудь резкое и она уйдет.

-Ничего не могу поделать с этой порывистостью. Внутри как будто что-то вспыхивает и не отпускает пока не прогорит до конца.

Он проводит по ее бровям, скользит на висок, заправляет несколько приставших к коже лица волосков ей за ухо. Алекс вновь обратил внимание на то, что она не носит сережек. Ей бы подошли сапфиры или лазуриты.

-Успокоившись, я твержу себе, что оно того не стоило, но разве это важно потом? Это всегда касается только тебя и никого больше. Мне кажется ты поняла это, Булочка.

Алекс запрокинул голову, закрывая глаза. Он не знает слышит ли она его, но все равно должен признаться и рассказать ей обо всем хотя бы для того, чтобы его наконец отпустило.

-Я вернулся слишком поздно.

Лекс скрипнул зубами. Он и сейчас видит это: Клейтон прижимает ее бедра к своим. Она улыбается ему, когда тот наклоняется, чтобы поцеловать ее.

-Позже, я нанял детективов, попросил об одолжении нужных людей из Интерпола и нашел тебя в Англии,

О чем он подумал тогда? Что ощутил?

В очередной раз, Лекс почувствовал себя обманутым и наивным дураком. Она так любила его, так упивалась горем, так переживала, что нашла замену спустя какую-то неделю. Ему словно влепили звонкую пощечину, а он, осознав это звонкое и обжигающее прикосновение, продолжал смотреть, как разбивают вдребезги хрусталь его светлых чувств и вновь возродившихся надежд.

Какая ирония, что этой заменой оказался его наставник!

Лекс даже спустя годы не нашел в себе сил и желания, чтобы возобновить общение с ним. Просто оборвал все контакты, не объясняя тому ничего. К чести Клейтона тот не стал допытываться и пытаться найти истину, просто принял все, как данность.

Детский поступок. Алекс прекрасно осознавал это, но что он мог сказать ему?

“Я не хочу иметь с тобой ничего общего, потому что ты т****л любовь всей моей жизни?!”

Девушка вдохнула полной грудью. Алекс потянулся к крану, дергая переключатель вниз.

-Мне надо было поговорить с тобой в Гриндевальде.

Он целует ее прохладные губы, ощущая приятный озноб. Эта женщина волнует его даже в таком состоянии, одним лишь фактом своего существования, осознанием, что в данной секунду она принадлежит только ему.

-Тогда бы не было Аскота. Наверное, мы были бы вместе, а может мне было бы уже наплевать на то, что происходит между тобой и Клейтоном, Кристофером, Дэном или с кем-нибудь еще.

Алекс и сейчас слышит эхо своих прошлых, таких злых, отравляющих душу мыслей:

“Хороша же любовь! Такая достойная женщина! Добрая, веселая, нежная, красивая и такая дрянь при этом!”

-Ты отъелась, - говорит он, поднимаясь со своей драгоценной ношей, - тебе не стоит злоупотреблять своими же шедеврами.

Он укладывает ее на кровать.

-Поверь мне, я перепробовал их все и нет в них ничего диетического!

Теперь самое сложное. Ему надо раздеть ее. Не во влечении дело, а в том, что стоит быть очень осторожным, не сломать ничего повторно и постараться сохранить вещи.

-Я скоро вернусь.

Плевать на одежду! Алекс спускается вниз, на кухню, чтобы взять ножницы. Он выдаст ей все, что нужно. В ее распоряжении целый шкаф, если она придет в себя до того, как он привезет что-нибудь из ее дома.