Глава 18

Я был в шоке. Как только связь между мной и этой странной белкой окрепла, до меня сразу же дошло, с кем я имею дело.

У нас одна кровь, как это ни странно. И кровь не даст солгать. Теперь я знаю, кто этот таинственный союзник.

Связь, возникшая между мной и этим рыжим недоразумением на ветке, была настолько сильной, что я практически мог читать мысли животного, в котором сидела душа человека.

Человека, о котором я ой как наслышан.

– Ты… Всеволод Дубровский, да? – мысленно обратился к животному я. – Тот, кому раньше принадлежало это тело?

– Ну слава богам, дошло, наконец! А я уж думал, что в моё тело попал какой-нибудь болван безмозглый! – голос прежнего Всеволода дребезжал в голове так, что у меня аж затылок заныл. По одной только интонации я понял, каким капризным и избалованным засранцем был моей предшественник. – Да, это я. Всеволод Сергеевич Дубровский. Настоящий! Тот, чьё имя ты носишь! Донашиваешь, скорее. Тьфу! Чёрт бы подрал старика Валерьяна. Он ещё поплатится за то, что сделал со мной! Так, всё! Вытаскивай меня отсюда… Эм… кузен? Или кто ты там мне по родословной?

М-да… Либо он совсем тупой, либо до сих пор не понял, кто в его теле оказался. Не исключено, что Валерьян намеренно подшутил над ним, чтобы скрыть правду.

Хотя даже сам факт перемещения погибшего парня в тело белки – это уже одна сплошная чёрная шутка. В стиле старика, узнаю почерк.

Вот ведь старый интриган! Теперь понятно, куда делся предыдущий владелец поместья. Пока я разгребал долги и строил санаторий, мой предшественник, знатный пропойца и гуляка, отрабатывал свои грехи в теле лесного грызуна.

Иронично. Генеральный директор компании и белка-алкоголик. Такого дуэта мир ещё точно не видел!

– Всеволод, ты чего замер?! – крик Ярины достал меня из телепатического диалога с предшественником. – Мы тут, вообще-то, не одни!

Дух-вепрь оправился от удара жёлудем и начал бить копытом по земле. Фиолетовое пламя в его глазах вспыхнуло ещё ярче. Он пригнул голову и приготовился атаковать. Я прекрасно понимал, что помощник Тенелиста собирается ударить мне бивнями в живот.

– Ярина, левый фланг! – перехватив инициативу, скомандовал я. – Павел Демьянович, как только мы его отвлечём – бегом в овраг. У вас будет не больше двух минут, чтобы найти последний ингредиент!

– Слушай сюда, директор… Или кем ты там был? Да не важно! – снова заверещала белка и тут же перепрыгнула на ветку пониже. – Этого борова звать Тугодумом. Он очень неповоротливый. Я тут три месяца за ним наблюдаю. Тенелист его накачал силой, но мозгов не добавил.

– Стоп, погоди, – мысленно перебил его я. – Серьёзно? Тугодум?

– Я бы на твоём месте сейчас не удивлялся имени этой сволочи, – фыркнул бывший Всеволод. – Лучше приглядись. Видишь у него на загривке опухоль? Там, где шерсть дыбом стоит? Это метка Тенелиста. Хвостом своим клянусь, он контролирует Тугодума с помощью неё. Рубани туда магией – и он на какое-то время ослабеет.

– Понял тебя, Пушок, – усмехнулся я. – Спасибо за информацию. Сейчас всё сделаем!

– Как ты меня назвал?! Я – барон! Я… – принялся ворчать предшественник.

– Молчать, Пушок! – мысленно велел я, а затем скомандовал вслух: – Готовься, Ярина. Работаем!

Вепрь сорвался с места. И этот бросок больше походил не на атаку зверя, а на падающее дерево. Примерно такое же, которое меня в прошлой жизни прикончило.

Огромная туша неслась на нас, сметая на пути кусты и мелкие деревья. Я выставил руку вперёд и призвал свою магическую силу. В зоне, которая принадлежит Тенелисту, колдовать было возможно, но трудно. Ощущение будто открываешь заржавевший замок, который ещё вчера был вполне себе новым.

– Ярина, сейчас! – прокричал я.

Девушка среагировала мгновенно. Вместо того чтобы ставить щит, она ударила по корням под ногами зверя. Дикий терновник вынырнул из земли и оплёл ноги вепря. Это не остановило махину, но сбило темп духа. Вепрь споткнулся и ударился своим пятаком о твёрдую землю.

Я тут же рванул вперёд, чтобы нанести следующий удар. Мимо меня, словно рыжая молния, пронёсся мой предшественник. Он решил принять участие в сражении и с истошным писком прыгнул вепрю прямо на загривок.

– А-а-а-а! – орал он в моей голове. – Получай, свинина! За все унижения, которые я из-за тебя пережил!

Когти Пушка вцепились прямо в ту самую опухоль, созданную Тенелистом.

Вепрь взревел. И от этого звука, у Павла Демьяновича, который уже начал спускаться в овраг, едва не вылетела из рук дорожная сумка. Зверь начал топтаться на месте, пытался скинуть с себя белку.

И это – мой шанс.

Я потянулся к своей магии через силу, использовал всю волю и вытянул из земли тонкую струю чистой силы Истока. Это стоило мне колоссальных усилий, но проиграть мы не могли.

Финальный удар духу ещё не был нанесён, но я уже ощутил глубокое удовлетворение. Пару месяцев назад я с огромным трудом подчинил себе другого духа – Моха. А теперь почти без напряга борюсь с другим, куда более сильным духом.

Моё могущество возросло!

– Уйди с линии атаки! – крикнул я белке.

Пушок в последний момент совершил кувырок и улетел куда-то в заросли папоротника. Мой удар – ярко-зелёный луч – прошил густой воздух и вонзился точно в опухоль Тенелиста на загривке вепря.

Раздался громкий хлопок. Фиолетовое пламя в глазах зверя на мгновение погасло. Дух покачнулся, чуть не упал. Я ощутил, как изменилась его аура.

Он только что испытал боль и… благодарность?

Да. Точно. Я не ошибся. Он был рад, что я смог его остановить. Видимо, Тенелист и в самом деле управляет им издалека.

Подавляет его волю.

– Давайте! – заорал я Павлу Демьяновичу. – Быстрее! Времени мало. Нужно отступать, пока есть время!

Отец Лизы, несмотря на возраст, проявил чудеса ловкости. Он скатился на дно оврага. И нашёл среди гнилых коряг и чёрной воды то, что мы искали. Я даже с возвышенности увидел странные светящиеся стебли.

“Чёрный Борец”.

Старик выхватил серп, быстро срезал три растения и помчался обратно – к нам.

– Есть! – карабкаясь наверх, крикнул он.

Вепрь тем временем начал приходить в себя. Тьма внутри него не исчезла – она просто притихла ненадолго. Дух издал яростный хрип, и я почувствовал, как существо собирает ману со всего леса, чтобы совершить контратаку.

Всё, битву продолжать уже нет смысла. Пора бежать.

– Отходим! – я подхватил Павла Демьяновича под локоть и помог ему выбраться на ровное место.

Ярина уже была рядом. Перед отходом она выстроила за нашими спинами заслон из колючих ветвей.

– А как же твоя белка? – крикнула она. – Она нам вроде как помогла!

– Сейчас заберу! Без неё не уйдём, – ответил я.

Пушок сидел на пне и пытался пригладить неровную шерсть на хвосте. Вид у него был крайне оскорблённый.

– Прыгай! – крикнул ему я.

Белка сиганула мне на плечо и вцепилась в мою куртку.

– Только попробуй и дальше шутить надо мной! – пригрозил “барон”. – И ещё… Я требую политического убежища и нормального жилья! Желательно рядом с винным погребом!

– Будет тебе и погреб, и дупло со всеми удобствами, – мысленно усмехнулся я. – Но сначала выведи нас отсюда. Ты говорил, что давно здесь живёшь. Значит, тебе известен короткий путь!

– Налево, через малинник! Там граница влияния Тенелиста гораздо тоньше. Бегом, пока Тугодум не очухался!

Мы рванули сквозь заросли. Я чувствовал, как магия Тенелиста пытается дотянуться до нас. Но мы были быстрее. Враг не успел прибыть на помощь подчинённому духу.

Рядом, тяжело дыша, нёсся Павел Демьянович. Прижимал к груди сумку с бесценным ингредиентом. Ярина же бежала легко, словно дикая кошка.

Когда мы, наконец, перемахнули через невидимую черту и воздух снова стал чистым и лёгким, я смог с облегчением вздохнуть.

– Ушли… – Ярина согнулась пополам, утёрла пот со лба, а затем посмотрела на меня и белку, что сидела на моём плече.

И готов поклясться, Пушок в этот момент изображал из себя победителя. Будто бы наша операция увенчалась успехом только благодаря нему.

– Всеволод, объясни мне одну вещь, – нахмурилась Ярина. – С каких пор ты понимаешь язык грызунов? И почему мне кажется, что эта белка смотрит на меня так, будто… чего-то от меня хочет…

– О-о! Я бы сказал, ЧЕГО я от неё хочу, – прозвучал в моей голове похотливый голос Пушка. – Симпатичная девка. Диковата, конечно, но в моём вкусе. Я бы…

– Заткнись, – мысленно перебил предшественника я, а затем перевёл взгляд на Ярину. Ей ответил уже вслух. – Это долгая история. Скажем так… Кажется, я только что обнаружил наше семейное наследство. Придётся взять его под опеку.

– Мы успели, барон, – вмешался в наш разговор Павел Демьянович. – Теперь у меня есть всё, если, конечно, остальные духи и вправду смогут найти два других ингредиента. Сегодня ночью я приготовлю отвар. Завтра Лизавета станет свободной.

– Отлично, – улыбнулся я. – Возвращаемся в поместье. У нас впереди важная ночь.

А завтра меня ждёт ещё одно важное дело. Утром я должен встретить свою гвардию.

– Меня с собой возьми! – радостно отозвался Пушок. – Я многое знаю о местных. В том числе и о дворянчиках. Кто кому должен, кто с кем спал и так далее. Ох, мы с тобой такую структуру выстроим, кузен! Озолотимся!

– Мы строим санаторий, а не притон, – осадил его я.

– Одно другому не мешает!

Я даже не стал с ним спорить. Смысла в этом нет. Похоже, моя жизнь в Российской империи стала ещё на порядок “веселее”, чем прежде.

Вскоре мы приблизились к выходу из леса. Вдалеке уже виднелась крыша моего особняка. И что самое приятное, там нас ждал Ярослав с водорослями, Мох с лишайником и ничего не подозревающая Лиза.

Идеально. Чистая работа. Нам всё-таки удалось собрать полный комплект.

Осталось только сделать зелье и вылечить Лизу. Вылечить от болезни, о которой она даже не подозревает.

Я уже собрался пообщаться с духами и забрать оставшиеся ингредиенты, но в этот момент моё сознание померкло.

И в моей голове прозвучал голос. Вновь. Вот только на этот раз он принадлежал не Пушку.

– Браво, барон. Искренне говорю – браво! – проскрипел голос Тенелиста. – Я недооценил вашу… деловую хватку. Прийти в мой сад, забрать то, что принадлежит мне, да ещё и так бесцеремонно обойтись с моим помощником. Ай-яй-яй. Кажется, я просчитался.

Тенелист совсем страх потерял. Теперь он проникает в мой разум по своему желанию. В любой момент, когда захочет.

И это нехорошо. Нужно придумать способ защитить свой мозг от него. Ещё не хватало, чтобы он научился читать мои мысли.

Кто знает? Он ведь так со временем может подчинить меня своей волей!

Проклятый сорняк в моём лесу, от которого я никак не могу избавиться… Хотя я ещё даже толком не начинал “прополку”.

– Тугодум слишком много весит и слишком громко хрюкает – для нас он не проблема. Плохого ты себе выбрал союзника. Он даже не старался, чтобы помешать нам, – бросил я Тенелисту.

Тёмный маг рассмеялся. Но в этом смехе я уловил фальшивую ноту. И это… очень важно!

Там, за бахвальством и мощью неизвестной мне магии, промелькнула тень настоящей боли. Физической и духовной.

Я нанёс урон не только духу, но и самому Тенелисту. Он скрывает это, но чувствует сильную боль. А это уже можно считать первой серьёзной победой! Ранее у меня не было возможности хоть что-то противопоставить этому уроду.

– Я слышу, о чём ты думаешь, Дубровский. Не радуйся. Ты не победил. Но, признаю, мне было неприятно, – проскрипел Тенелист.

– Тогда привыкай к боли, – отрезал я. – Ты заигрался на чужой земле. Я знаю, что ты сотворил с другими лесами. Знаю, что сделал с семьёй Ярины. И мы с ней это так не оставим. Мои земли не разделят ту же судьбу.

Я почувствовал, как он пытается надавить, прощупать мои ментальные щиты, найти щель в броне. Но я знал, как ему ответить. В этом мне помогли учебники Валерьяна, которые я закончил изучать совсем недавно.

Я просто представил, как закрываю тяжелую металлическую дверь внутри своего разума. Один щелчок замка – и всё.

– Вон из моей головы! Приёмные часы закончены, – огрызнулся я.

И моя магия тут же вытеснила врага из разума. Теперь я был уверен на все сто процентов – его в моём мозгу нет. И он даже не подслушивает.

Я только сделал ему больно. Ещё раз!

– Ты чего застыл, кузен? – пропищал Пушок. – Лицо такое, будто палёную водку выпил.

Проклятье… Ещё один голос в голове. Только этого мне и не хватало!

– Общался с одним типом из третьего региона, – уклончиво ответил я. – Больше он нам не помешает. По крайней мере, пока что.

– Этот-то? Тенелист? – Пушок фыркнул и поудобнее устроился у меня на плече. – Пафосный индюк! Я его держал под контролем, уж поверь! Три месяца прожил неподалёку от него. Он меня боялся, да!

Да… Гонора у предшественника – пруд пруди.

– Я всё слышу! Слышу твои мысли! И всё о тебе знаю! – заверещал он.

– Да-да, но рассказать об этом никому не можешь, – усмехнулся я. – Смирись. Тебя никто, кроме меня, не слышит.

Мы вышли к поместью, когда солнце уже начало клониться к горизонту. Навстречу нам из конюшни вышел Ярослав. Его змеиные глаза замерли на белке, сидящей у меня на плече.

И смотрел он на Пушка с аппетитом.

– Хозяин, – склонив голову набок, протянул он. – “Это” пахнет, как… еда?

– Сам ты пахнешь как еда, червяк переросший! – топорща хвост, тут же вскрикнул Пушок. – Всеволод, не разрешай ему так на меня смотреть! Умоляю!

– Ярослав, перестань пускать слюни. Это мой новый союзник. Его не трогать! Ясно? – приказал я, а затем крикнул своему слуге, который как раз в этот момент чистил окна снаружи особняка.– Степан! Принеси орехов и самое маленькое блюдце в мой кабинет.

Может, мой предшественник и бесполезен, но я всё же хочу проследить за ним. Всё-таки я теперь занимаю его тело. А орехи и кров – это маленькая плата за то, что он дал мне возможность прожить вторую жизнь. Хоть и сам того не хотел.

Вечер в особняке выдался суматошным. Мы с Яриной и отцом Лизы заперлись в лаборатории. Настал час закончить приготовление зелья.

В центре стола в медном котелке булькало варево. Цвет у него был подозрительный – нечто среднее между болотной тиной и ржавчиной.

– Температура должна быть идеальной, – бормотал себе под нос старик. – Если перегреем – “Чёрный Борец” убьёт водоросли. Если недогреем – лишайник превратится в яд.

Ярина сидела на табурете, подперев подбородок ладонями. Она лениво пускала из пальцев крошечные зелёные искры, поддерживая огонь под котлом.

– Всеволод, твой новый питомец слишком громко точит зубы, – вздохнула она. – Он мне уже надоел.

Пушок в ярости воскликнул:

– Вы все – идиоты! Демьяныч всё делает не так! Старый хрыч перепутал последовательность! Сначала нужно было кидать лишайник. Сейчас всё взорвётся, и мы все отправимся к праотцам!

Умник. Он только самогон варить умеет, а ещё выпендривается!

– Да тише ты, – шикнул я на него.

– Я молчу, барон! – обиженно отозвался Павел Демьянович. Видимо, решил, что мои слова адресованы ему.

В этот момент варево в котле изменилось. Оно начало пузыриться и издавать звук, подозрительно похожий на рычание того самого вепря, с которым мы совсем недавно столкнулись.

– Ох, беда! – вскрикнул лекарь. – Баланс состава нарушен! Магия Тенелиста в “Борце” конфликтует с моим составом!

Я резко напрягся. Ситуация начала выходить из-под контроля. Если потеряем зелье – нам придётся собирать ингредиенты заново. Добытых не хватит на ещё один заход!

В этот момент из стены, прямо над кипящим варевом, выплыл Валерьян.

– Бездари, – хмыкнул призрак и бросил брезгливый взгляд на котёл. – Двести лет прошло с тех пор, как я умер, но ничего не изменилось! Люди всё пытаются варить магические компоненты так, будто… Будто это овсяная каша!

Белка на полке замерла. Мой предшественник задрожал.

– Дед? – прошептал Пушок.

Кажется, он всерьёз испугался. И я не удивлён!

– Сделай что-нибудь, – бросил я Валерьяну.

Призрак снисходительно кивнул. Он протянул призрачную руку и… отвесил белке подзатыльник.

– Ай! – пискнул Пушок.

– Не сиди без дела, пьяница, – рявкнул Валерьян. Странно, правда, слышать такое заявление от другого алкоголика. – В твоей шерсти ещё осталась пыльца с того дуба, где ты прятался. А в нём было много магии! Я знаю, как всё исправить. Прыгай в котёл, дальше я сам всё сделаю. Раз уж Всеволод попросил.

Пушок, не смея перечить деду, совершил отчаянный прыжок. Он пролетел над котлом, отряхнув хвост прямо в бурлящую жидкость.

Фух, я уж думал, что предшественник и вправду в кипяток прыгнет. Валерьян в это время взмахнул рукой, чтобы изменить состав зелья за счёт своей магии. Она у него даже после смерти частично сохранилась.

Я же в этот момент послал ему часть своих сил, чтобы призраку было проще подготовить зелье.

– Готово, – вздохнул Валерьян. – И впредь, Всеволод, следи за этим недоразумением, – он указал взглядом на белку. – Не думал я, что вы так быстро встретитесь. Но раз уж ты раскрыл эту тайну – позаботься о нём. Как никак, он… тоже мне внуком приходится. Только жалости к нему не испытывай! Пусть отрабатывает свои грехи, засранец пушистый!

Призрак исчез так же внезапно, как и появился. Павел Демьянович в этот момент воодушевлённо охнул:

– Чудо… Баланс восстановился сам собой! Зелье готово!

Я посмотрел на Пушка. Тот обиженно сложил руки на груди, совсем как человек. Но я всё же решил его поддержать.

– Ты молодец. В моей комнате тебя ждут орешки. Можешь полакомиться, – предложил я.

Правда, моя похвала, кажется, обидела его ещё сильнее.

Позже, когда Ярина ушла отдыхать, мы с Павлом Демьяновичем прошли на кухню. Перед нами дымилась чашка липового чая, в которую старик аккуратно капнул три капли приготовленного отвара.

– Вы уверены, что ей не стоит знать? – прошептал я.

– Уверен, Всеволод Сергеевич, – Павел Демьянович посмотрел на меня с глубокой грустью. – Лизавета будет винить себя, если узнает, что мы ради неё сделали. Она откажется от лекарства. Слишком уж она… Как бы выразиться?

– Альтруистичная, – подсказал я.

Да, всё верно. Знаю я таких людей.

В бизнесе иногда приходится принимать решения за партнёров, если те слишком эмоциональны для общего дела. Лиза была моим главным активом в вопросах здоровья, и её безопасность – один из важнейших приоритетов.

Да чего уж там… Она – не только актив. Она – мой близкий друг.

– Хорошо. Пусть это останется нашей тайной. Для неё это просто вечерний чай. От усталости, – заключил я.

Мы дождались Лизу. Она зашла на кухню, уставшая. Благодарно улыбнулась отцу и выпила чай до дна.

Я же внимательно наблюдал за её аурой. На мгновение глаза девушки вспыхнули, а рука непроизвольно прижалась к груди, там, где под кожей бился артефакт “Сердце”. Она глубоко вздохнула и…

Отправилась спать, даже не подозревая, что с этой секунды артефакт навсегда сросся с её телом. Теперь она в безопасности. Отторжение не произойдёт. А самое главное, когда Озёров узнает, что мы сделали – он потеряет к ней интерес.

Ещё одна победа!

На следующее утро я провёл короткую медитацию, а к полудню вышел ко двору около особняка. Прибыли гости.

Те, кого я очень давно ждал.

Пятнадцать человек. Потенциальные егери (так я решил величать своих гвардейцев), из которых я должен выбрать нескольких – самых надёжных. Разношёрстная толпа: отставные солдаты, крепкие крестьянские парни и пара сомнительных личностей с бегающими глазами, которые явно спутали набор в егеря с набором в банду.

Таких людей я насквозь вижу. Странно, что Горенков не понял, какие “кандидаты” пробрались на последний этап отбора.

Пушок сидел у меня на плече и активно комментировал увиденное.

– Второй слева – дезертир, у него под рубахой клеймо. Пятый – вор, я его видел в Волгине, он там кошельки резал. А тот здоровяк в центре... О-о, этот вообще… Ну… В общем, пил я с ним. Долго. Не самый приятный человек.

Я слушал Пушка вполуха, а сам медленно обходил строй. Мой взгляд скользил по лицам. Оценивал их выправку и физическую форму. Мне нужны были не просто охранники, мне нужны были люди, способные выжить в лесу.

И защитить его.

Но в какой-то момент моя магическая аура задребезжала. Я бросил взгляд на одного из кандидатов. И почувствовал мощный отклик. Не уверен, что этот парень сам ощутил, что только что произошло…

Но одно могу сказать точно.

У одного из потенциальных егерей есть магия. И мощная!