Глава 22

22

Мама Дэна и Кира смотрит на меня во все глаза с таким явным шоком, что не надо быть и семи пядей во лбу, чтобы все понять. Секундное молчание. Первый шок спадает, и она с интересом разглядывает мои голые ноги, да и вообще…всю меня.

Я без белья, в одной футболке перед ней стою как изваяние.

—Привет, Анечка. Аа…где…ммм? — дар речи и у нее пропал.

Что ж, это официальный пиздец. Там случайно нет еще моих родителей? Бегло заглядываю ей за спину. Но нет. Моих нет, зато…

—Привет, мама.

А вот и двое из ларца! Мой шок стекает холодным потом по вискам.

—Привет. Я …пришла…эм…— мама Лена смотрит на них, на меня, переминается с ноги на ногу, а вот ее сыновья абсолютно уверены в себе. Целует поочередно мать, заходят в квартиру с двумя пакетами каждый и кивают ей, мол, заходи.

—Знакомься. Аня. Наша, — рубит Дэн уже в коридоре.

—Девушка, — дополняет Кир.

—Мы знакомы вообще-то, — переводит шокированный взгляд на сыновей.

—Это к слову. Да. Ну давай в комнату, что ли. Ай стоп, подожди тут, я быстро приберу.

Дэн уносится, а вот Кир обхватывает меня за талию и прижимает к себе. Вот прямо так.

—Это то, о чем я думаю? — медленно и совершенно спокойно спрашивает теть Лена, а мне от стыда хочется раствориться в пространстве!

—Да, мы вместе, мам. Все хорошо.

Она кивает, часто моргает и переводит взгляд в пол, пока я думаю, сбежать ли мне сейчас, или еще пообтекать от стыда?

—Извините, я быстро, — бросаю и вырываюсь из объятий Кира, все-таки решив не позориться дальше.

Мне хватает пяти минут, чтобы убрать все следы разврата на кухне, напялить на себя нижнее белье и штаны. Футболку заправляю в брюки и выгляжу ужэе не так ужасно, как изначально. В комнату долгое время не захожу, даже когда готова, пока не слышу, как меня зовут.

Нет, ну вот как через себя перешагнуть?

Кир не выдерживает и идет за мной. мы сталкиваемся лоб в лоб в прихожей, и это ужасно, потому что он весел, а я сейчас от ужаса скончаюсь.

—Че ты паришься? Идем. Не за сексом застали и ладушки. У меня мировые предки,у спокойся, — выпаливает и целует в губы, следом выходит Дэн, обнимает меня и мягко ведет ладонью по пояснице.

—Да, мама просто сама в шоке, не ожидала, что мы вместе. Успокойся. От тебя она без ума!

Парни меня пытаются успокоить, но я не могу в себя прийти!

В комнату заходим вместе, а мама Лена прячет салфетку и раскрасневшееся лицо. На меня смотрит как-то смазано, как будто плакала. Теперь мне тошно как никогда.

—Извините, на меня просто нахлынуло. Ребята, я ж не хотела вторгаться, я думала, что вы уезжаете по другой причине. Не связала два и два, — печально улыбается и переводит взгляд на свои руки, сжатые в кулак.

—Мам, ну ты чего? —Дэн первым устремляется к ней, целует в макушку.

Кир следом, а я не знаю, куда себя деть.

—Ничего, ладно, вы собирайтесь. К нам хоть зайдите, скучаем очень. Анечку не обижайте! — взгляд плывет ко мне, и я киваю, также неловко стоя посреди комнаты.

В ней столько нежности и тепла, что мне очень стыдно за то, как я ее встретила. Это все очень неловко. В мыслях все запутанно.

Тетя Лена отказывается и от чая, и от кофе, ей явно не очень хочется нас беспокоить, только я, наоборот, за то, чтобы она осталась, и чтобы мы смогли смягчить эту ситуацию.

—Нет, дорогие мои, я пойду. Вы лучше приходите вечером или завтра, или тогда, когда у вас получится. Все, люблю вас, — меня целует первой, шепчет на ухо “держи их в узде” и, мягко улыбнувшись, идет в коридор, братья за ней.

Ну вот, теперь одна сторона знает о нас, но остались еще и мои родные. Я пока не готова делиться этим с ними, потому что морально это сложно, а еще потому, что я боюсь реакции. Она явно будет не радостной.

—Ну все, малышка, не грузись. Все бывает. А прикинь, застала бы нас на кухне, во весело было бы. Поржали бы! — Дэн заваливается первым и сгребает меня в крепкие объятия.

—И ничего тут страшного нет, как будто мама не в курсе, что такое секс! — следом заплывает на кухню Кир и обнимает меня с другой стороны.

В их руках надежно и спокойно. И чтобы дальше ни случилось, я всегда буду чувствовать их надежный тыл, в моем случае со всех сторон, это как бронебойное стекло или бетонная стена, за которой мир перестает быть угрозой.

Наши отношения далеки от общепринятых, они не похожи на нормальные, но нам хорошо втроем.

Будь что будет, но я выбираю их.

Наша дружба на троих теперь больше и перешагнула рубеж.

Каждый может быть счастлив по-своему.