Глава 7

Глава 7

ГЛАВА 7

Мычу в ответ на эту наглость, пытаюсь взбрыкнуть, но куда там. Кирилл меня на руки сажает и полностью собой оплетает.

—Шшш, маленькая, ты чего?— посмеиваясь, целует меня в щеку, в ухо, в висок.

Меня захватывает неведомое чувство. Мне не верится, что это сейчас происходит. Почему..

Почему он меня так трогает? И что самое ужасное, почему у меня не вызывает это никакого отторжения?

Машина останавливается. Мой шок меньше не становится, но я немею.

Когда Дэн садится на пассажирское сиденье, Кир отводит руку. Они придвигаются ко мне впритык.

Стоит только податься вперёд, и я смогу коснуться их губами.

Обоих.

Настолько мы близко.

У меня начинает дрожать губа. В ужасе смотрю на разворачивающуюся перед лицом картину: танец бровей и мускул.

Кир укладывает руку мне на бедра и двигает ближе к себе.

Дэн же наклоняется и ведёт губами по щеке. Цепляет мочку.

—Что вы делаете? — всхлипнув, шепчу. Голоса нет, состояние плавно смещается к вязкой жиже.

—Ты говорила, что хочешь всякого и выросла. Зачем тебе чужой человек для таких дел? — Дэн заправляет мои волосы за ухо, скользит по раковине и мягко перехватывает меня за шею.

Я медленно моргаю, втянув воздух поглубже.

Мне кажется, я оглохла. Или отупела в момент.

—Да, мы все сделали бы в лучше виде. Тебе для этого совершенно никто не нужен. Мы родные люди, малыш, —произносит Кир, поместив палец мне на губы. Надавливает и отпускает.

—Что все?— проталкиваю вязкую слюну, но она в горле комом встает.

—Абсолютно все.

—Все что надо тебе, мне, нам.

—И чуть-чуть ещё.

Напевают мне парни. И целуют в щеки.

Дэн в левую, Кир в правую.

Меня бросает в жар.

Следом в холод.

Пальцы впиваются в куртку Кира, а мысли разлетаются вдребезги.

—Я не понимаю, — задыхаясь и шепчу куда-то в пустоту. Внутренности поджигаются на открытом огне.

Кир касается моих губ подушечками и оттягивает вниз. Отпускает.

И снова надавливает, чтобы в итоге опустить.

Дэн же ладонью ведёт по спине вверх, вдоль позвоночника, каждую косточку нащупывая и лаская пальцами.

Мне нечем дышать.

Я задыхаюсь от происходящего.

—Все то, что ты хотела делать со своим хлюпиком, можно сделать с настоящим мужчиной, который не сделает тебе больно. Только приятно. С тем, кому ты сможешь доверять, — голос пропитан незнакомыми нотками, чем-то пугающим и острым, о что я обязательно порежусь.

Мне будет больно. На грани.

—С теми, — поправляет Дэн Кира, и наклоняется ближе ко мне, практически прикасаюсь губами к моим. Молнии касаются плоти.

Разряд тока слышится в пространстве потрескавшимся звуком.

Я медленно дышу, словно боюсь полноценно втянуть носом воздух.

Кажется, я разучилась это делать. Катастрофически сложно находиться тут и не потерять сознание.

Внутренности скручивает узлом, а состояние вязкости не покидает тело.

Волнение разрезает нервы вдоль и поперек, шинкуя их острым ножом.

Тут-тук-тут, сердце срывается на галоп.

Кир наклоняется ко мне, и глядя прямо в глаза, целует меня в губы. Взрыв сверхновой перед глазами ослепляет. Он Проводит языком по нижней, верхней, проталкивает его в рот.

Кожа покрывается бисеринками пота.

Мгновения проходят, и он отстраняется, облизнувшись, как кот, объевшийся сметаны.

Меня пронзает пиком.

Мой лучший друг меня только что поцеловал. А я не сопротивлялась!!

Реальность разрывается надвое, а внизу живота рождается мучительно болючий искрящийся узел.

Дэн массирует лопатки и перехватывает меня за талию.

Укладывает на спину к себе на ноги и накрывает мои губы своими, пока Кир опускает руки на грудь и массирующими движениями сводит меня с ума.

Распахнув рот, мычу, когда проворный язык уже пробирается внутрь, схлестнувшись с моим.

Словно по острию ножа иду босиком. Перед глазами вспышки, внутри ядерный взрыв, после которого только облако остаётся.

Разъедающее все живое.

Пульс шарахает в висках и разбивают меня вдребезги.

Не собрать по частям.

Я слишком поздно понимаю: мало того, что я не оказываю сопротивления, я ещё и отвечаю. Ухватившись в руки Кира, маскирующего мою грудь.

Двигаю губами и встречаю горячий язык на своих устах.

Дышу огнем и выдыхаю его же.

Меня в момент вырубает.

Я целуюсь с лучшими друзьями.

Я позволяю им себя трогать, и в какую-то секунду осознаю, что это не вызывает отторжения.

Я извиваясь дугой в горячих руках и чувствую, как Кир осторожно поднимает мою кофточку и прикусывает сосок через лифчик. Это так нежно и легко, и в тоже время предательски запретно.

Ощущаю ладони Дэна на бедрах, понимаю, что он накрывает самое сокровенное и надавливает большим пальцем, не прекращая меня целовать.

Чувствую, что Кир пробирается под лифчик и обхватывает двумя пальцами сосок, вынуждая меня извиваться под ними и забыть о чувстве стыда.

Все смывается.

Стирается

Словно не существовало вовсе.

А себя прихожу, лишь когда чувствую пальцы внизу живота, что пробираются под джинсы.

Действует оглушающе.

Рваный вздох разрезает пространство, и я дергаюсь как от удара. На деле же. От сковывающей тело судороги, прошивающей икру, приходит резкая боль.

Поза неудобная даже для балерины, и меня потряхивает не только от эмоций.

—Отпусти, — шепчу Киру в губы, когда он думает меня снова поцеловать.

По телу разряд тока в двести двадцать лупит.

В глаза его темные смотрю и теряюсь. Там что-то щелкает, словно переключать провернули.

—Отпусти меня! Немедленно!!

Во рту разливается привкус огненного поцелуя, все печет.

Тело как будто в кислоте. Эти касания на грани боли не приносят больше такого наслаждения, как мгновения назад.

В мыслях бардак.

С силой пихаю от себя ребят и сажусь между ними на сидение, рвано дыша.

Я только что целовалась со своими лучшими друзьями.

Они засунули мне язык в рот, ласкали грудь и расстегнули штаны.

—Малыш, послушай, — Дэн осторожно касается моей руки самым невинным способом из всех, но я одергиваю руку.

Тогда Кир мягко шепчет у самого уха, цепляя губами мочку.

—Тебя никто не обидит, мелкая, все будет только хорошо.

—Ты просто расстанься со своим идиотом, и все. Мы будем только втроём, и никто нам не помешает. Наша девочка, — они синхронно касаются моих рук.

Сжимают в своих и растирают, как будто крем размазывают. Моё сердце сейчас выпрыгнет из груди.

—Я думала, мы друзья, а вы. Вы…—дрожу всем телом, чувствую, что глаза начинает колоть. Я вот-вот расплачусь.

—Малыш, ты понимаешь вообще, как сложно с тобой дружить? Как это, пиздец, взрывает сознание? Ты такая, — Кир прижимается губами к скуле и ведёт вверх, оставляя влажную дорожку. —Ты такая запредельная.

—Сносящая крышу и сознание. Такая изящная, красивая, нежная…

—Добрая, ласковая, умная…

Слышу комплименты и расползаюсь в разные стороны. Моё дыхание похоже больше на рваные попытки дышать с пробитым лёгким.

—Что в такое говорите? Мы же с детства знакомы!!

—И теперь мы выросли, малыш. Мы выросли, — утробно шепчет Кир, продолжая водить пальцами по моей скуле, шее.

—И ты выросла, девочка. Ты же когда-то говорила, что выйдешь замуж за нас двоих? — посмеивается Дэн и упирается лбом в мою щеку. Ладонь слетает на грудь, и мое дыхание разлетается на осколки.

—МНЕ БЫЛО ПЯТЬ!! Я ПЕШКОМ ПОД СТОЛ ХОДИЛА!

—А теперь мы выросли. И мы хотим тебя. Судя по отклику, ты также хочешь нас. Проблем не вижу, — резюмирует Кир, поворачивает мою голову к себе и целует в губы. Взрыв. Яркая вспышка перед глазами.

—Вот именно!—Дэн поворачивает мою голову и целует вслед за братом.

ДОРОГИЕ МОИ, у меня стартовала еще одна новинка.

История будет горячей, эмоциональной и очень волнительной. Местами больно, местами будем менять белье.

В тексте есть: разница в возрасте, наглый герой, герой добивается героиню

ПЛОХОЙ ПАРЕНЬ

https://litnet.com/ru/reader/plohoi-paren-b475914?c=5604123p=1

—Послушай нет…я старше, и ты брат моей подруги. Ты что? Я твой преподаватель, Юра Шолохов, — перед глазами плывет, когда я шепчу простые истины. Он наступает на меня скалой. —Мне плевать на все. Я тебя все равно заберу, украду, присвою, — подхватывает меня на руки и упирается лицом в шею, жадно втягивая воздух. —Юра, я говорю тебе “нет”. —А я говорю “да”. Юра Шолохов непробиваемый, дерзкий, молодой и горячий, и в то же время совершенно мне неподходящий. Но его этот вопрос абсолютно не волнует. Он уже решил, что я принадлежу ему. ОТЕЦ МЕКСА ШОЛОХОВА