5. Нестабильный треугольник

За время купаний мы отдохнули, выпили открытое Арсом виски, поржали и вернулись в спальню, готовые к новым экспериментам.

— Только не торопись, — нервничала я, оглядываясь на Арса, самого трезвого из нас.

Тот успокаивал, лаская груди, поглаживая живот и бедра, так что я сосредоточилась на Лексе. Секс с ним как раз не пугал, но и не приносил удовольствие от предвкушения. А вот слияния с Арсом я ждала с нетерпением. Боль и неудобства забылись, а вот ощущения крышесносного оргазма остались. И я хотела повторить, но не думала, что получу второй шанс.

Лекс быстро пришел в готовность и нетерпеливо насадил меня, приподнимая бедра, чтобы ударять глубже. Ну не отнимешь этого у него, я уже через минуту дрожала от возбуждения и тёрлась промежностью о его лобок. Только тогда Арс наклонил меня, уложив на пресс Лекса, и провел пальцами с лубрикатом между ягодиц.

Мы все трое затаились и сдерживали хриплое дыхание. Лекс замер, давая Арсу спокойно вставить член в узкий проход. Я напряглась, ожидая вторжения и предвкушая заполнение. Арс словно специально медлил, гладил мой анус, дразнил пальцами, то ныряя внутрь, то выскальзывая, распределяя смазку.

Но в тот момент, когда я почувствовала головку его члена в своем проходе, стал выстрелом для эмоций. Одновременно охнув, я приподнялась, Арс крепко сжал ягодицы, насаживая меня глубже, Лекс заворочался, опуская меня на свой член до упора.

И снова мы все втроем застыли, осознавая полное слияние. Уже через мгновение захотелось движения. Арс попробовал первым, от чего я и Лекс выпали.

Мне никогда не доводилось принимать в себя два члена одновременно и это… это… Черт, какое-то сумасшествие, когда с одной стороны хочется зажаться, сжать все мышцы, чтобы остановить неправильный выход из тебя другого органа, но при этом во влагалище от другого члена идет эйфория и расслабление. И я отпускаю инстинкты удержать всё в себе на мгновение, чтобы потом снова сжать мышцы и удержать парней в себе. И так до бесконечности. Под мучительные и сладкие стоны троих. Под хрипы и вздохи, где все перемешалось между нами, оставляя только ощущение немыслимой агонии от удовольствия. Когда молча кричишь, чтобы это прекратилось, и не хочешь этого. Когда движение замирает, понимаешь, что его просто необходимо возобновить, чтобы не свихнуться от потребности снова чувствовать в себе оба члена.

И под конец, когда Арс с Лексом как-то нашли общий ритм, меня накрыло спазмами удовольствия и не отпускало, пока оба парня не отстрелялись и не вышли из меня, зажав с обеих сторон.

Говорить мы смогли только спустя час ленивой дремоты и усталости.

— Это надо повторить, — проговорил Лекс, просовывая мне свой палец между ягодиц. — Лен, я тоже туда хочу. На полшишечки?

— Нет, — мы одновременно с Арсом отбрили Лекса, и я с упоением раскрыла рот для поцелуя Арса.

Тот терзал соски и трахал меня языком в рот. Лекс пыхтел сзади, тиская мои ягодицы и играя пальцами с анусом. В какой-то момент я застонала и выгнулась, насаживаясь попой на его руку.

— Я хочу попробовать, — прохрипела я.

— Ты уверена? — нахмурился Арс, переглядываясь с Лексом, которого тоже повело, как и меня.

— Да, попробую. Только можешь…

— Что?

— Можешь, пока он будет входить, поласкать мне грудь и клитор?

Арс усмехнулся и лег навзничь, поднимая меня выше, давая почувствовать промежностью свои кубики на теле. А в следующий момент я взвыла и закусила губу, когда его язык и зубы впились в мой сосок и закружились в диком танце.

А вот с Лексом я погорячилась, хотя и поняла это только в тот момент, когда тот прорвался в зад головкой. Это полный треш! У меня наверное глаза на лоб вылезли от боли и неправильности. Я чувствовала, как трещит жопа, но от шока даже остановить была не в состоянии. А Лекс не чувствовал, урча и кряхтя, тараня меня дальше, вводя резко и глубоко.

Я закричала, Арс оторвался от груди и, только взглянув в мое лицо, тормознул Лекса за плечо.

Я задыхалась от боли, но Арс не давал Лексу выйти.

— Убери… убери его…

— Малыш, не могу, он порвет тебя. Придется потерпеть, расслабиться. Потом он медленно выведет.

Но Лекс уперся и сделал вид, что не понимает. Чуть постанывая и еле сдерживаясь, он вдруг резко толкнулся, чуть вышел и снова толкнулся под мой истошный крик. Вскрикнул сам, и я почувствовала, как дернулся во мне его член, явно выплескивая сперму.

— Уёбок, — процедил Арс, выползая из-под нас, осторожно отсоединяя под мои завывания. И в следующий момент, со всей силы, впечатывающий кулак в довольную расслабленную физиономию Лекса.

Арс донес меня до душа и помог подмыться. Закутал в полотенце и оделся сам.

— Кому ты звонишь? — морщась, уточнила я.

— Пропущенный от отца. Наверное, обнаружил, что меня нет дома.

Я взглянула на часы, почти шесть утра. Представляю панику его папаши, когда после вечеринки, среди валяющейся где попало молодежи, не находишь сына.

— Пап? Всё нормально, да. Пап, можешь меня забрать… Б*ля, не ори! В последний раз, обещаю. Да-да. Я с Лексом… С ним… Почти нормально. Немного помят. И это… пап, по дороге заскочи в аптеку. Что? Нет, не Лексу. Короче, нужны анальные свечи… Что?! Нет, блядь, не мне. Ну знаешь, заживляющие. От порывов, трещин. Что-то такое же должно быть? Надо. Не скажу. Да, противовоспалительные тоже. Ага… Э-ээээ… Только ты не подумай чего, ладно? Мы в доме Макса… Да, бля, у тёти Лены. Пап, просто забери нас и привези свечи.

Я в ужасе дослушала его разговор с папой и растеряно смотрела на Арса.

Сука, во что я вляпалась? Как я должна объяснять отцу Арса, что здесь делают мальчики? Как он мог вообще заикнуться про свечи?

— Не переживай, ладно? У меня отец с понятиями. Скажу, что у тебя тоже была вечеринка. Скромная, для узкого круга. И мы уговорили левую вообще девчонку на троих. Слышишь?

Я неуверенно кивнула. Разве купится на такую ложь взрослый мужчина?

— Он поверит, — уверенно закончил Арс и метнулся к приходящему в себя Лексу.

За полчаса он стащил Лекса на первый этаж, помог мне одеться и тоже довел до входной двери. Я села на ступеньку и прислонилась к перилам. Задница горела, сама я находилась в смятении, и наблюдала за мечущимся Арсом, которому не удавалось скрыть нервозность.

Когда раздался звонок в дверь мы все вздрогнули. Лекс, держась за голову, качнулся и поднялся, придерживаясь за стену. Я плотнее свела полы халата, но подниматься не стала, так и осталась сидеть на ступеньке. Арс рванул к двери, распахивая ее ровно настолько, чтобы вытолкнуть качающегося Лекса.

— Пап, тут просто была вечеринка… В кругу. Узком. Короче, одна девочка… Мы с Лексом немного перестарались. Проводи его до машины, а? Свечи привез?

Мы так и планировали, что я не встречусь с папашей Арса. Он просто не пустит того в дом, отдаст на руки Лекса и передаст мне свечи из аптеки. Но все пошло не по плану.

— Отведи Лекса сам. И останься там, — послышался глубокий бархатный голос, и в следующий момент я поняла, что знакомства не избежать.

Дверь распахнулась, мощная рука отодвинула застывшего Арса, и в холл вошел его отец. Я бы дёрнулась и побежала наверх, но не с моей разорванной жопой. Дёрнуться то я дёрнулась, но тут же сморщилась и осталась сидеть, разглядывая папашу.

Раньше нам не приходилось сталкиваться лицом к лицу. То что наши дети дружили и учились вместе не означало, что и родители должны дружиться, или даже быть знакомыми. Так что отца Арса, Георгия, я знала только заочно от сына и его друзей и пару раз видела на парковке у дома, когда он приезжал за парнями.

И вот сейчас по коже поползли мурашки.

Георгий был точной копией Арса, точнее прокаченной взрослой версией. Если Арс пойдет в отца, то будет сносить крышу только одним своим присутствием всем девушкам и тёткам в радиусе километра. Примерно так же, как сейчас на меня действует его отец.

Тот сжал челюсть и склонил голову, доставая из кармана брюк коробочку.

— Д-девочка наверху. Оставила ее в гостевой, — пролепетала я, протягивая руку и принимая свечи.

Георгий неторопливо кивнул и, не оглядываясь, рявкнул:

— В машину. Живо!

Арс с извиняющимся видом посмотрел на меня и вышел, торопя Лекса к стоянке.

— Девочка, значит? — вдруг заговорил Георгий, не меняя положения и все еще нависая надо мной. — Тогда пусть тщательнее лечит зад. Вставлять свечи два раза в сутки, питаться жидкой пищей.

— Да, спасибо. Я передам.

— Передай, — усмехнулся отец Арса. — Если в течение двух дней кровотечение не прекратится, обратись к врачу.

— Я…

— Передай.

Он развернулся и вышел, оставив меня в полном непонимании — поверил он нашей версии или нет?

***

Последняя неделя экзаменов подходила к концу. Внутри поселилась тревога из-за еще одной неизвестной в нашем неправильном уравнении. Арс писал смс, иногда звонил. Лекс припёрся на второй день с цветами и извинениями, но получил по морде, когда полез с поцелуями.

Разозлился? Обиделся? Мне было наплевать. Я не хотела больше иметь дело с выросшим ребенком-теленком.

Насколько же разные мальчики по взрослению… Мой Макс мной воспринимался как подросток, у которого на уме развлечения, игры, танцы и пиво. Еще он мечтал о тачке, байке и оттянуться за лето без родительского контроля.

Арс резко контрастировал со своими друзьями. Самый спокойный, рассудительный и терпеливый. Самый взрослый из этой троицы. Может пошел в отца?

По крайней мере именно Арс продержался дольше всех и пришел навестить перед самыми каникулами. Ему я отказать не смогла.

— Лучше себя чувствуешь?

— Да, — поморщилась от воспоминаний.

— Хочешь расслабиться? Массаж?

— Ты умеешь делать массаж?

Теперь скривился Арс:

— Научился.

Парень недоговаривал, хотя мне бы хотелось копнуть глубже в их семейке. Арс пристроился сзади и положил ладони мне на плечи.

— Снимешь платье?

— Зачем?

Он не ответил, просто потянул за подол и обнажил меня. Я посмотрела на часы, успокоившись, что Макс еще не скоро вернется.

— Тебя отец не хватится? — тихо спросила Арса.

— Нет, — выдохнул он, в тот же момент опрокидывая на диван и жадно прижимаясь к губам.

Да. Секс лучший массаж. К тому же сегодня будет только классический вариант из всей возможной классики. Скучной, медленной, бесконечно томной и нежной классики.

Я наслаждалась каждым его движением по моему телу. Каждым вздохом и поцелуем. Каждым толчком и шлепком. Сегодня Арс словно переродился в ласкового котёнка, и мне безумно нравилась его мягкость.

В сексе не было жалости, он также умело толкал нас к оргазму, как и все предыдущие разы. Но появилась забота, защита, которые я чувствовала в каждом его выпаде, в ласке, в поцелуе. Словно я пересекла какую-то незаметную линию его личного пространства, меня впустили в тщательно скрываемое логово, и теперь я стала узким кругом доверенных лиц. Попала в зону опёки и защиты.

И да, мне нравилось это чувствовать, нравилось быть своей. Его. Только его.

Я бы хотела…

Если бы могла.

***

Мы перебрались из гостиной в спальню.

Наверное, Арс изголодался за неделю, раз тут же повторил, только теперь осторожно сменив позу и взяв меня более жёстко, чем внизу. Об анале мы оба тактично молчали.

Сейчас, обнимаясь в постели, лежали и обговаривали планы на лето.

— После сессии он отправляет меня к дядьке по армянской линии в Америку, на стажировку, — усмехнулся Арс, отстраненно поигрывая моим соском.

— Сразу же после экзамена или мамского чаепития?

Он прыснул.

— Чаепитие само собой, он такое не пропускает. Всегда есть шанс насесть на чьи-нибудь доверчивые уши.

— А чем он у тебя занимается?

— Агентством по недвижимости и паевыми фондами.

— О.

Я никогда особо не интересовалась, чем занимается семья Арса, зато теперь это почему то стало любопытно.

— Он вместе с мамой придет на чаепитие или вместо нее?

— Что? — Арс фыркнул и ущипнул меня за ягодицу. — Мама давно сбежала от него. Назло вышла замуж за итальяшку и свалила из страны.

— Назло? — внутри поселилась странная радость, хотя мне ли не знать, как детям сложно приспособиться в неполных семьях.

— Да кто сможет вытерпеть этого гада и сохранить психику здоровой?

— Ты?..

— Ну я. Но я весь в него, с изначально вывернутой психикой.

Арс отвлекся, а я, обводя пальцем его рельефный пресс, подумала, что сама-то отрезать себя от бывшего мужа вот так же решительно не смогла. И даже не ради Макса, хотя и ради него тоже. Но на первом месте мне нужно было знать, что на свете есть мужчина, который обо мне позаботиться. Пусть даже этот мужчина бывший, ненавидящий меня, но все же любящий своего сына.

— А ты один у отца?

— Да, — вздохнул Арс, — поэтому он и вкладывает в меня всё, что может. Лучшее образование, стажировка в США, курсы в Лондоне. Мотаюсь, как прокаженный, вместо того, чтобы отрываться летом как Макс.

И в этом сквозило столько тоски и сожаления, что вот сейчас Арс стал сильно похож на моего непутёвого сына. Я потянулась за халатом.

— Не сравнивай себя с Максом. Он у папаши третий, потому балуют сверх меры. Лучше бы учился и стажировался, как ты…

Арс остановил мою руку:

— Не надо, не надевай.

Потянул к себе и сжал в своих объятиях.

— Я уеду.

— Мм.

— А ты? Будешь меня ждать?

Я застыла, растерявшись от вопроса. Он же не думает про наше с ним будущее? Такого не будет. Не в нашем случае! У меня осталось пару лет до совершеннолетия Макса, когда бывший выставит из дома с оговоренной в контракте компенсацией, и я не надеюсь еще раз получить шанс и создать полноценную семью. Мне бы просто купить милый домик в безопасном районе, завести постоянного необременительного любовника, если он будет некрасивым, но щедрым, это только в плюс.

Но Арс?

У мальчика впереди длинная перспективная жизнь и для меня там нет места. Я совершенно точно не должна влезать в его жизнь больше, чем уже влезла.

— Не молчи, — он сжал меня сильнее. — Слышишь? Я ни на что не претендую, но иногда… Мы же можем быть вместе?

Черт, как соблазнительно сказать да! Просто еще два года, если продержусь, пользоваться Арсом. Только есть одно но…

— Мне Макс сказал, что по требованию его папаши ты обязана безвылазно сидеть в доме. Это же тюрьма! Твой бывший почти такой же гад, как мой отец.

— Арс, не надо, ты не знаешь всех обстоятельств.

— И знать не хочу. Просто обещай, что пока меня не будет, ты не забудешь меня? А потом я вернусь, и мы снова сможем встречаться. И всё будем держать в тайне!

Только есть одно но… Я безумно боюсь в тебя влюбиться.

Что со мной тогда будет?