Глава 13

Вязкая тьма постепенно отпускает сознание, и я открываю глаза. Во рту пересыхает от жажды, жутко хочется кушать, будто я не ела минимум два дня. Но не это самое странное. Во всём теле чувствуется противная слабость, и поднять голову с подушки удаётся не с первой попытки, а на сгибе локтя приклеен медицинский пластырь, прикрывающий внушительного размера синяк, как от длительной капельницы.

Понятия не имею, где я нахожусь, но в комнате, чьи стены сложены из массивных камней огромных размеров, из обстановки — лишь огромное ложе, посредине которого я располагаюсь. Другой мебели нет, зато сквозь панорамные окна по левую сторону от меня видны огни ночного Лондона. К слову, панорама города довольно обширна и довольно далека. Этаж явно располагается на большой высоте. А на мне — шёлковая сорочка на тонких бретелях, которую я не, чтоб одевала сама, вообще впервые вижу.

М-да…

И во что ты снова вляпалась, София Агилар?!

Поскольку безмолвные стены мне точно не ответят, приходится подняться на ноги. Немного пошатываясь, сначала посещаю смежную со спальней ванную комнату, умывшись прохладной водой, а уже потом отправляюсь исследовать незнакомое место дальше.

Выйдя из спальни, оказываюсь в едином, ничем не ограниченном пространстве, всё с теми же панорамными окнами по левую сторону. Пентхаус, чьи главным акцентом служит декоративный “сухой” фонтан в виде каменного острова, разбит на несколько функциональных зон: бар, место для кальяна, камин — очаг с живым пламенем встроен прямо в пол, кухня, столовая и даже музыкальный салон с невообразимо шикарным чёрным роялем, а также зона отдыха. Именно там я и вижу того, кто меня сюда привёз.

Райт сидит на краю полукруглого кожаного дивана. Он не замечает моего появления. И не только потому, что шаги моих босых ступней совсем бесшумные, а я останавливаюсь за несущей колонной из разноразмерных кубов, будто поставленных друг на друга с небольшим поворотом по оси.

Руки Закери сцеплены в замок и заведены за затылок, а сам мужчина как-то непривычно понуро сгорбливается. Если и видит что — так только свои колени и белый пушистый ковёр под ногами. Я не спешу подходить ближе. Так и стою, рассматривая причудливые тени от вмонтированных в переплёты между окнами светильников с марокканскими мотивами. И только немного погодя обращаю внимание на ещё несколько предметов, лежащих на стеклянном столике перед диваном: стакан с подтаявшим льдом, распечатанная бутылка арманьяка и… пистолет. Разобранный. Рядом рассыпаны патроны.

— Кхм… — вырывается из меня тихое, когда я пытаюсь прочистить горло.

А то разом кислорода перестаёт хватать, а в горле образовывается ком.

Мужчина реагирует мгновенно. Поднимается на ноги и заслоняет собой ранее увиденное мною оружие. Приближаться не торопится, пристально разглядывая.

— Как себя чувствуешь? — интересуется, прищурившись.

— Хорошо, — вру без лишних раздумий.

Не буду же я ему жаловаться в самом деле?

— Хорошо, — кивает встречно мужчина, больше собственным мыслям, чем ответом на моё высказывание.

Поскольку ничего хорошего на самом деле нет, то на этом я не успокаиваюсь.

— А что случилось? — спрашиваю, по новой оглядываясь вокруг. — И где мы? Я думала, ты живёшь в клубе…

Последнее, что помню, как Райт не позволил мне банально рухнуть на асфальт, когда я потеряла сознание по непонятной причине. И, поскольку на улице уже давно темно, значит я провожу в таком состоянии долгое время.

— Это и не лично моя квартира, — наконец, сдвигается с места, подходя ко мне ближе. — Служебная, — поясняет в дополнении.

Отчего-то обозначение назначения пентхауса отражается внутри неприязненным чувством. Место для встреч? С вполне понятным подтекстом.

— Ааа… — припоминаю то, что не на все вопросы он ответил.

Вот только дальше так ничего и не произношу. Снова начинает тошнить, так что закрываю рот, ещё и ладонью прикрываю, мысленно молясь всей вселенной, чтоб меня не вывернуло прямо при мужчине. Разворачиваюсь в обратном направлении к спальне, но былая слабость во всём теле снова напоминает о себе, вот и хватаюсь за колонну, около которой стояла, чтобы не упасть.

— У тебя истощение, усугублённое лёгким отравлением, Софи, — Закери вмиг оказывается рядом и аккуратно придерживает за талию в своеобразных полуобъятиях. — Поэтому тебе так плохо. Но ничего, скоро это пройдёт, — приободряет, аккуратно потянув за собой.

Не в спальню. На кухню. Заботливо усаживает на один из табуретов там и вручает небольшую бутылку с водой, предварительно отвинтив крышку.

Стоит сделать пару глотков, как приступ тошноты утихает. К тому же, пить мне, и правда, хотелось, так что моя благодарность за содеянное вполне искренняя.

— Спасибо, — улыбаюсь ему.

Блондин едва заметно кивает и направляется к холодильнику.

— Голодна? — спрашивает, но ответа не ждёт, вытаскивая содержимое на кухонный островок. — Сейчас приготовлю что-нибудь.

А я… банально зависаю, наблюдая за его действиями.

Серьёзно? Ужин? Для меня? Приготовленный Закери?

Что я там говорила о том, будто всё это странно?

Да к чёрту… Меня всё устраивает!

Прежде никогда не доводилось видеть воочию, чтобы мужчина готовил. Наверное, в этом всё дело. Ведь, пока Райт занимается будущим ужином, я так и сижу с приоткрытым ртом, будто околдованная следя за каждым выверенным жестом. К тому же, на мою жалкую попытку помочь, привстав с табурета, я получаю короткое и властное:

— Сиди. Сам.

Сам — так сам. Я вообще типа истощена и отравлена.

Ну, разве можно болеть, когда вокруг так невообразимо вкусно пахнет?

И даже тот факт, что стейк из сёмги со специями и запечённый картофель — не самый подходящий вариант для той, кто едва очнулась после длительной отключки, совсем не значим… Не задумываюсь я об этом вовсе. Как и о многом другом. Прямо здесь и сейчас хочется лишь наслаждаться тем, что происходит.