Глава 25

Вернувшись, выполнила все намеченные пункты, и вечером, за просмотром кино, меня, наконец, отпустило. Нет, ну не мог бы Марк разговаривать со мной так тепло и спокойно, если бы там в Турции было что-то плохое.

Неожиданно со стороны холла раздался звук открываемого звонка входной двери. У меня внутри все похолодело, и по коже побежали мурашки ужаса. Марк прилетает только завтра, а запасные ключи от квартиры, по словам Марка, есть только у меня и Богдана.

Все происходит очень быстро. На адреналине за какие-то доли секунды соскочила с дивана и как ужаленная помчалась на кухню, схватила огромный тесак. Посмотрела на него, поняла, что это слишком. В тюрьму мне не надо. Дальше под руку попалась сковородка. Даже еще немного горячая. С лапшой.

— Рита, ау?

Фу-ух. С огромным облегчением поставила сковороду на место и пошла встречать Марка. Он уже вовсю наглаживает льнущую к нему Агату. Котенок так отчаянно мяукает и ласкается. Соскучилась.

— Привет. Ты как-то рано вернулся. Турнир раньше закончился?

— Нет, завтра еще будет продолжение.

— Так в чем дело?

— Рита, ты издеваешься?

Марк встает, снимает куртку, смотрит на меня хмуро.

— Ты сама поставила условие, что разговаривать мы будем, только когда я вернусь, еще и телефон выключила. Вот, я здесь, быстро отвечай, в чем дело.

— Может, сначала разденешься, поужинаешь?

— Ты точно издеваешься, — убежденно произнес Марк, быстро подошел ко мне, схватил в охапку и как давай целовать. Так, как может только очень голодный и соскучившийся мужчина.

Поцелуй очень быстро перерастает в нечто большое. Взяв на руки, Марк несет меня сторону спальни. Эй-эй, а поговорить.

— Марк.

Он укладывает меня на кровать.

— Ма-арк.

Он нависает сверху, придавливая к постели. Смотрит с прищуром, словно любуется, а потом целует. У, какой. Не хочет разговаривать.

— Ну, Марк! — говорю я, когда поцелуй на мгновение прерывается. Это он отвлекся и стягивает с меня спортивные брюки. Стягивает руками, но при этом помогает себе еще и зубами. Дурацкие бабочки. Так и порхают. — Давай поговорим.

— Представь, что я еще не прилетел. Формально ведь меня здесь быть не должно, так что все разговоры уже завтра.

— Как это не прилетел? Кто же это тогда меня раздевает?

Марк сделал вид, что серьезно задумался.

— Привидение. Вот такое шаловливое домашнее привидение.

— Попахивает извращением. Марк! Ты мне в Турции изменял?

От такого вопроса у Марка, кажется, все упало и перевернулось. Нахмурился.

— С чего вдруг возник такой вопрос?

— А мне твой брат сегодня утром сказал, что ты в Турции зажигал.

— Вы встретились утром или еще раньше?

Зло сузила глаза. Марк очень сильно нарывается. Это на что это он намекает?

— А Богдан разве не сегодня с утра прилетел?

— Насколько я знаю, прошлой ночью.

— Тогда ответь сначала на мой вопрос, затем я отвечу на твой.

— Нет, — твердо ответил Марк. — И в мыслях не было изменять. Если бы мне это было нужно, я не стал бы заводить серьезные отношения.

В ответ рассказала Марку об активности его мамы и встрече с Богданом. Все, что он сказал, почти слово в слово повторила по просьбе Марка.

— В принципе, ожидаемо, но все равно отчего-то печально, — произнес шеф, когда я все ему поведала. Марк лежит рядом и задумчиво на меня смотрит. — Рита, может, тебе нравится Богдан?

— Что за странные вопросы? — возмутилась я. — Конечно нет.

— Совсем ни капли?

— Ну, когда он не ведет себя как свин, еще терпимо, и, наверное, можно найти в нем что-то хорошее, а так нет. Бесит жутко.

— Я говорил тебе правду о том, что раньше он вел себя совершенно иначе. Я думал, это может быть из-за того, что у него нелады в отношениях с Юлей, но сейчас понимаю, что дело в чем-то другом.

— Подожди, это ты сейчас еще и пытаешься оправдать Богдана? Да он беспринципная… не буду говорить, кто, только потому что он твой брат.

— Нет, не пытаюсь, но хотелось бы понять, что же его гложет, отравляет жизнь и портит характер, — с улыбкой ответил Марк. — А так, конечно, нет ему прощения за подобное.

— Встретишься с ним в спортзале и поговоришь? — предположила я, вспомнив лица братьев на следующий день после посиделок у родителей.

— Я думаю, в этом нет смысла. Не помогает.

Вообще, не хотелось бы, чтобы они ссорились из-за меня. Я понимаю, что самом деле и не из-за меня, просто Богдан сам по себе гад, но все равно ведь в итоге я могу оказаться крайней.

— Что тогда?

— Я думаю, что надо ограничить с ним общение.

— Вы ведь вместе работаете.

Взгляд Марка стал пристальным.

— Возможно, придется сменить работу.

— Ого.

— Но не сразу.

— Если это из-за меня, то, может, не надо?

— Нет, не из-за тебя, давно пора было это сделать, но я все никак не мог решиться.

— Страх перемен? — предположила я.

— Нет, — Марк отрицательно покачал головой.

— Это из-за того, что ты плохо сходишься с новыми людьми на постоянной основе?

— В том числе, но это решаемо.

— Ну а что тогда?

— Я расскажу об этом как-нибудь потом. Пока не готов.

Какое-то время лежим молча, думая каждый о своем. Немного разбавила тишину пробравшаяся в спальню Агата. Сразу начались шебуршания и ее уру-ру.

— Ты мне точно не изменял? — уточняю с подозрением. Ну чтобы уж окончательно душу успокоить.

Марк прищурился и улыбнулся.

— Рита, давай мыслить логически. Как Богдан может утверждать, что я с кем-то переспал? Он свечку держал? Подглядывал в замочную скважину моего номера?

— Он мог бы предположить это, если ты уединялся с кем-то из девушек в своем номере.

— Как бы там ни было, обвинять на основе возможных домыслов уже слабая позиция. А так он и предположить подобного не мог, потому что я ни с кем не уединялся. Ты можешь верить мне, а можешь и нет, доказательств своей невиновности сейчас я уже не смогу представить. Остается мое слово против его, а дальше решать только тебе.

Пожала плечами.

— Я тебе верю, обратному поверю, если будут прямые доказательства или сама увижу. Ну а словам Богдана уж точно не стану доверять. Никаким.

Теперь во взгляде Марка появилось нечто, что я бы назвала умилением. Наклоняется ко мне.

— Рита, ты почему такая хорошая?

— Ой, тебе кажется.

— Уверен.

Марк целует. Раз, другой, третий. Поцелуи из коротких и мимолетных быстро становятся медленными и очень волнующими. Штаны с меня окончательно вскоре слетают, и дело переходит к футболке.

— Ма-арк.

Эх, опять не дает говорить. Сразу вновь поцеловал.

— Ну, Марк, — улучила я момент.

— Ты у меня еще что-то эдакое хочешь спросить? — с тяжелым вздохом поинтересовался шеф, деловито снимая с меня футболку.

— Скорее предложить. Тут Агата. Кошко-ребенок. Я думаю, то, чем мы сейчас занимаемся, зрелище не для ее глаз.

— Ты очень внимательная и заботливая, — в очередной раз похвалил Марк, сцапал сидящую на тумбочке Агату и унес ее в коридор, после чего запер дверь.

Из коридора тут же раздалось возмущенное мяуканье и скребки. Подобные звуки как-то не располагают к тому самому.

— Соскучилась по тебе Агата, — замечаю я. — Не хочет расставаться.

Марк подумал и…

— Ладно, пойдем поужинаем, Агата наверняка тоже поест и уснет, и тогда…

— Что?

— Мы тоже пойдем спать.

— Как обычно спать?

— Нет, очень активно спать.

— Насколько активно?

— Рита, очень-очень активно, — весело отвечает шеф.

— Ну, как бы… — задумалась, как бы спросить. — Клубничку решил съесть?

Марк засмеялся. Открывает дверь.

— Рита, ты невозможная. Я съем тебя всю. А завтра мы поедем оформлять тебе загранпаспорт.

— Я не могу. Завтра у нас с Катей начинается подготовка к ее новой школе. Купим новую одежду ей. Там очень все непросто оказалось. Кстати, ты сможешь ее в понедельник подвезти до школы? Очень-очень нужно.

— Я сделаю для тебя все, что только пожелаешь.

Позже, за ужином, внесла еще одно предложение:

— Ты не хочешь поменять замки? А то я как представила, что это мог сейчас Богдан зайти вместо тебя, и у меня чуть сердечный приступ не случился.

— Конечно, — легко соглашается Марк. — Завтра этим займусь.

После ужина шеф вплотную занялся Агатой. Мало того, что лично накормил от пуза, так потом еще и с ней бесился, играя и выматывая. Очень быстро Агата сама начала прятаться от такого энтузиазма хозяина, а потом и вовсе быстренько уснула на диване.

Глядя на то, как Марк возится с котенком, понимаю, что папой он будет наверняка хорошим. Столько внимания малютке, учел ее интересы. А мог бы закрыть в дальней комнате и все. Вообще, по отношению к животным можно многое понять о человеке, как мне кажется.

Понимаю, что сегодня все должно случиться. Трясусь. Одно дело, все-таки, если бы это произошло спонтанно, а тут меня уже предупредили, все очень официально.

— Кис-кис.

Оборачиваюсь, потому что не понимаю, чего это Марк Агату зовет, если она спит. Но шеф смотрит исключительно на меня.

— Мяу? — решила уточнить я.

— Да-да. Кис-кис, — жмурясь довольно, словно котяра, отвечает Марк. Он вольготно разлегся на постели и закинул руки за голову. Взгляд у Марка такой… что просто мр-р. Хищный такой, при этом полон довольства, предвкушения.

Кошачьей мягкой походкой медленно иду к Марку и, так и не дойдя до постели, сворачиваю с пути.

— Я в ванную, — говорю я быстро и позорно сбегаю. Я, конечно, помню, как еще недавно соблазняла Марка клубникой и была готова ко всему, но тогда я уже была доведена до края, а сейчас по новой побаиваюсь.

Стою под горячим душем. Уже достаточно долго. Тут хорошо, ну и да, время тяну, храбрости набираюсь. В какой момент открылась дверь ванной, я пропустила, вообще не заметив. На щелкнувшую дверку душа не успела обернуться.

— Ой, — только и успела выдохнуть я, когда Марк обнял меня сзади. Он, кажется, без одежды. Совсем. Да, точно. Отлично это ощущаю.

— Не против, если я составлю тебе компанию? — на ушко спрашивает Марк и тут же легонько прикусывает мочку уха.

Я даже ответить не в силах, потому что руки Марка тут же начинают вытворять с моим телом такое, отчего становится очень стыдно.

Целует в шею, и по мне опять бегут табунами мурашки. На удивление, очень быстро забываю о стеснении. Мое тело и вовсе словно не мое. Почти не могу пошевелиться. Только оперлась спиной на Марка и откинула голову назад, на плечо шефа, тем самым полностью отдавшись его ласкам. Его руки становятся все наглее и требовательнее, а поцелуи жарче. Теперь совсем иначе воспринимаются горячие упругие струи воды, льющиеся сверху. Каждая струйка еще больше усиливает остроту ощущений, и мое тело будто становится одним оголенным нервом.

Это произошло за каких-то пару мгновений. Первое — Марк резко прижал меня лицом к стене, и второе мгновение — боль. Не сильная, но все же. Не столько от боли, сколько от удивления с меня даже спала ненадолго сладкая пелена удовольствия.

— Ма-арк, это все? — тихонько интересуюсь я.

— Это только начало, — насмешливо отвечает шеф. Движение. — Очень больно?

— Нет, — отвечаю я, и Марк тут же повторяет. Раз, другой, третий, приятно так. Берет мои запястья и прижимает их к стене. — Ну то есть я все? Меня можно теперь женщиной называть?

— Ты самая настоящая, прекрасная, милая женщина, — ласково отвечает Марк и продолжает неспешно методично двигаться. — Моя женщина.

Какое облегчение. А то мне уже столько лет. У многих одноклассниц уже семьи, дети, вторые, а то и третьи. А я все девушка и девушка. Нет, я еще не собираюсь прямо серьезно семьей обзаводиться, но уж некоторые вопросы можно было бы давно решить. Дальше уже стало не до рассуждений. Марк с силой вжал меня в стену и ускорил темп.

Из душа Марку пришлось меня выносить. Ноги отказывали держать, и я нагло воспользовалась услугами транспортировки. Причем перед переноской меня еще и помыли, а потом завернули в большое махровое полотенце. Мне нравится местный сервис. Да и вообще душ. Полное удовлетворение как снаружи, так и внутри. Двойное, а то и тройное удовольствие. Душевненько так в душе помылись, ага. Если бы я знала, что с Марком так хорошо принимать душ, я сама затащила бы его туда в первый вечер своего официального переезда. Гы-гы-гы. Вообще, почему-то ощущаю себя неприлично весело и легко. Видимо, спало напряжение последних дней.

После лежали в кровати и полночи просто болтали обо всем на свете, смеялись, делали вылазку на кухню за провизией так, чтобы Агата не услышала и не проснулась. Не знаю, почему, но все это действо мне кажется жутко смешным, поэтому тихо идти не получается. Смех буквально душит, еще и Марк пытается прикрывать мне рот ладонью, но я так заразительно смеюсь, что ему тоже становится смешно. Так и идем, фиговы ниндзя.

Когда уже пришли на кухню, заметила через открытую дверь, что Агата выглянула из-за дивана, посмотрела на нас, как на неразумных котят, и дальше пошла спать. Ну а мы с шефом набрали разных вкусняшек и вернулись в спальню, где устроили ночной постельный пикник, а после опять болтали, смеялись, Марк целовал, обнимал, и как-то я и сама не заметила, когда ласки стали более откровенными. Мой второй в жизни раз был очень горячим, долгим. Марк показал, что хорошо может быть не только в душе.

От полноты впечатлений за этот день я потом почти сразу уснула, а проснувшись в объятиях абсолютно раздетого Марка, поняла, что он готов продолжать мое просвещение, и это даже несмотря на то, что спит. Правда, спал не долго. Открыл глаза, когда я попыталась выползти из кровати.

— Рита, ты куда? — строго так поинтересовался.

— Завтрак готовить.

— Еще рано.

— Нормально.

— Быстро на место.

Раскомандовавшийся босс тут же вернул меня на место и показал, что третий раз может быть даже лучше, чем первые два.