Глава 12

- Яна, я отправил за вами машину, - говорит Майкл в телефон, - успеешь собраться за полчаса?

- Успею… Майкл, куда мы поедем?

- В клинику, Яна. Делать тест.

- А… ясно.

- Ваши документы у меня, я вас встречу.

Отключившись, я вдруг начинаю паниковать. Хотя, с чего бы? В результате я уверена на сто процентов. А вот то, что я появлюсь в клинике в качестве женщины, в правдивости слов которой мужчина сомневается, сильно нервирует.

Мы собираемся за двадцать минут. Олю одеваю в розовый сарафан, белые колготки и новые сандалии, которые купила вчера на деньги, что дал Майкл. Сама же надеваю то, в чем приехала. Себе я купила только халат.

К положенному времени спускаемся на лифте вниз и выходим на улицу.

Ну, и где здесь искать эту машину? Их тут не меньше сотни.

- Яна! – машет рукой мужчина, стоящий у черного седана.

- Здравствуйте.

В машине установлено детское кресло розового цвета. Выглядит совсем новым, наверное, специально для Оли купили.

На дорогу до клиники уходит почти час. Весь город стоит в пробках, но водителя, Стаса, как он представился, это не смущает. Видимо, здесь это норма.

Майкл, как и обещал, встречает нас в холле частной клиники. Прячет телефон в карман и идет нам навстречу.

- Привет, - здоровается негромко и переводит взгляд на дочку.

Разглядывает. Впервые с того момента, как мы приехали из Иркутска.

Оля стесняется, жмется ко мне, пряча личико на груди. Она у меня застенчивая, к чужим настороженно относится.

- Она привыкнет, - говорю ему.

Майкл кивает и достает из кармана пиджака маленького плюшевого котенка на тесемке.

- Оля, - его голос немного хрипнет, - посмотри-ка…

Дочка хоть и стеснительна, но крайне любопытна. Не отрываясь от меня, слегка поворачивает к Майклу голову. Смотрит на игрушку в его руке и я чувствую, как начинает ерзать.

Зацепило.

- Киса? – спрашивает, подняв на меня глазки.

- Киса, - киваю ей.

Оля снова поворачивается к Майклу. Смотрит на него, на игрушку, снова на него, будто решает для себя, стоит ли она того. Майкл не торопит, терпеливо ждет, держа котенка на вытянутой ладони. Наблюдает за дочерью с затаенной улыбкой.

- Возьми, - говорю на ушко.

И Оля берет, прижимает ее к себе и снова прячется на моей груди.

- Забавная… - смотрит на меня так, что сердце екает.

- Спасибо.

Я смущаюсь и ужасно боюсь, что Майкл это заметит, поэтому с преувеличенным интересом начинаю крутить головой, будто в музей пришла, а не в клинику.

- Пойдем, нас уже ждут, - показывает глазами на дочку, - ты всегда ее на руках таскаешь?

- Нет… просто, если ножками, будет долго…

- Тяжело? Я могу понести…

- Она не пойдет к тебе.

Он понимающе кивает и ведет нас в кабинет на втором этаже. Сама процедура занимает не больше минуты. Так быстро, что Оля даже испугаться не успевает. У них поочередно берут образцы слюны, после чего Майкл выводит нас из кабинета.

- Яна, сейчас Стас отвезет вас в торговый центр. Купи себе одежду.

Я стою, глядя в плакат за его плечом, и чувствую, как краска заливает мое лицо. Перед мысленным взором встаю я сама, такая, какой он меня сейчас видит.

В старых джинсах и свитере, изрядно поношенных кедах, с хвостом из тусклых волос и с желтеющим синяком на скуле.

В то время, как сам он одет, как модель с обложки делового журнала.

Конечно, он меня стыдится.

- Ян, в чем дело?

- У меня денег нет на это… - сиплю в ответ.

- Держи… - сует в руку черную пластиковую карту.

- Я не могу.

- Почему?

- Потому что это не мои деньги!

- Ты приехала сюда без своих вещей. Думаешь, твой муж любезно согласится тебе их выслать?

Все мои вещи, скорее всего, уже на помойке.

- Я уже купила себе халат…

- Не упрямься, купи себе все, что надо и ребенку тоже.

Не могу спокойно согласится, все во мне сопротивляется. Не люблю быть должной и зависимой.

Хотя… на что я рассчитывала, сбегая от мужа без рубля в кармане?

С трудом вытолкнув из себя воздух, возвращаю ему карту.

- В тот день, когда я тебе позвонила, ты перевел большую сумму, помнишь?..

На его лице мелькает замешательство. Не помнит.

- Куплю на те деньги, но… Майкл, я все верну.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ - Вернешь – вернешь, - расслабленно улыбается он, - и не экономь там.

А потом Стас, я так понимаю, не личный водитель Майкла, а сотрудник банка, в котором он работает, привозит нас в огромный торговый центр.

- Ого… Нам такой за день не обойти…

- Не торопитесь, я буду ждать, сколько потребуется…

На входе усаживаю Олю в тележку в форме детского автомобиля и иду по широким проходам между бутиков.

И чем дольше я хожу, тем сильнее меня охватывает паника. Я два года себе ничего не покупала.

Господи… Да никогда в жизни не покупала себе вещей, подобных тем, что одеты на манекенах.

Что сейчас носят? Как выбрать? От разнообразия голова кругом идет.

В итоге выбираю магазин, в котором больше всего покупателей. Риск, что продавцы накинутся на меня с порога минимальный.

- Вам помочь? – откуда ни возьмись, выскакивает передо мной консультант.

Вот черт!

- Я сама посмотрю.

- Вам что-нибудь повседневное? – не отстает она.

Пряча раздражение за вежливой улыбкой, нехотя соглашаюсь, о чем потом нисколько не жалею. У меня получается купить все в одном месте. Костюм утепленный, для прогулок с Олей, кофейного цвета, состоящий из брюк на резинках и толстовки. Нереально удобные белые кроссовки. Новые джинсы и новый свитер. И немного по мелочи – пару простых трусиков, носки и бюстгальтер.

В детском отделе Оле выбираю пару колгот, платьице и легкую курточку.

- Так быстро? – удивляется Стас, - или вас еще куда-то завести?

- За продуктами, если не сложно.

Когда мы возвращаемся домой, дверь в квартиру оказывается открытой. А я точно помню, что закрывала ее перед уходом.

Первая мысль, мелькнувшая в голове – Мила вернулась.

Может быть, приехала за вещами, а может, и насовсем.

Остановившись на пороге, медленно разуваюсь и, взяв дочь на руки, иду вглубь квартиры, пока не вижу в гостиной женщину, вытирающую подоконник.

- Кхм… здравствуйте…

Она, подпрыгнув на месте, резко разворачивается. Очевидно, домработница. В руках тряпка, рядом на полу пылесос.

- Вы кто?

- Мы… гости, Майкл не предупреждал?

- Эмм… нет…

- Там все чисто, - говорю ей, - я вчера убирала.

На этом, опустив Олю на пол, ухожу в кухню, чтобы разобрать пакет с продуктами. Не знаю, почему, но присутствие в квартире этой женщины меня уязвляет.

Неужели он думает, что я не в состоянии содержать его жилище в чистоте?

Проходит неделя. Мы с Олей потихоньку привыкаем к новому месту, к этой квартире. Она мне нравится, просторная и удобная, но как дома я в ней себя, конечно, не чувствую. Хотя бы потому, что все в ней напоминает о прошлой хозяйке.

Женщина, убирающая ее, продолжает появляться два раза в неделю, несмотря на то, что я сказала Майклу, что всю работу по дому готова делать сама. Но он то ли не услышал, то ли просто проигнорировал мои слова.

Сам он появляется дома редко. Либо не ночует, либо приходит очень поздно. Мы почти не общаемся, лишь пару дней назад он позвонил сообщить, что готовы результаты теста.

Оля его дочь.

После этого его не было два дня.

Но в пятницу вечером он появляется неожиданно рано. Кивнув, проходит сразу в свою комнату и закрывается изнутри.

Я не слепая, вижу, что ему плохо. Он страдает из-за расставания с Милой. Много работает, много пьет, встречается в другими женщинами. И всегда хмурый.

- Яна, - выглядывает из комнаты, - ты не видела, где лежат дорожные сумки?

- Эээ… нет…

Я не заглядываю в их шкафы, поэтому, естественно, не знаю, где и что лежит, но все-таки предлагаю свою помощь.

- Помочь найти?

- Да.

- Ты куда-то уезжаешь? – спрашиваю, раздвигая створки большого шкафа-купе в прихожей.

- Нет.

- Нет? – резко оборачиваюсь к нему, - значит, мы уезжаем?..

- Мила… - с силой трет лоб ладонью, - Мила уезжает. Надо ее вещи собрать.

- А… ясно…

Он выглядит таким потерянным, что я на физическом уровне чувствую его боль. Одновременно начинаю злиться на Милу за то, что посмела так поступить с ним. Мира писала, что здесь не обошлось без Никиты, и я охотно верю, что у них чувства, но… блин… зачем с Майклом нужно было доводить дело до свадьбы?!

Как вообще между Майклом и Никитой можно было предпочесть второго? Мне никогда этого не понять.

- Если хочешь, я соберу, - предлагаю, выуживая из глубины шкафа чемоданы с бирками авиакомпании на ручках.

- Я сам, - отвечает глухо.

Сам, так сам. Заглядываю в гостиную удостовериться, что Оля все так же занята игрушками, и ухожу на кухню готовить ужин. Однако через пять минут дочки на месте не обнаруживается.

Ни за диваном, ни за креслом. Прохожу в нашу комнату, но и там пусто.

- Оля!

- Она здесь! – доносится из комнаты Майкла.

Просовываю голову в приоткрытую дверь и вижу, как дочка, оперевшись грудью на кровать, наблюдает за отцом, освобождающим полки в своем шкафу.

- Олька, иди сюда…

Дочка дует губы и даже не думает меня слушаться.

- Оля, - повторяю строго.

- Пусть смотрит, - отзывается Майкл, - она же не мешает.

Ему и так не сладко сейчас, да еще ребенок под ногами крутится. Антона это всегда жутко раздражало, и я всегда старалась свести их контакты к минимуму.

- Пойдем, - подхватив ее на руки, выношу из комнаты, - я тебе мультики включу.

Интуитивно чувствую, что его сейчас не нужно трогать.

Ночевать он остается дома, а утром, выглянув в прихожую на посторонний шорох, вижу в дверях обескураженную Камилу. Я пугаюсь не меньше нее, хотя и предполагала, что она приедет за вещами.

Забегаю в гостиную, где играет Оля, хватаю ее на руки и сажусь в кресло.

Из прихожей доносятся голоса, видимо, Майкл вышел из своей комнаты.

Боже… она ведь не знает ничего. Представляю, что может сейчас подумать! Что, не успела она уехать, как я заняла ее место.

Усаживаю Олю на игровой коврик и выглядываю из гостиной. Их нет, а входная дверь чуть приоткрыта.

Нельзя, чтобы она накрутила себе лишнего. Быстро пересекаю прихожую и выхожу на лестничную площадку.

- Здравствуй, Мила…

- Привет.

Они стоят друг напротив друга и, судя по всему, выясняют отношения.

Ситуация, ужаснее не придумать.

- Мила, между нами с Майклом ничего не было, ты не подумай ничего такого… - набрав побольше воздуха, как на духу, выпаливаю я.

- Зайди в квартиру, Яна, - не поворачиваясь, произносит он, - не лезь не в свое дело.

Говорит так, будто пощечиной ударяет. Кожу лица словно огнем обдает.

Не помню, как залетаю обратно и, сильно зажмурившись, прячу лицо в ладонях.

Вот дура! Какого фига я выперлась? Понятно же, что люди взрослые – сами разберутся. Зачем встряла? Забыла, каково это, чувствовать себя третьей лишней?

- Мама, - голос дочки поднимает меня на поверхность, не дает захлебнуться обидой.

Открываю глаза и растягиваю губы в улыбке. Ни к чему пугать ее кислой физиономией.

- Пойдем играть?

- Пойдем.

Минут через двадцать хлопает входная дверь, а следом – дверь в комнату Майкла. До вечера он оттуда не выходит. Спит или нет, я не знаю, но стараюсь тишину не нарушать.

Уже ближе к десяти купаю Олю и, прочитав перед сном сказку, укладываю спать. А когда прихожу в кухню, чтобы вымыть стакан из-под молока, нахожу там Майкла со стаканом виски в руке.

- Яна, - произносит глухо, - посиди со мной.

Смотрю на него и не могу отказать. Он выглядит настолько подавленным, что сердце кровью обливается. За него и еще немножечко за себя. Потому что никогда не стану для него такой, как Мила.

- Ты пьешь на голодный желудок?

- Похер…

- Я побуду с тобой, если ты поужинаешь, - не дожидаясь ответа, достаю из холодильника жаркое.

Майкл смотрит равнодушным взглядом, медленно вращая в пальцах стеклянный бокал.

- Хорошая ты, Янка… добрая… сердобольная…

- Угу…

Его комплименты не льстят, скорее наоборот. Добрая, сердобольная, как баба Нюра из десятой квартиры. Лучше бы молчал.

Ставлю перед ним ужин и сажусь напротив.

- Чего вам, бабам, не хватает, а? – спрашивает тихо.

- Любви…

- Любви? – усмехается он, - я давал ей ее столько, что на женский батальон хватило бы.

- Возможно, ей не хватило ее любви к тебе…

Он невольно вздрагивает, а я по привычке втягиваю голову в шею.

- Прости, Майкл…

- А тебе чего с твоим мужем не хватало?

- У нас другая ситуация, не сравнивай себя с ним.

- Почему, другая? – сложив руки на столе, подается в мою сторону, - у вас ведь тоже один любил, а другой нет.

- У нас никто не любил…

- Вре-е-ешь… - скалится, дергая одной бровью, - твой мудак тебя любил, иначе не взял бы замуж беременной от другого.

Я откидываюсь на спинку стула и обхватываю себя руками. Выдерживать взгляд Майкла становится все труднее, но мне, все же, есть, что сказать.

- В таком случае, тебе повезло больше, чем моему мужу. Мила ушла от тебя до свадьбы, а не через два года после нее. Поверь, это было бы намного хуже.

Поднявшись, выхожу из кухни.

- Поставь посуду в раковину. Я спать.