Глава 21

До города мы добираемся уже ближе к вечеру. По пути Майкл рассказывает план дальнейших действий. В Иркутск больше возвращаться не нужно будет. Я подписываю доверенность, по которой юрист забирает решение суда и по нему оформляет в Загсе свидетельство о расторжении брака.

Отказ от родительских прав Антон, оказывается, тоже уже подписал. Остальное, Майкл сказал, сделает сам.

- Куда-нибудь заедем или на дом ужин закажем? – поглядывая на меня, спрашивает он.

С одной стороны, мы оба устали и в ресторан ехать уже не хочется, но с другой – я не знаю, что будет, когда мы останемся с ним наедине. Вернее, знаю и я боюсь.

Почти так же сильно, как и хочу.

- Ян…

- Давай закажем.

Словив мой взгляд, удерживает несколько секунд, после чего молча кивает.

Я решилась. Устала бороться с почти осязаемым напряжением между нами. С каждым днем влечение становится все сильнее. Если бы оно было односторонним, я бы справилась. Мне же не привыкать.

Но оно обоюдно. Даже такой профан, как я, понимает это.

Остановившись во дворе жилого дома, Майкл указывает головой  в сторону одного из подъездов.

- Здесь моя квартира.

Я помню. И дом, и подъезд, и этаж и даже номер квартиры.

- За ней кто-то следил?

Разувшись, прохожу вперед. Везде чисто, ни пылинки и воздух свежий. Такой контраст с моей квартирой!

- Соседка раз в неделю приходит прибраться.

- Зачем ты ее держишь?..

- Квартиру? – пожимает плечами, - думал, пригодится.

«Приезжать сюда с Камилой?» - проносится в голове. Вслух я этого, конечно же, не говорю.

Майкл заносит наши сумки в спальню и идет в ванную. Мне немного не по себе. Ежась, обхватываю плечи руками, обхожу всю площадь, смотрю в окно на сумеречный город и захожу в комнату, где была зачата моя дочка.

Здесь все, как прежде. Те же шторы, обои, прикроватные темно-серые коврики и абстрактная картина в изголовье. Другое только покрывало на кровати. То мы с Майклом испортили.

- Что будем заказывать? – раздается за спиной его голос.

- На твой вкус.

- А что ты любишь?

- Я?..

Задумавшись, замолкаю. Что я люблю?.. Курицу… рис… Никто никогда не интересовался этим у меня. Мира, когда раньше мы заказывали еду на дом, всегда выбирала на свой вкус.

- Курицу люблю.

- О’кей. Пить что будем?

- Пить? Алкоголь? – отрицательно машу головой, - я не пью, забыл?

- Не принимается, - тянет один уголок губ вверх, - сегодня отмечаем твой развод. Вино?..

Я соглашаюсь. Наверное, сегодня мне выпить не помешает.

Майкл уходит делать заказ, а я быстро переодеваюсь в мягкий трикотажный костюм, который взяла с собой из дома. Затем иду в ванную, чтобы немного привести себя в порядок.

Внешне я спокойна, но внутри меня маленькая девочка, заламывая руки, мечется из угла в угол. Во мне просыпаются мои комплексы. Что, если наш первый осознанный секс будет таким же, как наше первое свидание, и Майкл после него вновь вернет меня во френдзону?

Прикладываю холодные руки к горящим щекам, смотрю на себя зеркало и мысленно проговариваю: Я хорошенькая, его ко мне тянет, он сам так сказал.

Трель домофона отвлекает от тихой паники. Еду привезли.

Забираю у Майкла бумажные пакеты и начинаю сервировать стол.

- Зачем так много? – вырывается нервный смешок, - ты планируешь здесь на неделю остаться?

Он стоит за моей спиной, сложив руки на груди, и наблюдает за моей суетой из-под опущенных век. Может, конечно, я себя накручиваю, но все мои рецепторы сигналят о том, что атмосфера вокруг нас двоих ощутимо накаляется.

Кажется, я даже чувствую запах его кожи и тепло, исходящее от его тела.

- Яна? – поймав мою руку, тянет на себя, - ты волнуешься?

Останавливаюсь всего в нескольких сантиметрах от него. Ничего не могу с собой поделать, меня трясет.

- Немного…

Майкл опускает руки на мою поясницу и вдавливает меня в себя. Животом в твердый пах.

Из моего горла тут же вылетает судорожный вздох.

Это на меня он так реагирует?! Дура! На кого еще?! Здесь же больше никого нет!

Он трезв и видит меня при ярком свете. Значит, ни с кем не путает.

- Посмотри на меня, - просит негромко, а когда я поднимаю на него глаза, вкрадчиво говорит, - все будет хорошо… я тебе обещаю…

- А еще ты обещал не прикасаться ко мне, - напоминаю, кружа глазами по его лицу.

Не знаю, с чего вдруг я это вспомнила. Наверное, сработал защитный рефлекс.

Его губы расплываются в улыбке, обнажая ряд идеальных зубов.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ - Не получается, Ян… Я пробовал.

С этими словами Майкл зарывается пальцами одной руки в мои волосы на затылке и, наклонившись, целует в губы. Не глубоко, нет… Просто ласкает их своими губами, иногда подключая язык.

Я отвечаю. Жмусь к нему сильнее, пробираюсь руками вверх и обхватываю его шею.

- Мммм… Янка… - двигает бедрами вперед, посылая жаркий импульс по моему телу.

Желание острой иглой стреляет в промежность. Инстинктивно сжав бедра, я вздрагиваю и отстраняюсь.

- Давай тормознем, иначе я трахну тебя прямо здесь на столе, - сипло шепчет он, и вторая стрела бьет прицельно туда же.

Растерянно моргая, я висну на его шее. Ноги, кажется, потеряли чувствительность, я их почти не ощущаю.

Не знаю, как, но я все же дохожу до стола и тяжело падаю на стул. Майкл, глядя на меня с затаенной улыбкой, разливает по бокалам вино.

Не смея поднять глаз от тарелки, наполняю ее едой. Делаю это, чтобы скрыть свое состояние. Вряд ли я смогу проглотить хоть кусочек.

- Бери, - указывает глазами на мой бокал, - пьем за твою свободу, надеюсь, больше ты таких фокусов с замужеством не выкинешь.

Впиваюсь взглядом в его лицо. Он не улыбается, это не шутка.

- Я до сих пор не понимаю тебя, Яна.

Так и не пригубив вина, ставлю бокал и складываю руки на столе.

- Что именно тебе не понятно?

- Неужели выйти замуж за этого утырка тебе оказалось проще, чем сообщить мне о беременности?

- Проще… - подтверждаю я, - он ведь не всегда таким был. Когда мама умирала от рака у меня на руках, а сама я была на сносях, Антон и его семья держали меня на плаву. А ты был в Штатах.

- Я вернулся, если бы знал.

Взяв в руки вилку, начинаю ковыряться в салате. Слова лезут наружу, но я, закусив губы, все еще не решаюсь произнести их вслух.

- Яна…

- Майкл, помнишь наш последний разговор? Ну… после того раза…

- Немного… - сузив глаза, медленно проговаривает Майкл.

- А я помню все до последнего слова.

- Что именно?

- Извини, пересказывать не буду, - усмехнувшись, отправляю в рот кусочек огурца.

Поразительно. Тот разговор стал моим кошмаром. Оформленный какими-то карикатурами, не раз всплывал в моих снах. И занял почетное первое место среди причин моих слез.

А вот Майкл его, оказывается, даже не помнит.

Просто чудесно.

- Я тебя тогда сильно обидел?

Обидел?.. Тогда мне казалось, он убил во мне женщину.

- Ты сказал, что будь трезвым, никогда бы со мной не лег.

По его лицу проходит тень. Несколько раз быстро моргнув, он отводит взгляд.

Зачем я это сказала?..

Держала бы, как всегда, рот на замке. А теперь не вовремя проснувшейся обидой все испортила.

- Прости… - бормочу, пряча взгляд в тарелке с «Цезарем».

Лежащий на столе телефон Майкла начинает голосить фирменной мелодией продукта Стива Джобса. Глянув на экран, он скидывает вызов и зажимает переносицу двумя пальцами.

- Ян…

Настырный телефон вновь оживает.

- Ответь.

Раздраженно выдохнув, берет его в руки и  встает из-за стола.

- Извини…

- Ничего, - бросаю, наблюдая, как он выходит на лоджию и прикрывает за собой дверь.

Быстро доедаю салат, допиваю вино и ухожу в душ.

Похоже, романтический вечер не задался. Не про меня это все и не для меня.

После душа сразу залажу под одеяло и звоню Ольге Сергеевне, чтобы узнать, как Оля.

Она говорит, все в порядке. Виталик возил их в какое-то детское кафе, и теперь они смотрят мультики.

Отключившись, поворачиваюсь на бок и устремляю взгляд в сторону окна. Щель между плотными портьерами, разрезая темноту, отбрасывает полоску света на кровать.

Зажмуриваюсь и прячу лицо в подушке. Почему все так сложно… неправильно?..

Сбываются приметы, о которых когда-то предупреждала Мира? Или карма у меня такая? Почему, вместо того, чтобы заняться сексом с мужчиной моей мечты, я его отталкиваю?

Комплексы?.. Подсознательный страх близости с ним?

Спустя минут двадцать дверь в спальню тихо открывается, и я, забыв, как дышать, сжимаюсь в комок.

Я настолько напряжена, что тихий шелест снимаемой Майклом одежды оглушает.

Матрац за моей спиной прогибается, а край одеяла взлетает вверх, холодя кожу прохладным воздухом.

- Я сп@дел... – шепчет на ухо, прижимаясь ко мне голой грудью.

По коже скачут мурашки. Невольно ежусь и затаиваю дыхание.

- В смысле?..

- Сп@дел, когда сказал ту хрень…

Становится смешно. Закусив губу, поворачиваю к нему лицо.

Конечно, он врет! И врет для того, чтобы сейчас залезть мне в трусы.

- Хочешь сказать, что тайно вздыхал по мне тогда? – задрав бровь, уточняю у него.

Вместо ответа он обхватывает мой подбородок рукой и, нависнув сверху, тихо проговаривает в губы:

- Спроси у Миры, сколько раз я целовал ее.

- Ты ее целовал?..

- Нет, Яна, - прихватывает нижнюю губу, - а тебя целовал…

Я не шевелюсь. Позволяю ему себя целовать, отчетливо понимая, что сейчас все будет. Он берется за край одеяла и тянет его в сторону, избавляя от последней преграды между нами.

Настойчиво выдергивает его из моих рук и отбрасывает на пол. Я остаюсь перед ним в белой шелковой сорочке и таких же кружевных трусиках.

Да, я готовилась!

Майкл проходится взглядом по моим, согнутым к коленях, ногам, скудно прикрытому телу, шее и поднимается к глазам. Ничего не говоря, проводит костяшками по моей щеке, а затем берет мою руку и прижимается губами к запястью.

Чувствуя разливающееся по телу тепло, немного расслабляюсь. Похоже, он не намерен на меня набрасываться.

Не прерывая зрительного контакта, кладет мою ладонь на свою грудь и медленно ведет ею вниз по грудным мышцам, переходит на пресс, останавливается там на несколько мгновений, давая почувствовать подрагивание живота и мягкость ведущей от пупка дорожки волос.

Я немного дрожу. Горячая кожа под моей ладонью слегка вибрирует. От непривычных ощущений сбивается дыхание, а когда Майкл накрывает моей рукой эрегированный член через ткань боксеров, я и вовсе начинаю задыхаться.

- Я себя сильно сдерживаю… чувствуешь?..

Ой, мама!  Чувствую…

Мы смотрим друг другу в глаза. Не знаю, что в моих, но в его полыхает пламя.

- Сожми крепче, - просит он.

Боже мой… как?! Мои одеревеневшие пальцы меня, кажется, не слушаются.

- Яна…

Я резко втягиваю воздух и решаюсь… Кончиком пальца оттягиваю широкую резинку боксеров и просовываю в них руку. Сглотнув страх, обхватываю член Майкла пальцами.

Он издает глухой стон и впивается в меня поцелуем. Раздвигает зубы языком и врывается в рот, одновременно толкаясь в мою руку.

- Ммм…

Целует глубоко, смачно. Двигает языком в такт движениям своих бедер.

Я не выдерживаю напора. Мое тело взрывается возбуждением. Трусь своим языком вдоль его и усиливаю давление пальцев на пульсирующем органе.

- Притормози… - оторвавшись, шипит сквозь стиснутые зубы.

Что?.. Часто моргая и прерывисто дыша, смотрю в его напряженное лицо.

- Кончу сейчас…

Меня окатывает жаром. Как сквозь пелену наблюдаю, как склонившись, он прикусывает зубами мой сосок через сорочку.

Бог мой! Откинувшись на подушку, беззвучно открываю рот. Это что-то невероятное… за гранью… Я не знала, что так бывает.

- Тебе нравится? – он сжимает рукой вторую грудь и начинает ласкать сосок подушечкой большого пальца.

Мне кажется, «нравится» совсем не то слово, которым можно описать сейчас мои ощущения. Меня трясет.

- Ян, не молчи…

- Да… - сиплю чуть слышно.

Быстро спустив бретельки сорочки с моих плеч, Майкл оголяет грудь, рвано дыша через рот, обхватывает ее двумя руками, сжимает, заключает соски между двух пальцев и легонько тянет на себя.

Промежность словно бьет током, и я судорожно стискиваю колени.

Он это замечает. Припав ртом к набухшему соску, ведет рукой вниз по животу, обводит одним пальцем пупок и накрывает ладонью лобок. Катая твердую горошину во рту, начинает меня ласкать через тонкое кружево.

- Что ты делаешь?..

- Приятно тебе делаю… тебе же приятно?

Закрываю рукой глаза и, пытаясь сдержать рвущиеся наружу стоны, закусываю губы изнутри.

Майкл оставляет грудь и спускается ниже. Разведя мои колени в стороны, проводит кончиками пальцев по трусикам между ног. Всего лишь легчайшее касание, но и оно провоцирует сильнейший спазм в низу живота.

Дернувшись, я прогибаюсь в пояснице. Мне неловко и стыдно за то, что я не контролирую реакцию своего тела. Раньше такого не случалось. Эти ощущения мне не знакомы.

- Ян…

- Ммм…

- Давай их снимем… - с этими словами Майкл подцепляет двумя пальцами трусики и стягивает их по ногам вниз.

А затем, поднявшись, нависает надо мной.

- Открой глаза… - отводит от лица мою руку, - ты очень красивая… я, пи@дец, как хочу тебя…

Целует шею, жалит кожу горячим дыханием, под мой глухой стон прикусывает мочку уха, одновременно оглаживая рукой бедра.

- Майкл… - не выдерживаю, обнимаю его за плечи, тяну на себя.

Хочу чувствовать всем телом, чтобы кожа к коже, чтобы делить одно рваное дыхание на двоих. Жмусь ближе, пока не чувствую его пальцы на своей промежности.

Замираю.

Вонзив ногти в кожу его плеч, прислушиваюсь к собственным ощущениям. Хватаю воздух ртом, когда палец Майкла проникает между набухших влажных складок.

Проходится вверх – вниз, лишая меня способности дышать.

Твою мать! Мне хочется кричать!

Внизу все огнем полыхает. Мои бедра сами тянутся навстречу движениям его руки.

- Майкл… - шиплю сквозь стиснутые зубы и чувствую, как в меня проникают его пальцы.

Выходят, дразнят клитор, и снова входят, поглаживая меня внутри.

Господи… Да что же это…

Наслаждение нарастает, ожидая неизвестно чего, я делаю частые поверхностные вдохи и вдруг… рука, дарящая неземное блаженство исчезает.

Он ее убрал!

Распахнув глаза, смотрю на него со всей злостью, на какую только способна.

- Майкл… - шепчу сдавленно.

Хочу просить… нет, требовать, чтобы вернул пальцы туда, где они только что были. Довел дело до конца, избавив меня от ноющей пульсации.

- Сейчас… - разрывает зубами фольгированный пакетик, ловко раскатывает по члену латекс и приставляет головку к входу, - готова?..

Готова! Давно!

Видимо, прочитав ответ в моем безумном взгляде, он, пристально наблюдая за моей реакцией, медленно в меня входит.

- Тебе хорошо? – спрашивает охрипшим голосом.

- Да-а-а… - выдыхаю, когда он оказывается полностью во мне.

Сжав руками мою грудь, Майкл начинает делать выпады. Резкий толчок - неспешный выход, снова резкий толчок и выход.

Я не справляюсь. Уцепившись одной рукой за изголовье кровати, вторую прикусываю зубами, чтобы не заскулить.

- Янка… - толчки учащаются, напряжение в месте соединения наших тел нарастает.

Я срываюсь на сдавленные стоны, мычу в прикушенную ладонь.

- Давай, моя сладкая… - выкручивает пальцами сосок, и меня просто смывает взрывной волной.