Глава 20
Майкл.
В Иркутск мы прилетаем рано утром. Покупаю Янке кофе, усаживаю в зале здания Аэропорта, а сам иду принять тачку.
Была мысль воспользоваться такси, но, подумав, я решил, что это будет неудобно, поэтому взял в аренду на два дня седан.
Покончив со стандартной процедурой приемки, подписываю бумаги и возвращаюсь за Яной.
Захожу в зал, нахожу ее глазами и невольно сбавляю шаг. Уставившись пустым взглядом в толпу, никого вокруг себя не замечает.
И о чем она опять там думает? Что твориться в ее хорошенькой головке?
С некоторых пор меня рвет от любопытства. Интересно все, что ее касается.
Я хочу знать о ней все! Начиная от цвета нижнего белья, кончая самыми сокровенными желаниями. А она сопротивляется, не открывается мне. Бывает, скажешь что-нибудь, а она молчит, смотрит и загадочно улыбается.
А я, как верный пес, глаз от ее лица отвести не могу. Что?! Ну?.. Скажи хоть слово! Что ты думаешь по этому поводу?.. Я ведь знаю, что думает, есть у нее на все свое мнение, только делиться им ни с кем не спешит, при себе держит.
Это бесит! Бесит и цепляет одновременно! Она как загадка, которую разгадать хочется, как закрытая книга…
Чувства свои только скрывать не умеет, а может, это у нее только со мной так.
Надеюсь, только со мной.
Глаза сами за себя говорят, когда на меня смотрит, а мысли под замком.
- Можно ехать? – замечает меня и поднимается на ноги.
- Поехали, - приобняв ее за плечи, веду к выходу.
Касаться. Касаться тоже ее хочется. Постоянно, пока она рядом. Мне нравится, как она реагирует на это. Розовеет, глаза прячет и нижнюю губу кусает.
- Устала? – спрашиваю, когда замечаю, как она, сев в машину, прикрывает глаза, - голова болит?
- Майкл… прекрати, - начинает тихо смеяться, - со мной все в порядке, мы даже двух часов не летели!
Я знаю, что после травмы ее мучают головные боли. Елена Петровна сказала, это неизбежно. Со временем, при правильном лечении, это должно пройти.
Кстати…
- Ты лекарства все с собой взяла?
- Майкл, - начинает хмуриться.
Не любит она такого внимания к своей персоне. Придется приучать.
- Как думаешь, Антон придет в суд?
Только от одного этого имени кровь в жилах вскипает. Если он в той аварии себе не все мозги отбил и понял, что я ему сказал, то не придет.
У@бок!
Мне даже жаль, что он пострадал, иначе меня и менты бы не остановили. Сука. Чуть не угробил их.
- Я бы не хотела с ним встречаться…
- Я же рядом буду, - удерживая одной рукой руль, второй касаюсь ее лежащей на колене ладошки.
Янка вздрагивает, смотрит вниз, на наши руки, и несмело обхватывает мои пальцы своими.
- Спасибо…
Бля… я млею… Трепетная лань моя Янка. Такую оберегать хочется, нежить и… постепенно развращать. Чем и собираюсь заняться в ближайшее время.
Затащить ее в постель я решил еще когда ногу ее зеленкой мазал и когда, целуя ее, почувствовал запах ее возбуждения. Если бы не мама с Олькой за стенкой, все случилось бы уже тогда.
Хочу ее, пи@дец! Подмять под себя и…
Ой, все… отвлечься бы, а то увидит мой стояк, сиганет из машины на полном ходу.
До ее родного города мы добираемся за полтора часа.
Убого.
Молчу, конечно. Вдруг, она патриот своей малой родины. Но мысль о том, что она с моей дочерью жила здесь три года нехило раздражает.
Смотрю по сторонам и офигеваю. Местные чиновники так безбожно воруют или этот населенный пункт забыли обозначить на новой карте страны?
- Не люблю этот город, - комментирует Яна мои недовольные взгляды на проплывающий мимо пейзаж.
- Никогда здесь раньше не был…
- Так тебе и не надо было, - усмехается она, - здесь делать нечего… умирающий город. Раньше он промышленный был, два завода, химкомбинат. Сейчас почти ничего не осталось.
Объяснив, как проехать к ее дому, Янка вдруг напрягается.
Боится, что ли? Или стыдится?
Ведет меня через грязный, пахнущий кошками подъезд и, найдя в сумке ключи, начинает отпирать дверь своей квартиры.
- Майкл, ключи не подходят, - чуть не плачет, - наверное, Антон замки сменил.
- Что ты там забрать хотела? Что-то важное?
- Наши с Олей вещи…
- Серьезно?
- И еще мамины фотографии и документы на квартиру…
- Будем слесаря вызывать?
Она бросает быстрый взгляд на соседскую железную дверь и придвигается ближе.
- Там родители Антона живут, у них должны быть ключи…
Подхожу к двери и жму на звонок. Шаги за ней слышатся сразу, но открывают нам только через пару минут.
- Здравствуйте, - обращаюсь к тетке в засаленном халате, - нам нужны ключи от квартиры.
- Какой квартиры?
- Здравствуйте, тетя Валя…
- Яна? Ты, что ли?..
Она возвращает взгляд ко мне. Теперь смотрит настороженно, с некоей долей злости. Поняла, видимо, кто я.
Поджав губы, скрывается за дверью, а затем выносит ключи. Протягивает Яне.
- Спасибо.
В квартире еще ужаснее, чем в самом городе. Едва распахивается дверь, как в лицо ударяет затхлый запах. Ощущение, будто сунул нос в груду лежалых грязных тряпок.
- Черт, - бормочет Янка, - Майкл, ты можешь в машине подождать?
Да щас! Игнорируя ее реплику, останавливаюсь на пороге комнаты с задернутыми шторами и врубаю в ней свет.
- Это Антон! – выкрикивает она, - он превратил мою квартиру в бомжатник.
- Не понял… Ты сейчас оправдываешься, что ли?
- Нет… просто, когда я здесь жила…
- Я знаю, что было, когда ты здесь жила, - успокаиваю ее, - чистота, уют и пахло едой…
Кивает и, закусив нижнюю губу, проходит в комнату, заваленную каким-то тряпьем, пустыми пивными банками, упаковками от пряников, чипсов и даже рыбы.
- Там, на шкафу, старый портфель должен быть… - говорит Яна, - в нем все наши фотографии. Я хочу забрать. Ты не против?
- Почему я должен быть против? – подойдя к допотопному шкафу на ножках, отодвигаю стоящие на нем коробки и достаю из-за них покрытый пылью, полопавшийся от времени кожаный портфель.
- Этот?
- Да, спасибо…
- Что еще?
- Документы от квартиры… там же в коробке из-под обуви…
- Эта? – достаю одну.
- Нет, другая была… красная…
Нет там никакой красной коробки и, значит, документов тоже нет.
Антоша напакостил?
- Не переживай, документы восстановить можно, - успокаиваю ее, видя, как она расстроилась.
- Я у тети Вали спрошу, - с этими словами решительно выходит из квартиры.
Я за ней. Хрен знает, чего там от этой тети Вали ждать. Может, такая же отмороженная, как сынок.
- Теть Валь, вы документы на квартиру видели?
- Я?.. – маленькие черные глазки начинают бегать, - откуда… не видела…
- А если хорошо подумать? – встреваю я, - не хотелось бы заявление о краже писать…
Тетка пугается. Нервно топчется на пороге, явно размышляя, как лучше поступить.
- Антон что-то приносил, я не проверяла, даже не знаю, как они выглядят, - начинает объяснять, глядя на Яну, - сейчас поищу…
Через минуту возвращается с прозрачной папкой. Слишком быстро для человека, который не знал, что искать.
- Это?
- Это.
- Яна… - говоря это, опасливо косится в мою сторону, - можно тебя на минутку?
На вопросительный взгляд Янки лишь пожимаю плечами, но все же добавляю:
- Я тебя здесь подожду.
Яна.
Все-таки разводиться надумала? – спрашивает тетя Валя, закрыв дверь своей квартиры, тем самым отгородив нас от Майкла.
- Да, давно решила… Вы же знали…
- Я думала, ты остынешь вдали, вернешься, - говорит спокойно, но от меня не укрываются нотки обвинения в ее голосе.
- Антон неисправим, тетя Валя. Он сам все испортил.
- Он, конечно не подарок, - приблизившись, понижает голос, словно нас могут подслушать, - но пока тебя не было, чуть с ума не сошел.
Ага. Динамику прогрессирования шизофрении я отслеживала по его смс. Состояние нестабильное. От «вернись, я ноги тебе буду целовать» до «найду и прирежу, как свинью».
- Вы знаете, что он в Новосибирск приезжал?
- Знаю! Семью вернуть хотел, вот и поехал.
- Как он сейчас?
- В больнице, - сокрушается женщина, - закрытый перелом.
- Значит, не придет в суд сегодня?
- Да какой там, - взмахивает ладонью, - сказали, еще месяц там пролежит… Как там Олька? – вдруг переводит тему.
- Хорошо.
- Не зацепило в той аварии?
- Нет, Слава Богу! Сейчас с бабушкой осталась.
- Это… - кивок в сторону двери, - с его мамашей, что ли?
- Да, с Ольгой Сергеевной.
- Так ты теперь с ним?
Я немного теряюсь. Срабатывает рефлекс – на любой личный вопрос у меня пропадает голос. Даже если его задает не чужой мне человек.
А тетя Валя мне не чужая. Я хорошо к ней отношусь. И обижаться на нее не за что, разве что только за любовь к своему сыну.
На протяжении трех лет именно она была для меня главной поддержкой и опорой. Не муж, подпитывающий свое эго пьянками и изменами, а его мать, безоговорочно принявшая мою дочь как родную внучку.
- Мы не вместе, - выдавливаю из себя, - но Майкл очень хорошо к нам относится. И его мама тоже.
После визита в мою квартиру мы заезжаем в поликлинику, чтобы забрать наши с Олей карты и забежать к педиатру предупредить, чтобы нас не теряла.
- Здесь есть, где перекусить? – спрашивает Майкл, когда я выхожу из поликлиники.
- Эммм… есть пиццерия и «СэндвичМАК»…
- И все?
- Все, - качаю головой из стороны в сторону, - ресторанов нет.
В суде нам назначено только через час, поэтому, не спеша, мы перекусываем в кафетерии вполне сносными сэндвичами и обсуждаем планы на завтра.
Он хочет познакомить меня со своими бабушкой и дедушкой.
Я не против, конечно, но снова трясусь от страха, как заяц. Почти так же, как перед знакомством с Ольгой Сергеевной.
Вдруг, я им не понравлюсь, вдруг, в силу возрастных особенностей, спутают меня с Камилой, вдруг, неправильно поймут природу наших с Майклом отношений…
- Ну, и что ты там опять надумала? – подняв глаза, натыкаюсь на его смеющийся взгляд.
Затаив дыхание, смотрю в его красивое лицо. Голубые глаза, густые брови на пару оттенков темнее, чем волосы, ровный нос и красиво изогнутые губы. Ничего не изменилось. Он не перестал нравиться мне.
Он все еще для меня единственный.
- Ничего…
- Давай, колись.
- Немного волнуюсь, вот и все, - говорю с улыбкой.
- Не стоит. Они у меня мировые.
Охотно верю. Ольга Сергеевна их дочь. Они по определению не могут быть плохими людьми.
- Майкл, они знакомы с… Милой?
- Знакомы, - откидывается на спинку стула, смотрит мне в глаза, - при чем здесь это?
- Они в курсе…
- В курсе, - перебивает он, - не накручивай себя на пустом месте.
Легко сказать. Он так уверенно вводит меня в свою семью, что мне не по себе становится. Определил мне статус матери своей дочери. А что дальше?
Рано или поздно он решит завести семью, приведет жену, она родит ему детей. Что тогда будет с нами? Со мной?
Решив, что тема закрыта, Майкл расплачивается за обед и, взяв меня за руку, выводит из кафе.
До судебного участка всего пару сотен метров, можно пройтись пешком, но мы решаем доехать на машине.
Его, видимо, не вдохновляют местные пейзажи. Я же не хочу встретить кого-нибудь из знакомых.
- Жди здесь, - велит он, перед тем, как зайти в кабинет, обозначенный в судебной повестке.
Я послушно киваю и усаживаюсь на стул возле двери. Майкл возвращается через десять минут.
- Яна, зайди…
Немного нервничая, захожу в обычный кабинет с двумя столами и присаживаюсь у одного из них. Майкл останавливается за моей спиной.
Женщина в черной мантии и модных очках без оправы показывает ручкой, где мне расписаться, а затем забирает бумаги и говорит:
- Все, решение о расторжении брака будет готово к концу недели.
- Все? - переспрашиваю удивленно.
Перевожу взгляд на Майкла, но тот лишь довольно улыбается.
- Все, - проговаривает она, глядя на парня, - можете жениться.
Закусив губу, чувствую, как начинают гореть кончики ушей. Скомкано благодарю и выскакиваю в коридор вперед Майкла и все же успеваю услышать его:
- Мы подумаем над этим.
Ну и шуточки!
- Ты куда рванула? – догоняет меня в конце коридора и берет за локоть.
- Нас с Антоном и правда развели? Так просто? Даже без его подписи?
- Он уже расписался. Еще вчера.
- Он же в больнице…
- Ну, у него же перелом ноги, а не правой руки, ручку держать может, вот и расписался…
- Понятно.
Толкает дверь на улицу и, придерживая ее, пропускает меня вперед.
- Ян.
-М?..
Разворачивает меня к себе и кладет обе руки на мои плечи.
- Я тебя поздравляю!
- Спасибо…
- И все? – выгибает бровь и подставляет свою щеку.
У меня в груди закручивается настоящее торнадо из разных чувств. Смятение, радость и благодарность. Я быстро отвожу взгляд в сторону, скольжу по местности, не замечая деталей, набираю в грудь воздуха и выпаливаю:
- Майкл, спасибо тебе огромное! За все! Я не знаю, что бы я делала без тебя! Ты так нам помогаешь! Если бы не ты, мы бы до сих пор…
- Воу-воу! Притормози! – начинает смеяться, - хватит и поцелуя.
Внезапно я расслабляюсь. Набираюсь смелости, кладу ладони на его плечи и, встав на цыпочки, целую щетину на щеке.
Он не бездействует. Обхватывает руками и прижимает к себе. Я тихо хихикаю, обхватываю его шею и прижимаюсь губами к коже около уха.
- Поехали домой, Яна Полякова? – хрипло шепчет на ухо.