Глава 28

После того, как Оля засыпает в нашей с ней кровати, я выскальзываю из комнаты и попадаю прямиком в объятия Майкла.

Прижав к стене, он набрасывается на мои губы. Целует поочередно каждую из них, ласкает языком, мягко втягивает в рот.

Я, немного ошарашенная таким напором, поначалу бездействую, позволяя ему делать все, что хочет.

Плыву, уносимая теплой волной желания.

Но в последний момент, когда его рука оказывается под майкой, вспоминаю, что хотела поговорить.

- Майкл… подожди.

- Что?

- Пожалуйста… давай поговорим.

- Давай.

Он отстраняется, но продолжает нависать надо мной, опираясь двумя руками в стену за моей спиной. Тяжело дыша, смотрит в глаза.

- Я хотела спросить, твоя секретарша… - стараюсь, чтобы голос не дрожал и не прячу глаз, - она была твоей любовницей? Это она прислала то фото?

- Была, Яна. Недолго, но была. Последний раз я спал с ней задолго до Иркутска.

- А сейчас?

- Сейчас она снова просто моя секретарша.

- Она в курсе? – спрашиваю, а сама удивляюсь, насколько это, оказывается, не сложно, задавать прямые вопросы и получать на них честные ответы.

- Разумеется, - внезапно сдвигает брови и обхватывает пальцами мой подбородок, - она тебе что-то сказала?

- Нет.

- Хорошо… Спрашивай еще.

Еще?.. О’кей.

- Как насчет Милы?

- А что насчет Милы? Что конкретно тебя интересует, Яна?

- Ты знаешь…  Твои чувства.

Майкл продолжительно выдыхает и склоняется ко мне еще ниже, так что его дыхание щекочет кончик моего носа.

- Я о ней не вспоминаю… Я уже не злюсь, и мне не больно.

Я зажмуриваюсь и закусываю губы изнутри.

Я ему верю.

Делаю судорожный вдох, понимая, что уже некоторое время не дышу.

Внутри растекается сироп, но почему-то хочется плакать.

- Ян… - запускает пальцы в волосы на затылке и притягивает к своему плечу, - я с тобой быть хочу… не могу без тебя, поняла?

Не сдержавшись, громко всхлипываю. Прячу лицо в основании его шеи, чувствуя, как по телу проходит нервная дрожь.

Никогда… Ни разу в жизни никто меня так не обнимал, не говорил таких слов.

Меня просто рвет от эмоций.

- Яна… эй, ты чего? – добивает встревоженный голос Майкла, - плачешь, что ли?

И правда, стоит ему поднять к себе мое лицо, по нему скатывается одинокая слеза.

- Дуреха…

Ловит ее губами. Покрывает неспешными поцелуями все лицо. А я стою с закрытыми глазами и тону в ощущениях.

Плавлюсь и начинаю задыхаться, когда его губы добираются до мочки уха и спускаются к шее. Прихватывают легонько кожу, жалят горячим дыханием, оставляя после себя россыпь мурашек.

- Майкл… - выдыхаю тихо.

Я больше не хочу и не могу бездействовать. Обхватив широкие плечи руками, подтягиваюсь ближе.

Я тоже хочу его шею. Хочу оставить на воротнике его рубашки след от своей помады.

Прижимаюсь к ней губами. Какое-то время просто наслаждаюсь ощущением его кожи на губах, а затем пробую ее языком.

Ни разу не делала этого раньше, действую по наитию.

- Янка… твою мать… трахну же!

В моем животе все сладко сжимается. Подстегиваемая похотью, действую уверенней. Выдергиваю рубашку из-за пояса брюк и запускаю под нее руки. Прикусывая зубами кожу шеи, ласкаю руками его спину.

Рыкнув, Майкл резко задирает вверх мою майку и спускает вниз чашечки лифчика.

- Мммм… - громко стону, когда его пальцы прихватывают оба соска.

- Хочешь меня? – хрипит его голос в ухо.

- Майкл…

- Скажи.

- Да-а-а…

Одна его рука продолжает играть с чувствительным соском, а вторая ныряет под резинку мягких домашних брюк и накрывает промежность через ткань трусиков.

Я просто цепенею. Делая частые поверхностные вдохи, наблюдаю, как рука его там начинает двигаться.

Вверх – вниз… вверх – вниз…

- Мокрая… насквозь.

Встречаюсь с его потемневшим взглядом и решаю довериться. Я хочу с ним всего.

- Закинь ногу на меня, - просит он, а когда я выполняю требование, тянет на себя резинку белья и просовывает под нее ладонь.

- Ай!.. – дергаюсь как от удара током, чувствуя, как пальцы раздвигают влажные складки.

В горле пересыхает. Я хватаюсь двумя руками за ткань белой рубашки, умоляя взглядом, чтобы поцеловал.

И он понимает. Прижавшись губами к моему рту, толкается в него языком, одновременно делая движение пальцем у меня между ног.

О, Господи… Это что-то запредельное… Сладкое… тягучее… запретное…

Продолжая хозяйничать в моем рту, скользит подушечками пальцев вдоль мокрых губок, давит ни клитор, массирует его круговыми движениями.

Мне становится жарко и невыносимо трудно удерживать свой вес на ослабших ногах. Поэтому я обвиваю руками крепкую шею и буквально висну на нем.

Ласки становятся настойчивее, напряжение внизу живота нарастает, и я начинаю хныкать.

 Не могу больше терпеть. Для меня это слишком. Мое тело не привыкло к таким дозам удовольствия.

Майкл упирается в бок  тяжелой эрекцией и вводит в меня два пальца.

- Мама… - шепчу пересохшими губами.

Боже… что это?! Мое желание граничит с болью.

Он обхватывает мою талию и начинает ритмично таранить меня снизу.

А я, оглушенная ощущениями, беззвучно открываю рот, прижимаясь им к его шее, царапаю зубами кожу.

Все заканчивается внезапно. В тот момент, когда я сама насаживаюсь на его пальцы, пружина внизу живота детонирует.

Глухо мычу в прикушенную мной шею и замираю, чувствуя, как судорожно сжимаются мышцы вокруг пальцев Майкла.

Он дает мне несколько минут, чтобы восстановить дыхание, а затем вытаскивает руку из моего белья и, глядя мне в глаза, облизывает пальцы, что только что были во мне.

- Бо – же… - сиплю перед тем, как закрыть лицо руками.

Это… у меня в голове не укладывается. Я не верю, что он сделал это.

- Яна… - отводит руки в стороны и целует в губы, наполняя мой рот моим же вкусом.

Мне жутко стыдно и в то же время жутко приятно. Ничего интимнее у меня представить не получается.

- Майкл, я в шоке, - признаюсь честно.

- Я собираюсь шокировать тебя каждый день.

Я смеюсь, стыдливо пряча лицо на его груди. Он обнимает, вдавливаясь в живот твердым пахом.

- Останешься?

- Да.

Но входящий вызов на его телефон в миг меняет все планы. Ольга Сергеевна сообщает, что Сергей Викторович, дедушка Майкла, попал в реанимацию. Кажется, инфаркт.

- Ян, завтра на работу на такси сможешь уехать?

- Конечно.

- Я в аэропорт, через два часа вылет в Иркутск, - говорит, целуя на прощание.

Весь следующий день я как на иголках. Работаю, не выпуская из поля зрения свой телефон. Майкл обещал позвонить, как только появятся новости.

- Ты с нами? - спрашивает Даша, когда наступает время обеда.

- Нет… - качаю головой.

Мне настолько неспокойно, что нормально поесть я не смогу. Решив, что позже перекушу батончиком, что завалялся в сумке, я остаюсь в кабинете.

Майкл звонит минут через двадцать.

- Как Сергей Викторович?

- Состояние тяжелое, но стабильное, - вздыхает на том конце его голос, - кажется, кризис миновал.

- Слава Богу!

- Если все будет хорошо, завтра уже переведут в палату, и тогда я завтра уже вернусь, а мама пока здесь останется.

- Хорошо… - это значит, что уже завтра он вернется в свою квартиру насовсем.

- Как Оля?

- Когда я уходила на работу, она уже рисовала… спросила, где папа.

В трубке раздается короткий смешок.

- Скажи ей, папа скоро вернется с подарком.

- Ты ее балуешь.

- И буду баловать.

Отключившись, я еще долго улыбаюсь, глядя в окно. Там пасмурно и идет снег. Зима наступает.

Чувствую, самая важная зима в моей жизни.

Хлопок двери выдергивает меня из раздумий.

Катя, на удивление, возвращается с обеденного перерыва раньше остальных. Впервые на моей памяти.

- А ты чего здесь? За фигурой следишь?

- Не голодна.

- Говорят, ты с Бейкером, - как бы между прочим, говорит она.

И, не дождавшись ответной реплики, продолжает:

- Странно… я даже не поверила, когда услышала.

- Почему же?

- Потому что он с Сашей.

- Был с Сашей, - поправляю я.

- Вряд ли.

Меня не интересует ее мнение, поэтому, вернувшись за свой стол, я активирую монитор и открываю присланные  Натальей Александровной договоры.

- Он так красиво за ней ухаживал, - не сдается Катерина, - цветами заваливал, украшения дарил…

Майкл может. Он умеет добиваться женщину. Но все это было до меня. Я не собираюсь поддаваться на провокации. И ей, это, видимо, не нравится.

- Сашка так просто тебе его не отдаст. Они немного повздорили, он при помощи тебя решил вызвать ее ревность.

Господи… Ну и бред.

- Может, угомонишься уже! – не выдерживаю я, - у тебя дефицит общения?

- Чего?..

- Или напрягает отсутствие личной жизни?

Она теряется, но ненадолго. Сузив глаза, смотрит как в первый раз. Губы растягивает едкая усмешка.

- А ты не так проста, как кажешься на первый взгляд, да, Полякова?

Я и сама немного напугана своей смелостью. Но, общаясь с такими, как она, все больше и больше вхожу во вкус.

- Только Сашка тебе его все равно не отдаст!

От необходимости отвечать меня избавляют вернувшиеся с обеда девчонки, а с ними Валентин.

- Это тебе, - на мой стол опускается малиновый чизкейк на пластиковой тарелочке.

Марина выразительно закатывает глаза, а Катя громко фыркает:

- Зря стараешься, Валик. Она с Бейкером спит.

Сука.

Все присутствующие смотрят на меня. И если Даша и Марина выглядят ошарашенными, то на Валентине просто нет лица. Развернувшись, он вихрем вылетает из кабинета.

Девочки же рассаживаются по своим местам и до конца рабочего дня со мной больше не заговаривают.

Вечером, когда Оля засыпает, я решаю написать Майклу сообщение.

«Как дедушка?»

Буквально через десять секунд телефон в моей руке начинает вибрировать. Звонок по видеосвязи.

Я принимаю вызов и вижу на экране его улыбающееся лицо. Он лежит раздетый в своей кровати.

На мне в этот момент лишь шелковая сорочка.

- Привет, как дела в больнице?

- Нормально все. Дед уже вредничает, домой просится.

- Уже пошел на поправку? Молодец.

- Как прошел день? – интересуется Майкл, переворачиваясь на бок.

Посвящать его в бабские разборки я не собираюсь, поэтому, бодро улыбнувшись, отвечаю:

- Отлично… заключила три договора.

- Молодец! Наталья Александровна тебя хвалит.

- Правда?

- Угу… скоро на повышение пойдешь.

Я смеюсь. Он шутит, но мне безумно приятно, что кто-то обсуждает со мной мою работу.

- А как прошел твой день?

- Я сегодня с нашими ребятами встречался.

Воздух застревает где-то на выдохе. Мои губы еще улыбаются, но уже по инерции. 

- И?..

- И Мила там тоже была.

Я больше не могу изображать вежливый интерес. Мне хочется сбросить вызов, чтобы он не видел моего лица.

Мне страшно.

- Ты разговаривал с ней?

- Конечно, - утвердительно моргает и молча, глядя на меня, улыбается.

- Как у нее дела? – выдавливаю через силу.

- Хорошо. Она беременна, у них с Ником через месяц свадьба.

Произносит это все спокойно, словно речь идет не о девушке, бросившей его ради другого, а о троюродной сестре соседа по даче.

- Майкл…

- М?

- Ты расстроился?

- Расстроился, что не смог вылететь домой уже сегодня… Ян, - понижает голос, - я хочу к тебе.

Сердце заходится. В груди разливается вязкое тепло.

Я тоже к нему хочу. Раздеться и прижаться к его телу, кожа к коже, глаза в глаза и чтоб дыхание общее.

- Завтра увидимся…

- Яна… - зовет тихо и даже немного двигается в мою сторону.

- Что?

Он смотрит на меня серьезным взглядом, а затем качает головой.

- Ничего… потом скажу… когда приеду.

Что… что он мне скажет?!  И как дожить до завтра?

Я начинаю нервничать и принимаюсь жевать свою губу.

- Бл@дь... Не делай так, Яна… У меня уже встал.

Неосознанно провожу языком по губе, а затем трогаю ее пальцем.

- Так. Все, пока, - чеканит он, - завтра приеду… готовься!

Майкл отключается, а я еще долго пялюсь в темноту и глупо улыбаюсь.

Мне кажется, я счастлива.

Следующий день проходит в ожидании. Майкл сказал, что по прилету сразу приедет на работу, потому что после обеда его ждут на совещании.

С обеда я возвращаюсь раньше, потому что девочки пошли в другое кафе, а меня с собой не позвали.

Останавливаюсь у кулера, чтобы налить стакан воды.

- Привет, - звучит за спиной женский голос, и я едва не чихаю от раздражающих слизистую носа сладких духов.

- Привет.

Разворачиваюсь и задираю голову, чтобы посмотреть ей в глаза. Девица значительно выше меня.

Она красива, ухожена, но парфюм у нее отвратительный.

- Вы совсем не похожи.

- В смысле?..

- С Майклом… - поясняет она.

- Почему мы должны быть с ним похожи?

- Он сказал, что ты его сестра.

Что?..

- Из-за того, что ты сейчас живешь со своим ребенком в его квартире, нам приходится встречаться где попало.

- Мне кажется, ты выдаешь желаемое за действительное, - произношу ровно, не утруждая себя даже снисходительной улыбкой.

А вот она старается на полную катушку. Откинув назад голову весело смеется.

- Наивная девочка, - говорит почти ласково и уходит, унося с собой тошнотворный запах.