Глава 15

Прошло 3 года…

– Что-нибудь ещё? – заискивающе улыбнулась девушка.

– Вон ту лошадку, – указала на яркую игрушку, украшавшую витрину магазина. Марти она понравится. А вот Мильке я приглядела чудесную ростовую куклу. Хочу порадовать детей, чтобы от их довольных мордашек, от радостного смеха праздничный день наполнился счастьем.

Выбирала долго, придирчиво, правда и купила много. Чтобы донести покупки до извозчика, носильщику пришлось несколько раз выйти на улицу.

По дороге домой, разглядывая в сумраке нарядный Нагнет через запотевшее стекло, я вспомнила, как в детстве новогодняя ёлка казалась мне запредельно высокой – до самого потолка. На ней, красавице, в стеклянных шариках отражались огоньки гирлянд, и под запах хвои и мандарин приходил настоящий праздник, который теперь, став взрослой, я хочу подарить своей семье, чтобы душевный вечер остался в наших сердцах навсегда, тем более что больше мы не бедствуем.

Домой вошла в самом приподнятом настроении. Фани, помощница по дому, которую теперь мы могли себе позволить, стряпала что-то удивительно аппетитное. Я едва не поддалась порыву завернуть на кухню, чтобы взять кусочек на пробу, но встречать меня вышла Жиаль.

По её виду сразу чувствовала, что она расстроена.

– Латия нас обворовывала, – призналась Жиаль, поджав губы. – Не докладывала масла, сливок, начинки. Если бы я каждый день не снимала пробу, страшно представить, чем бы это обернулось.

– Ей же хуже, – вздохнула я, больше волнуясь о настроении подруги. Воровство на производстве – неприятная мелочь, к счастью, ровным счётом ничего не решающая. Разве что будем придирчивее относиться к найму новых сотрудников.

Чтобы отвлечь подругу, ставшей мне сестрой, кивнула, приглашая следовать за мной в кабинет. Уже поднимаясь по лестнице, приняла решение:

– Вот и получит мерзавка Латия рекомендацию. Распишу её проделки подробно.

– Прости, – в кабинете, сев в кресло, Жиаль опустила голову, чувствуя за собой вину. – Думала, что ей действительно нужна работа.

Я подошла и обняла подругу.

– Это всё ерунда. – Поправила выбившийся золотистый локон в её причёске. Новый оттенок подруге очень к лицу. Красивое платье по фигуре придавало формам стройности. Не удивительно, что теперь к Жиаль обращались не иначе как госпожа.

– Ты в самом деле так думаешь? – всхлипнула она, коря себя в том, что поддалась на уговоры Латии, слёзно умолявшей дать работу.

Добросердечная, доверчивая Жиаль пожалела нахалку и даже согласилась поручиться за неё. И вот поворот.

– Разве ты могла поступить иначе? Тогда бы ты корила себя, что не помогла бедняжке. Ничего, впредь будем внимательнее, – улыбнулась я, показывая, что уже забыла о неблагодарной воровке. – Ладно, давай-ка скорее спрячем подарки от непосед, заодно поговорим действительно о важном. Я проконсультировалась с законником: мы выиграем дело.

– Что он сказал? – встрепенулась Жиаль.

Пока мы торопливо складывали подарки, кратко пересказала доводы господина Ягру и радостно объявила:

– У нас имеются важные доказательства, что наш фирменный знак принадлежит нам!

– Но ведь Барж говорил, что он у него есть свидетели, – взволнованная Жиаль не заметила, как прижала яркую хрупкую коробочку со сладостями к груди.

– Осторожно, сломаешь! – указала я на подарок.

– А что там?

– Секрет. До завтра! – подмигнула и, с улыбкой наблюдая, как встрепенулась подруга, напомнила: – Когда мы оформляли торговую лицензию, я там указала и подробно описала, даже зарисовала все наши логотипы. Так что Барж ещё пожалеет, что попытался украсть нашу идею. Взыщу с него все издержки до медяшки!

– О, Светлая! – Жиаль сложила руки свечой и как девчонка затопала ногами. – Как здорово, что ты, Инна, такая умница! Но всё же, если процесс пойдёт не так, как мы думаем, что тогда?

– Не переживай! У меня есть много идей. Но прежде заручусь поддержкой Ягру, чтобы у других ушлых конкурентов не возникло соблазна обмануть «доверчивую глупышку».

Увы, именно так злые языки говорили обо мне, считая, что меня соблазнил один из близнецов мамаши Тильри. Нереальная глупость, абсурд, но люди верили. Тем более что Зив всем злопыхателям, имевшим при нём неосторожность высказаться обо мне плохо, не давал спуска. И с Кнопкой возился с удовольствием, не теряя надежды когда-нибудь жениться на мне.

Правда, едва мы встали на ноги, многие из тех, кто распускал про меня грязные слухи, стали набиваться в женихи. Да тот же Барж решил заграбастать в свои лапы наше дело, предложив мне выйти замуж за его сына. Вот только и мечтала о таком счастье. Бегу – аж волосы назад.

Не то чтобы мне совсем не хотелось замуж, но как-то не срасталось, душа не отзывалась. Это особенно и не печалило. Разве что иногда, поздними холодными вечерами, когда дом погружался в тишину, а дети засыпа́ли, с тоской размышляла, что и в том мире, и в этом, я сама по себе; что было бы гораздо легче, если бы рядом имелся человек, которому можно было доверять. Да, Жиаль я доверяла всецело, но в патриархальном мужском мире одиноким женщинам выживать гораздо сложнее, и успех приходится выгрызать.

К тому же, умея обеспечивать себя и семью собственными силами, я стала к мужчинам ещё более требовательной. И времени на личную жизнь как-то не находилось: все силы уходили на развитие дела.

Сегодня я тоже провела день на ногах. С утра во рту маковой росинки не было. Но я ни о чём не жалела. Особенно когда в коридоре раздался быстрый топот маленьких ножек.

– Марти, стой! – успела прокричать нянька, прежде чем дверь распахнулась, в комнату вбежал Мартюшка. За ним уставшая Церла с Милькой на руках.

– Простите, не уследила, – запыхавшись, извинилась нянька. Поправив чепец, съехавший на глаза, она попыталась поймать сорванца, но он шустро бегал вокруг нас, как бельчонок вокруг ёлки.

Я подхватила карапуза на руки, и он заливисто засмеялся.

Милька тут же ревниво захныкала, протянула ручки ко мне. Пришлось взять и её, мою маленькую Кнопочку с золотистыми кудряшками, ставшую центром моей вселенной, моей безмерной силой и такой же безграничной слабостью.

Нацеловывая по очереди то ямочки на её пухлых щёчках, то носик Марти, слушая заразительный, звонкий детский смех, я забыла об усталости.

Милая возня малышей развеяла даже грусть Жиаль. Она присела рядом и, наблюдая сияющими глазами за младшими детьми, вдруг сообщила:

– Завтра утром Арт приедет. А вечером и Велла. Их обещали отпустить на каникулы.

– Замечательно! – обрадовалась я, уворачиваясь от хватких ручонок Кнопки. Ей всего два, а она уже оценила мою брошь и кружевной воротничок, и пытается их экспроприировать.

Затем я едва увернулась от очередной хватки маленьких сладких пальчиков, нацеленных на резную шпильку. Волосы отросли, и каждый день я собираю их в строгий узел, чтобы выглядеть взрослее и солиднее.

– Соберёмся, зажжём Жертвенное Полено, польём его вином и мёдом, посыплем зерном… Будет весело.

Я лучше поставила бы живую ёлку в доме и украсила, да традиции в этом мире другие. Однако пряники и мелкие подарки развешу по всем комнатам, и побольше. Кто найдёт – тому и радость. Важно только дождаться праздника и не раздать подарки раньше времени.

Эх, хорошо, когда больше нет нужды, когда есть тёплый дом, накопления на чёрный день. Ради этого я и старалась. Вот только, кажется, сейчас так и засну от усталости.

Малышня не желала слезать с рук, поэтому я села на диван и рассадила детей по коленям.

– Ух, непоседы! – пощекотала животики. Чтобы уследить за ними, надо четыре глаза. Как уж Церла справляется? Надо бы ей увеличить жалование.

***

Уже собираясь ложиться, вспомнила, что хорошо бы украсить дом заранее, чтобы Арти и Велла, вернувшись из училища, тоже могли поискать подарочки и сладкие сюрпризы.

Нехотя встала, накинула халат и стала прикидывать: что и куда спрятать?

Пока украдкой раскладывала подарки, в доме стало тихо. И я, пожелав перекусить, не стала будить Фани. Сама спустилась в кухню и нарезала бутербродов.

Затем решила налить себе цветочного чаю. И когда увидела, сколько в чашке плавает лепестков, спохватилась, что совершенно позабыла про ещё одну замечательную идею: о чае в пакетиках!

«Дожилась, Инна! Совсем раскисла…» – ворча под нос, я расхаживала по кухне и ругала себя. Это же такой простой способ! Надо всего-то получить патент…

Если бы не поздняя ночь, я бы уже мчалась в городскую палату, чтобы пода́ть прошение о защите прав на изобретение и застолбить гениальную идею.

Не удивительно, что я поздно заснула, утром встала позже обычного, из-за чего план предпраздничного дня пошёл наперекосяк.

Наспех позавтракав, я посетила городской банк, наведалась к поставщикам, поздравила их, мило поболтала о том о сём, подарила подарочки. После забрала заказы, отвезла домой. Затем поехала к господину Ягру, чтобы побеседовать о будущих делах и обсудить, как лучше защитить своё изобретение. И по закону подлости, выходя из его конторы, натолкнулась на Баржа.

Вот уж не ожидала его встретить. Больше чем уверена, он знал о времени моего визита и намеренно пришёл.

– Уже уходите? – Барж приподнял шляпу, демонстрируя глубокие залысины. Его большой жабий рот растянулся в слащавой улыбке.

Высокий, огромно-толстый, он смотрел на меня свысока. При этом не чурался воровать мои идеи. Но не на ту напал.

– Да, спешу, – обошла его, высоко держа голову. Мне с ним не то чтобы общаться, видеть его было неприятно.

– В честь Светлого Дня следовало бы подумать о примирении, – прилетело в спину наглое предложение.

– Не зарьтесь на чужие задумки и не придётся искать примирения, – не оборачиваясь парировала я, бросив презрительный взгляд.

– Вы горячитесь, Инна.

– А о чём думали вы, хладнокровно воруя чужое? – едва повернула голову.

– Значит так, да? – сощурился недобро Барж. Его холодный взгляд стал раздражённо-злым.

– Вы мне угрожаете? – я заставила себя растянуть губы в усмешке, чтобы скрыть волнение. Нет, я не беззащитна, но показывать магию не стоит. Не переживу ещё одного бегства.

– Ты пожалеешь, что плюнула в мою протянутую руку.

– Стоит доверчиво принять вашу протянутую руку, и вы перегрызёте горло. Так что даже не надейтесь, – холодно ответила и зашагала по улице.

Уже стемнело. Но после неожиданной встречи хотелось развеяться, избавиться от возникшего чувства омерзения.

Не понимаю, почему Барж не придумал и не развил свой бренд? У него есть возможности, деньги, связи. Почему прицепился к моему?

Чтобы не нести в дом негатив, решила немного пройтись.

Магазины ещё работали, на улицах торопливо шагали горожане, и я спокойно шла по заснеженному городу.

Крупные хлопья снега кружили в воздухе, возвращая воспоминания о моей прошлой жизни…

До рождения Кнопочки я очень хотела вернуться домой, покинуть слабое тело, избавиться от трудностей, вернуться к привычному образу жизни… Но с появлением Милы всё перевернулось с ног на голову, и отныне мой дом здесь.

Никогда по своей воле не оставлю мою малышку. В конце концов, комфортный быт смогу наладить и тут. Уже почти получилось.

У меня нет цели стать богатой, знаменитой, известной. Я лишь хотела, больше никогда не бедствовать, не скитаться, не голодать.

Тот, кто однажды пережил страшную нужду, будет всю жизнь делать заначки, подстилать соломку. И я это делаю, потому что самым страшным кошмаром для меня было проснуться ночью после ужасного сна и поймать себя на пугающей мысли: я снова с лесу, беспомощная, голодная…

Мысли роились, как пчёлы. Старалась гнать их, но они возвращались, а я хотела оставить всё дурное в прошлом. Хотела освободиться от груза обид и стать свободной, молодой не только телом, но и душой…

Вечерние глубокие тени красиво сочетались со светом, падающим из разноцветных окон. Любуясь, я шла вперёд, обходя спешивших навстречу горожан, пока что-то не заставило обернуться. Тогда-то увидела, что меня преследуют два сомнительного вида типа.

Сердце неприятно ёкнуло. Невольно сжала руку, чтобы защититься в случае необходимости, и зашагала быстрее.

Обладая магией, я не боялась нападения. Ведь я уже что-то да умела, но мысль, что придётся снова удирать, оставив Жиаль, сковала страхом нутро.

Миновав ажурный мост, я окончательно убедилась, что те двое следуют за мной по пятам. Зашагала ещё быстрее, как услышала за спиной возню…

Обернулась и опешила, потому что некто, быстрым ударом руки вырубил одного из негодяев. Затем второго.

Не веря в чудесное спасение, я застыла на месте. Тот, кто справился с подозрительными личностями, нагнулся, зачерпнул пригоршню влажного снега, вытер руку и в два широких шага подошёл ко мне.

– Вам не стоит одной ходить по городу.

Голос незнакомца был спокойным, чуть хрипловато-простуженным, и при этом очень даже бархатным.

Удивлённая и заинтригованная, я поддалась желанию рассмотреть так редко встречающегося нынче рыцаря и начала беззастенчиво разглядывать мужчину.

Прошлась по ладно сидевшей на широких плечах куртке, распахнутой, несмотря на промозглый ветер. Отметила про себя, что рубашка, видневшаяся в вырезе серой шерстяной кофты, простая, но опрятная, и что мой спаситель без жилета... Так обычно ходят мастеровые.

Далее, скользнула взглядом по крепкой шее, чётком мужественном подбородке. Задержалась на узких губах, пока уголки рта незнакомца не дрогнули в усмешке.

А когда дошла до глаз, мне стало жарко.