Глава 11

Прошло всего три месяца после дня рожденья Игоря Аркадьевича, а Олег понял, что избавиться от семьи Ключниковых будет не так просто. Ирина вцепилась в него намертво, постоянно намекая, что очень хотела бы утонуть в его объятиях и отдать своему жениху свою любовь и нежность, искала любую возможность, чтобы «побыть» вместе, подружить организмами, каждый раз она убеждала его в том, как она сгорает от желания стать его женщиной вот прямо сейчас (можно даже на заднем сиденье машины). Как мог, Олег уворачивался от этих минут уединений, но иногда приходилось бывать у них в гостях или принимать будущих родственников у себя. Несколько раз Ирина вытаскивала его в рестораны, которые (слава богу) стали работать, стараясь напоить до состояния «ничего не помню, но у нас все было». Но Олегу пока удавалось избегать постели с Ириной, из подстроенных ею западней Олега спасали охранники, которые брали пьяного мужчину под руки и увозили домой, невзирая на недовольные взгляды Ирины, чему его отец был только рад.

Однажды отец за ужином, поднимая свой любимый хрустальный бокал с водкой, проговорил:

— Через две недели прием у губернатора, нас с тобой приглашают.

Олег поморщился, идти куда-то ему не хотелось от слова «совсем».

— Надо сходить, сын, там будет Михаил Красильников.

— Красильников? — спросил Олег, роясь в своей памяти, где бы он мог слышать эту фамилию.

— Да, один из учредителей и владельцев холдинга «Продукт России». О нем мало что говорят в прессе и мало кто знает, кто он такой, но по своем каналам я пробил, что у него столько денег, что можно купить всю губернию и кремль в придачу.

— И что ты хочешь от него?

— Чего хочу? — отец улыбнулся. — Я вот тут подумал, что пора нам заняться торговлей. Продукты. Если народу не нужны машины, кастрюли и сковородки в том количестве, что мы хотим предложить, то еда нужна всем и каждый день. А хорошая еда от отечественного производителя тем более.

Олег удивленно поднял брови.

— Да, хочу открыть пару магазинов, супермаркетов, где будем продавать продукцию отечественных производителей, надо же их кому-то поддерживать. Хочу заключить парочку договоров с этим холдингом о поставке продукции. Это будет очень жирно. Возможно, мы сможем даже избавиться от Ключникова, что-то он слишком часто стал совать свой нос в наши дела и слишком настойчиво требует от меня процентов отнашего бизнеса, словно он наш партнер. Я уже присмотрел парочку торговых площадей под супермаркеты, даже провел несколько переговоров.

— Хм. А что из себя этот Красильников представляет? И даже странно, что ты не предлагаешь мне жениться на его дочери.

Виталий Викторович хохотнул.

— А у него только взрослый сын и две дочки погодки, которым двенадцать и одиннадцать лет.

— Понятно, — Олег тоже рассмеялся, поднял руки в защитном знаке. — Я по мальчикам не спец.

— Вот и хорошо. Мы пойдем на этот прием, надо будет переговорить с Красильниковым. Будет отлично, если он согласится.

Уже у себя в комнате Олег залез во всеобщую паутину, чтобы найти информацию об этом Красильникове, радуясь, что теперь так легко найти любую информацию. Всего какой-то десяток-другой лет, а он уже не может представить себя без всех этих поисковых систем. К его удивлению, было совсем немного информации об этом Михаиле, только возраст — пятьдесят шесть, женат, есть дети, учредитель и владелец холдинга, одного из самых крупных в Стране. Но была только одна его фотка. Обычный мужчина, не красавец, крепкий, с волосами, которые называют перец с солью, цепким серьезным взглядом перед которым хочется встать в стойку «смирно» и начать каяться. Одень его в ватник и сапоги — вылитый тракторист. Олег вспомнил своего отца, у которого с возрастом обвисли брыли, появились мешки под глазами, и он еще больше стал похож на бульдога, усмехнулся.

Ирина и ее отец тоже готовились к этому приему, женщина убедила Олега поехать туда вместе. «Все должны видеть, что мы — пара. Ты мне обещал». Он согласился, и заехал за своей «парой» в ее загородное имение. Отцы уехали раньше. Ирина вновь была одета в свой любимый черный цвет. Сегодня платье облегало ее до колен, расширялось к низу широким воланом, как хвост русалки и тащилось следом за ней по полу полуметровым шлейфом, лиф платья искрился натуральным черным жемчугом, открытые плечи украшало колье из больших черных бриллиантов. На талии красовался пояс-цепочка из золотых массивных звеньев. «Все лучшее сразу», — усмехнулся Олег, когда увидела свою «пару», спускающуюся к нему по лестнице на своих огромных каблучищах. Мужчина даже поморщился, боясь, что она сейчас просто свалится с них и в голове возникла картинка ноги, закованной в гипс «Было бы не плохо», — проскочила мысль. Женщина с трудом из-за «скованности» ног платьем, за чем Олег наблюдал с плохо скрываемой ухмылкой и не думая подать руку, чтобы помочь, спустилась по лестнице, подошла к «жениху» и вцепилась в него, словно всю жизнь искала в нем опору.

— Привет. Мы с тобой так давно не виделись, что я даже забыла, как ты выглядишь.

Она поцеловала воздух возле его щеки, после чего позволила отвести себя в машину. В зал ресторана, где проходил прием, они входили тоже вместе, под руку. Олегу приходилось приспосабливаться под семенящий шаг своей спутницы, что нервировало еще сильнее, чем все это сборище. Отец и Игорь Аркадьевич уже были там, стояли в компании каких-то незнакомых Олегу мужчин. Ирина несла себя по залу и старалась придерживать свой шлейф, на который все норовили наступить — кто случайно (в основном мужчины), а кто (в основном дамы) специально с ехидной улыбкой. Олегу так и хотелось сказать: «Да отрежь ты его к черту или заткни за пояс», но сдержался. Долго тянулись поздравления, им с Ириной тоже пришлось подходить и кланяться юбиляру, улыбаться и желать ему многие лета.

Когда начались танцы, Ирина стояла с недовольным лицом. Только сейчас она поняла, какую сделала ошибку, что надела это платье, в котором хотела всех поразить. Танцевать в нем было совершенно невозможно. Поэтому ей приходилось стоять чуть в стороне, тянуть небольшими глотками довольно неплохое шампанское и делать вид, что она очень довольна абсолютно всем. Олега она не хотела отпускать от себя, но он каждый раз извинялся и отходил то к одной группе мужчин, то к другой, кланялся, о чем-то подолгу разговаривал. Она стояла в стороне и скрипела зубами от своей неосмотрительности.

Олег краем глаза наблюдал за лицом Ирины, которая стояла и убивала всех взглядом. Он же с удовольствием общался с отцом, который водил его от одной группы нужных людей к другой, выискивая своего Красильникова.

— Да он придет или нет, — недовольно пробурчал отец, когда в очередной раз в зал вошел запоздалый гость.

Наконец снова открылись двери и в зал вошла пара — мужчина с волосами цвета перец с солью, и женщина с волосами цвета золота, которые были уложены вокруг ее головы в «простую прическу», делая ее королевой среди всех женщин мира.

— Наконец-то, — проговорил отец, дергая сына. — Господин Красильников с супругой. Сейчас немного подождем и подойдем к ним.

А Олег всматривался в женщину. Назвать ее красивой было мало. Она была роскошной — с осанкой королевы, тонкой талией, приятными женскими окружностями, которые подчеркивало ее довольно простое на вид платье приятного кремового цвета, которое под светом хрустальных люстр светилось, как золотая кожа. Но чем дольше Олег смотрел на нее, понимал, что такую женщину он хотел бы себе. В ней не было изъянов, она была само совершенство. Красильников шел рядом со своей женой и смотрел на нее глазами, полными любви. Лица супруги Красильникова он пока не видел. Ее рука покоилась на его локте, шла с достоинством великолепной женщины. Олег отмер, поняв, что слишком долго пялится на эту женщину, огляделся и увидел, что почти все мужчины в зале и большинство женщин также смотрят на эту пару. Даже стоящая метрах в пяти от него Ирина не сводила взгляда с мужчины и женщины и кусала свои ярко накрашенные губы от досады и зависти, от чего теперь ее зубы окрасились от помады в ярко красный цвет, как у вампирши. Олег постарался незаметно отойти от Ирины как можно дальше, но она, словно почувствовала что-то, подобрала свой шлейф и устремилась к нему, схватила под локоть.

— Ты сбежал от меня, Олег, бросил. Я обижена на тебя, — в голосе звучали нотки ревнивой претензии и истерики брошенки.

Стоящий рядом с ним отец только усмехнулся и отвернулся так, чтобы наблюдать за Красильниковым, чтобы выбрать хороший момент и подойти. Через минуту Виталий Викторович рванул с места и устремился к Красильникову, который наконец остался один с женой и что-то с улыбкой говорил ей, а она отвечала ему также, широко улыбаясь. Олег хотел пойти следом за отцом, но Ирина вцепилась в него намертво двумя руками, не отпуская от себя.

— Это кто? — требовательно спросила она.

— Это наши будущие партнеры, — не подумав, ответил Олег, витая в своих мыслях, наблюдая за тем, как отец подходит к Красильникову, здоровается.

— Партнеры? — Ирина выгнула недовольно свои губки подковкой. — А мы кто?

Олег не стал отвечать, продолжал следить за разговором отца с Красильниковым и одновременно старался вспомнить, где он видел эту женщину. Ее профиль был таким знакомым, а сердце билось с такой скоростью, что он сам не понимал, что с ним происходит. Отец снова что-то сказал Красильникову и кивнул в сторону Олега. Мужчина повернул голову, женщина тоже посмотрела на него. Синие глаза остановились на лице Олега, потом она спокойно с достоинством кивнула ему и отвернулась к мужу, а у него упало сердце. «Не может быть», — в голову со скоростью пушечного ядра ударила мысль. Красильников что-то ответил отцу, который поклонился и отошел от них. Виталий Викторович быстрым шагом подошел к сыну, быстро взял его под руку и повел в сторону, вырывая его из «захвата» недовольной Ирины, которая стала лихорадочно осматриваться и выискивать своего отца.

Отец отвел сына туда, где никто не смог бы их подслушать.

— Значит так, говорить сейчас со мной о возможном сотрудничестве Михаил Васильевич отказался, назначил встречу на завтра в нашем филиале.

— Каком?

— Главном. Не перебивай, — отец был взволнован, возбужден. — Он сказал, что ничего обещать не будет, ему надо поближе познакомиться с нашими предложениями. Завтра мы должны подготовить ему пакет предложений о сотрудничестве. Это на тебе. А я займусь…

Он не успел договорить, как к ним быстрым шагом подошел недовольный Ключников.

— Виталий, неужели у тебя от меня есть какие-то секреты? — его голос звучал с недовольной претензией и как-то слишком начальственно, от чего Проскурин-старший дернулся, как от удара.

— Послушай, Игорь, я говорю со своим сыном, — довольно резко ответил Виталий, который был явно недоволен, что им помешали и взбешен наглым тоном будущего родственника. — У нас могут быть свои секреты от других?

— Ну-ну, — мужчина прожег взглядом Виталия и отошел в сторону, но далеко отходить не стал, надеясь подслушать разговор.

— Пошли отсюда, — отец потянул Олега в сторону.

Он вывел его из зала.

— Отец, может свалим отсюда? — тихо предложил Олег, осматриваясь, чтобы рядом не оказалось людей Ключиникова.

— Хорошо, поехали, — сразу согласился отец. — У нас много дел и мало времени, чтобы успеть подготовится к завтрашнему дню.

Они вышли из ресторана, сели в свою машину и тут в кармане Олега раздалась трель входящего звонка. Он достал мобильник, посмотрел на имя абонента, выругался сквозь зубы.

— Не хочешь, не отвечай. Ты ей ничего не должен, — нервно сказал отец. — Знаешь, пора нам с этим Ключниковым разойтись краями. Но не сейчас, иначе может сорваться наше сотрудничество с Красильниковым. Не надо Игорю давать пищу для размышлений. Пусть думает, что мы по-прежнему мечтаем заключить с ним сделку века.

Олег убрал звук и засунул телефон в карман, сел на заднее сиденье машины рядом с отцом. Водитель молча тронул машину с места.

— Ты чего такой? — спросил отец, заметив, что сын постоянно зависает в своих невеселых мыслях.

— Да так, ничего. Кстати, ты не спрашивал, как зовут жену твоего Михаила?

— Спрашивал. Дарья Владимировна.

— Даша, деревенская дурочка, — прошептал Олег, откидываясь головой на подголовник.

— Ты знаком с ней? — отец резко повернулся к нему, всматриваясь в лицо сына.

— Скорее всего да, — обреченно ответил Олег.

— Когда и где успел? Это же хорошо для нас, — в голосе отца зазвучало неприкрытая радость и энтузиазм, с которым он обычно начинал просчитывать выгоду.

— Как знать, — Олег нахмурился. Неужели это и правда она? — Я виделся с ней двадцать лет назад. И расстались мы с ней не слишком хорошо.

Отец прищурился, вглядываясь в сына.

— Ты… трахнул ее? — тихо, чтобы не услышал водитель, почти одними губами, спросил он, и его настроение стало резко падать.

Олег не ответил, отвернул лицо к оконному стеклу, за которым мелькала улица. А в кармане продолжал на беззвучном режиме трезвонить телефон.

— Ты… — отец не нашелся, что сказать, тоже откинулся на спинку сиденья, стал кусать губу. — Хотелось бы думать, что она забыла тебя. Хотя твою смазливую рожу не забыть. Черт.

Он выругался и закрыл глаза. До самого дома они сидели и молчали. Водитель подкатил машину к самому подъезду элитного дома, где находилась их квартира. Они вышли, также молча поднялись в свой пентхаус. Отец молча махнул сыну рукой, чтобы тот следовал за ним. Они прошли в кабинет. Виталий снова молча налил водку в свой любимый хрустальный бокал и одним махом выпил.

— Будем думать, что она простила тебя. Встрече все равно быть. Михаил сказал, что приедет. Знаешь что? Ты, — отец со всей силы ткнул пальцем Олегу в грудь, — завтра сидишь дома и не высовываешься. Можешь даже пригласить куда-нибудь свою Ирину, чтобы не светиться перед Красильниковым и успокоить ее и Игоря. Постарайся запудрить ей мозги так, чтобы она и ее папаша не подозревали о наших планах.

— Я ей сказал, что Красильников — наш возможный партнер, — тихо проговорил Олег.

— Что? Ты дурак? — Виталий чуть не подскочил на кресле и был готов стукнуть сына по тупой башке любимым бокалом.

— Просто она так быстро подошла ко мне и спросила, кто это. Ну я и сказал, что возможный партнер. Первое, что пришло в голову. Прости, — тихо проговорил Олег.

— Дура-а-аак, — на растяжку проговорил Виталий. Немного помолчал, потом тяжело вздохнул. — Ладо, что-нибудь решу с Игорем, тоже буду пудрить ему мозги. А может и прокатит. Так, сейчас звонишь Марине, чтобы она подготовила все документы и утром пусть положит папку мне на стол. Подскажешь ей, на что обратить внимание, чтобы мы выглядели крутыми партнерами. На завтра расклад такой — я в офис встречаться с Красильниковым, ты — сидишь дома или едешь к Ирине, играешь перед ней дурака. Она явно захочет узнать, почему ты ее бросил, потребует бурного примирения, поэтому будет лучше, чтобы вы встретились где-нибудь в другом месте, а не на квартире, чтобы она не затащила тебя в постель. Постарайся убедить ее в том, что твой отец сошел с ума и спутал Красильникова с каким-то своим старым знакомым. Или нет. Скажешь, что просто подходил, чтобы поздороваться и выразить свое почтение. И все это ради нашего светлого и счастливого будущего.

— Понял.

— Крутись перед Ириной, изображай влюбленного идиота. Месяц, ты слышишь, месяц отводи ее подальше от меня. Можешь даже купить ей какую-нибудь бриллиантовую безделушку, чтобы она успокоилась. Только кольцо не покупай, а то решит не известно что, потом не отговоришься, что это не помолвочное кольцо, а милый подарок. И помни — никакой постели с ней.

— Отец, — Олег замялся, не зная, говорить ему или нет, — тут такое дело. У меня не может быть детей. Помнишь я через год после свадьбы с Наташкой свалился с воспалением легких и почек? Так вот — осложнение.

Виталий долго смотрел на сына, потом снова молча наполнил почти до краев свой бокал водкой, выпил и как-то сразу осунулся. Поставил бокал на стол, опустил голову. Олег увидел, как отец разом постарел, сник, словно разом выпустили воздух из футбольного мяча.

— Сын, скажи, для кого я все это делаю? — голос Виталия звучал глухо, с болью. — Зачем мне все эти бабки, машины, дома? Зачем мне эта долбаная фирма, которую я никому не смогу передать? Прошу, выйди сейчас. Мне надо подумать.

Олег развернулся и ушел. Закрывая дверь кабинета, он услышал какой-то сдавленный стон отца, но возвращаться не стал. Ему самому хотелось выть от безысходности. Даша, Дашка, дурочка деревенская, которую он лишил девственности, бросил там на берегу, стала красивой, до безумия роскошной женщиной, которую хотелось ласкать, любить до звезд в глазах, восхищаться и падать перед ней на колени. Не просто женщиной, а женой одного из самых богатых людей страны. Если еще час назад хотелось верить, что он ошибся, но сейчас был уверен и к своему стыду понял — он идиот и подлец.

В своей комнате Олег позвонил секретарю Марине, дал необходимые указания, а потом завалился на кровать. Перед глазами раз за разом вспыхивали картинки — море, огромный валун, тело девушки, ее стоны, распахнутые глаза и ее взгляд, когда он сбегал от нее. А потом появлялась она — в платье кремового цвета, украшенное аккуратной вышивкой. Юбка длиной до середины икры, открывала ее стройные ножки, тонкие лодыжки, аккуратные ступни в замшевых туфельках. И снова на руках появлялось забытое ощущение настоящего бархата и тепла кожи. Губы задергались от воспоминания о вкусе ее губ, сердце заколотилось от воспоминаний ее стонов. И снова, как юнец, он хотел ее до дрожи в руках, до боли в яйцах. Да какая она деревенская дурочка — она красавица, королева его сердца, фея его ночных желаний. А телефон, который он положил рядом с собой на тумбу, продолжал трезвонить входящими звонками и пиликать сообщениями. Хотелось схватить его и зашвырнуть со всей силы в стену.

Утром отец вышел на завтрак с серым лицом и темными кругами от бессонной ночи.

— Значит так. Я поеду на встречу с Красильниковым. Ты — займись Ириной, отвлеки ее и папашу. Лепи им, что хочешь, скажи, что ты лох и не понял, зачем я побежал к этому Красильникову. А уехали с приема потому, что мне стало плохо, чуть не сдох. Придумай там что-нибудь мне такое — сердечный приступ, понос, икота, перелом всего тела. Мы должны заключить с Красильниковым все договоры так, чтобы Игореша ничего не понял. Ты понял?

— Да, отец, — Олег обреченно кивнул. — Прости меня.

Отец только махнул рукой.

— Что с тебя взять. Ты в своей молодости много начудил. Думаешь, я о твоих дурочках не знаю? Вот только про эту Дашу ничего не знаю. Где хоть ты ее поймал? Думаю, не стоит спрашивать — трахнул ли ты ее. Ты же трахал все, что тебе попадалось на пути со смазливым лицом.

— На море, когда свалил от Наташки перед свадьбой. Не стоит, — Олег опустил голову.

— Понятно, — отец тяжело вздохнул. — Ладно, попробую как-нибудь узнать, что она сейчас о тебе думает и что нам в итоге ждать.

После завтрака отец поехал в офис, а Олег наконец-то нашел свой телефон, который вчера ночью все-таки забросил куда-то в темноту. Батарея села, поэтому он сейчас молчал. Не успел поставить на зарядку, как экран засветился входящими сообщениями. Почти все были от Ирины, которая негодовала, что он бросил ее одну на приеме. Когда зарядки хватило для звонка, набрал ее номер.

— Прости, Ирина, просто вчера забыл телефон в машине, в нем батарея села. Только сейчас нашел его, — слащавым голосом самозабвенно врал Игорь, ненавидя самого себя.

— Я очень злюсь на тебя, — в голосе звучала обида и злость.

— Ну прости. Просто отцу вчера стало плохо, думали, что помрет, сердце прихватило, я так испугался. Пришлось срочно везти его домой.

Олег лил мед ей в уши, а сам сжимал кулак до хруста костяшек.

— Что с Виталием Викторовичем? Врача вызывали? — казалось, что ее тревожит состояние Проскурина-старшего.

— Да все обошлось. В дороге принял таблетки, вроде обошлось. Говорит, что сильно разволновался.

— А чего он так разволновался?

Олег почувствовал в ее голосе неприкрытое нетерпение, чтобы скорее все узнать.

— Да откуда я знаю, сказал, что увидел человека, которого считал погибшим.

От своей лжи Олег даже прикусил костяшки пальцев, чтобы не застонать.

— Это которого ты назвал «будущим партнером»?

— Ага. С дуру так подумал, потому что отец весь прием говорил о каких-то партнерах, потом сорвался и побежал. Вот я и подумал, что это один из них.

— Поня-я-я-ятно, — протянула Ирина.

Скорее всего, она не поверила, но Олегу было все равно — версию он пустил в жизнь.

— Прости. Просто все так сложилось. Я ехать на это сборище вообще не хотел, а тут отец со свои забегом, а потом сердечным приступом. Знаешь, я сам испугался. Хочешь, мы сегодня встретимся?

— Хм, хочу. Приезжай ко мне. Мы с отцом в городскую квартиру вчера приехали. Ты у меня давно не был, — сошла до снисхождения девушка. По ее голосу Олег понял, что она «поплыла».

Они договорились о времени, потом Олег отключил разговор, покрутил головой.

— Идиотизм, — сказал сам себе, потом набрал номер отца. — Отец, привет, я позвонил Ирине, сказал, что ты увидел человека, которого считал умершим, поэтому и рванул к нему так, а потом у тебя прихватило сердце.

— Ладно. Ирка повелась?

— Не знаю, вроде. Сейчас к ней поеду, прокачаю ситуацию.

— Если что, можешь назвать фамилию — Леманов Сергей. Был у меня такой знакомый, похожий на Красильникова. Помер пять лет назад. Все, я подъезжаю к офису, не отвлекай меня.