глава 3

Сэму не спалось. Он в сотый уже раз прокручивал в голове все события прошедшего вечера. Перед глазами стояло лицо прекрасной незнакомки, и Сэм снова и снова вспоминал то чувство тепла и нежности, которое образовалось у него в груди от взгляда этой девушки. Даже вспоминать об этом было очень приятно. Но вместе с тем это очень его беспокоило. Ни он, ни Лео не ожидали такого результата от вполне невинной забавы Элли и, поэтому, не были готовы. Они решили ей просто подыграть, но, увидев, как в зеркале проступила картинка другого мира, Сэм на минуту опешил и заподозрил, что это какая-то шутка его брата. Возможно, Лео решил подшутить над ним и как-то подстроил все это. Но Сэм тут же отогнал эти мысли. Даже если бы Лео действительно мог каким-то образом превратить их зеркало в телевизор, он ни за что не стал бы расстраивать Элли. А то, что такая шутка расстроила бы его дочь, в этом сомнений не было.

Сэм снова и снова вспоминал глаза незнакомки и то радостное чувство, которое пробудил в нем этот взгляд. Что это было? Нежность? Очень похоже. Но что еще? Сэм напряженно думал. Он стал вспоминать свою жизнь за последние годы, и пришел к выводу, что уже давно не испытывал ничего подобного.

Он женился довольно рано для человека его профессии. Его решение жениться повергло всех вокруг в легкий шок. От него никто этого не ожидал, да, надо признаться, и сам он от себя не ожидал такого. Все началось с обычного знакомства на какой-то вечеринке. Его внимание привлекла хрупкая девушка с огромными карими глазами и короткой стрижкой под мальчика, которая невероятно ей шла и делала ее моложе. Сэм никогда не испытывал недостатка в женском внимании, напротив, где бы они с братьями не появлялись вместе или поодиночке, они неизменно притягивали к себе все женские взгляды. С юных лет братья Андервуд были избалованы женским вниманием, но, только попав в Голливуд Сэм понял, что такое внимание может быть действительно чрезмерным. Он успешно делал актерскую карьеру, недостатка в ролях благодаря его внешности он не испытывал, и уже через пару лет самостоятельной жизни в Голливуде, Сэм смог зарабатывать достаточно для безбедной жизни. Вскоре к нему присоединился Лео, братья вместе снимали жилье, вместе посещали вечеринки, и слава братьев Андервуд росла как снежный ком. Поначалу Сэму это нравилось, известность и все бонусы, к ней прилагающиеся, но спустя какое-то время навязчивое женское внимание стало его утомлять, и Сэм все больше времени посвящал съемкам, и все меньше тусовкам.

Софи привлекла его внимание сразу. Ему всегда нравились хрупкие невысокие девушки. К тому же Софи вела себя довольно скромно, и это тоже импонировало Сэму. Навязчивые, наглые девицы, которые вешались на него пачками, привлекали его лишь поначалу. Сэму нравилось завоевывать внимание девушки, а в Голливуде такая возможность у него появлялась не часто. Они с Софи разговорились, и Сэм выяснил, что она тоже была актрисой. Правда ее карьера складывалась не так удачно, как у него, в Голливуде она перебивалась эпизодическими и второстепенными ролями. Она даже перекрасила свои темные волосы, став платиновой блондинкой, как Мерлин Монро, но это не принесло ей успеха и не добавило ролей.

Софи Дабо была француженкой. Она с детства грезила Голливудом, Мерлин Монро была ее кумиром и Софи надеялась, что попав в Голливуд, она также волшебным образом преобразится и приобретет известность, но все вышло иначе. Ее семья довольно богата, Софи – единственная дочь, и недостатка в деньгах у нее никогда не было. Но, попав в Голливуд, она поняла, что таких девчонок, как она, здесь полно, и все хотят одного, пробиться на большой экран. До встречи с Сэмом она уже несколько лет пыталась стать знаменитой, но дальше второстепенных ролей дело так и не продвинулось. Софи была старше Сэма на семь лет, но выглядела так хорошо, что никому бы и в голову не пришло, что между ними такая разница в возрасте. Сэм и сам не заметил, как их отношения вышли за рамки обычной голливудской интрижки. Софи была ему интересна, и он не спешил расставаться и даже пригласил ее попутешествовать с ним по Европе. Они побывали в Италии, Испании и под конец заехали во Францию. Родители Софи жили в небольшом городке на юге Франции. У ее отца были виноградники и небольшая фирма по производству вина. Но Сэм не планировал знакомство с родителями, о чем сразу же сказал Софи. Она и не настаивала, лишь сообщила ему, что на днях у ее бабушки будет юбилей, и они с Сэмом приглашены туда, но, если Сэм против, то она не будет настаивать. Сэм узнал, что ее бабушка графиня и живет в собственном замке в горах на границе с Испанией. С детства, как и любой мальчишка, Сэм грезил рыцарями, сражениями и замками, и когда представилась возможность посетить настоящий средневековый замок, он не смог отказаться.

Графиня Марибель  дАртуа его неприятно поразила. Она была похожа на злую колдунью из сказок. Высокая с прямой спиной и жестким взглядом, она одним своим видом внушала страх и трепет. Все черты ее лица были словно заостренные, а губы тонкие и всегда плотно поджатые, словно она недовольна всем вокруг. Голос был резким, каркающим, и говорить она предпочитала только по-французски, хотя, по словам Софи, отлично знала английский. Хорошо, что Сэм довольно сносно изъяснялся по-французски, все благодаря урокам его матушки, которая, как истинная русская дворянка, владела французским в совершенстве. В общем, от этого визита у Сэма остались неоднозначные впечатления, но именно тогда в замке неожиданно даже для себя самого Сэм всерьез задумался о женитьбе на Софи. Сэм всегда хотел большую семью, как у родителей, чтобы обязательно было много детей, и неожиданно в этом вопросе их взгляды с Софи оказались одинаковы. Она уже была в том возрасте, когда женщина задумывается о детях и семье, в отличие от более молодых девчонок, которые грезили лишь карьерой. Софи была довольно темпераментной девушкой, но в то же время была готова смирять свой характер ради Сэма, и ему это нравилось. Он и сам не заметил, как обычная влюбленность переросла у него в новое качество, и он всерьез задумался о женитьбе. Даже сейчас, по прошествии почти 9 лет семейной жизни, Сэм так и не мог понять, что именно послужило тем толчком, благодаря которому он так внезапно женился.

Это был шок для всех, кто его знал. Мало того, что он решил жениться на Софи после всего лишь трех месяцев знакомства, так еще и жена была гораздо старше его. Многие друзья пытались его отговаривать от поспешного решения, но Сэм был непреклонен. Он сделал предложение Софи вскоре после возвращения из Франции и она приняла его, не раздумывая. Уже через месяц они отправились в Австралию, чтобы познакомиться с его родителями. Александра Петровна лишь спросила, внимательно глядя сыну в глаза: « Ты уверен?» На что он твердо ответил: «Да». После этого вопросов от родителей больше не было. Они приняли решение сына и приняли его жену, хоть и не испытывали особой радости по этому поводу. И лишь рождение Элли по-настоящему примирило его семью с Софи. Элли родилась ровно через 9 месяцев после свадьбы. Рождение девочки в их большой семье стало долгожданным событием и огромной радостью для всех, особенно для Александры Петровны. Она так хотела внучку, но у старшего сына Дэна родилось два мальчика, и тут Сэм так порадовал ее. После свадьбы они с Софи купили дом в Австралии, недалеко от родителей. Сэм хотел, чтобы его дети, так же, как и он сам росли в Австралии, на побережье, а не в шумном и суетливом Голливуде.

Все у них в семье души не чаяли в его маленькой дочери, ее баловали и потакали малейшим капризам, так что он уже начинал беспокоиться, не вырастет ли его дочь избалованной и изнеженной. Но Элли с детства имела свой характер. Умная, необычная малышка лишь еще больше сплотила его семью. Через год после рождения Элли Софи снова забеременела, и на этот раз родила двух мальчишек – близнецов Ника и Макса. Это снова вызвало в их семье бурю эмоций, ведь близнецы рождаются лишь в семьях, где есть к этому генетическая предрасположенность, но ни в его семье, ни в семье Софи никогда не было близнецов. Это было похоже на чудо. Он стал отцом сразу двоих сыновей. Сэм был ужасно счастлив и горд.

Его карьера шла в гору, семья росла и лишь отношения с Софи были далеки от идеала. Она все чаще обижалась на него, за то, что он уделяет семье мало времени, но Сэм должен был зарабатывать деньги, чтобы его дети ни в чем не нуждались. Он работал словно одержимый, благо недостатка в ролях у него не было. Из-за напряженного графика съемок он действительно бывал дома гораздо реже, чем ему бы хотелось, но Софи никогда не была одна. Его родители и жена старшего брата помогали ей во всем. Когда родились близнецы, Элли проводила у бабушки с дедушкой больше времени, чем дома, и всех такая ситуация устраивала. Сэм хотел как можно быстрее заработать основной капитал пока дети еще совсем маленькие, чтобы потом вложить его в какой-нибудь прибыльный проект и безбедно жить на проценты и спокойно заниматься воспитанием детей.

Он уже стал достаточно известным, чтобы самому выбирать себе роли и получать за них приличный гонорар. Он торопился зарабатывать, пока была такая возможность, но Софи была этим недовольна. Все чаще он слышал, что она тоже актриса, и ей тоже нужно работать, строить свою карьеру. Это раздражало Сэма, ведь в первую очередь мать должна думать о семье, о своих детях. Его родители были тому живым доказательством. Отец зарабатывал деньги, а мама всегда занималась домом и детьми. Она имела высшее образование, в совершенстве знала несколько языков, но предпочитала заниматься детьми, а не карьерой. Сэм считал, что только благодаря ее заботе, они с братьями выросли такими дружными и смогли реализовать свой потенциал в жизни.

Он, конечно, хотел проводить с детьми больше времени, но и бросить свою работу сейчас просто не мог. Дети – это огромная ответственность, а его дети ни в чем не должны нуждаться. И благодаря своей работе, он вполне может обеспечить им безбедное будущее. Но Софи отказывалась это понимать, они все чаще ссорились, потом бурно мирились, а потом опять постепенно назревал конфликт.

Последние пару лет Сэм снимался лишь несколько месяцев в году, а все остальное время посвящал семье. Он проводил с детьми очень много времени и уже не мог представить себе другой жизни. Софи все чаще стала оставлять детей на него, а сама пыталась строить карьеру. Ей даже удалось сняться в паре нашумевших фильмов, хоть и не в главной роли. Она успокоилась, и их семейная жизнь потихоньку наладилась. Они стали меньше ссориться, но Сэм частенько ловил себя на мысли, что они постепенно отдаляются друг от друга. Между ними нет больше того огня, как в первые годы после свадьбы, но и тепла, как в отношениях родителей, у них тоже не было. Спокойная и размеренная жизнь. Хорошо это или плохо? Сэм не знал. Он пытался вернуть былую страсть между ними, устраивал сюрпризы для Софи и детей, и если дети визжали от восторга, то Софи лишь благосклонно принимала его внимание. Ему же не хватало этого огня, эмоций, когда в груди разливается тепло и сладко щемит сердце. Он уже смирился и решил, что это издержки семейной жизни, что его счастье теперь в детях, а отношения с женой и должны быть такими спокойными, ровными, как у них теперь.

Но сегодня все в его мире перевернулось с ног на голову. Те эмоции, которые он ощутил под взглядом незнакомой девушки, всколыхнули в его душе что-то давно забытое, и он не мог понять что именно, но очень хотел испытать это снова. «Неужели я влюбился?», - подумал Сэм, и тут же отогнал от себя эту мысль. Не хватало еще влюбиться в девушку брата. Да о чем он вообще? Какая девушка? Похоже, он все-таки сошел с ума, если всерьез полагает, что эта красотка обратит хоть на кого-то из них внимание. Они заинтересуют ее лишь в качестве забавных зверюшек, не более. Если эта девушка существует в действительности, то она настолько выше их во всем, настолько далека, что нечего и надеяться, хоть чем-то заинтересовать ее. С этими мыслями Сэм плавно погрузился в сон, в котором он летел в темном ночном небе и вокруг него вспыхивали яркие искры, словно озаряя его путь.

***

Элли снился сон. Она отчетливо понимала это, бредя по густому лесу по красной тропинке. Тропинка петляла между деревьями, похожими на дубы, огромными и такими широкими, что обхватить такое дерево смогли бы не менее троих человек, если бы взялись за руки. Почему тропинка была красной, Элли не задумывалась. Впереди виднелся просвет между деревьями, и девочка направлялась именно туда.

Выйдя из леса, она внезапно оказалась на берегу очень красивого озера. Оно было похоже на огромную чашу, берега которой были выложены большими золотыми  валунами, которые словно светились изнутри. Они ограждали озеро от окружающего мира, и только с той стороны, где стояла сейчас Элли, была ровная площадка, заросшая густой травой и плавно спускающаяся к водоему. Вода в озере тоже светилась золотом, или это только так казалось из-за необычных камней.

На берегу, почти у самой воды лежал большой плоский камень овальной формы. Он был похож на алтарь. И цвет  его так же был очень необычный для камня. Он был огненно желтый и словно светился изнутри. На этом камне лежала девушка. Она лежала на животе, лицом в сторону озера. Одна рука подпирала голову, а вторая словно рисовала на поверхности воды какие-то знаки. Темные волосы с золотистым отливом красиво рассыпались по плечам и спине.

Девушка словно почувствовала присутствие Элли и резко обернулась. Это была ТА САМАЯ ФЕЯ! Элли даже дыхание задержала от радости.

- Это ты! – выдохнула она. – Я знала, что мы еще встретимся.

- Привет, малышка! Рада снова тебя видеть, – девушка приподнялась и села на камне, скрестив ноги. – Иди сюда, не бойся. Я не обижу тебя.

- Я не боюсь, – сказала Элли и смело подошла и уселась на камень рядом с незнакомкой.

Девушка звонко рассмеялась.

- Какая смелая девочка! Я рада, что ты не боишься меня. Давай знакомиться. Меня зовут Айне. А тебя?

- Мое полное имя Эллисон Роуз Андервуд, но все зовут меня Элли.

- Эллисон, - мягко повторила незнакомка, - звучит как лисенок. Знаешь такого зверька?

- Да, знаю, лисенок – это детеныш лисы. Меня бабушка называет Алисочкой и иногда лисой Алисой, как в сказке о Буратино. Алиса – это мое имя только по-русски, а моя бабушка – русская, вот она меня так и зовет, – все это Элли выдала на одном дыхании, и Айне опять рассмеялась.

- Хорошо, тогда ты не будешь против, если иногда я буду называть тебя лисенком? Ты чем-то действительно напоминаешь мне этого зверька. У тебя такая же любопытная и хитрая мордашка.

- Я не против, мне нравятся лисы. В русских сказках очень часто лисы самые умные и находчивые.

- Значит, так тому и быть. Приятно познакомиться, лисенок. Я рада, что ты услышала мой зов и пришла.

- Ты звала меня? Я ничего не слышала, просто шла по красной тропинке и вот пришла сюда.

- Красная тропинка – это ниточка, которой я связала наши судьбы. Посмотри на свою руку.

Элли опустила взгляд и заметила на своем запястье тонкую красную полоску.

- Что это? У меня ничего подобного не было.

- Это маячок, который я надела тебе, когда прикоснулась через зеркало. Благодаря ему, я могу найти тебя в любом мире и даже услышать твой зов, если понадоблюсь тебе. И я специально сделала ее невидимой, чтобы ты не испугалась и не сняла ее раньше времени. Когда ты уснула, я смогла притянуть твое астральное тело к себе. Мне очень захотелось узнать тебя получше. Надеюсь, мы станем друзьями. Что скажешь, Элли?

- Ты правда хочешь стать моим другом? – Элли не верила своим ушам. – Но, почему? Во мне ведь нет ничего особенного, а ты такая волшебная.

- Ты ошибаешься, Элли. Ты – особенная и не менее волшебная, чем я. Просто я уже взрослая, а ты только учишься, у тебя еще все впереди. Я хочу с тобой серьезно поговорить. Ты готова?

Элли закивала головой.

- Хорошо. Сегодня ты почти открыла зеркальный портал, – Элли хотела возразить, но Айне не дала ей этого сделать, покачав головой. – Не спорь, Элли. Мне виднее. Итак, что мы имеем? Есть земная девочка Элли с необычными способностями, очень сильными, должна признать. Но ты совершенно не умеешь этим пользоваться, и даже не представляешь, как это опасно в вашем мире быть сильным необученным магом. Я знаю, что на Земле осталось очень мало светлых магов и ведьм, и напротив, много стало темных, черных колдунов, которые стремятся заполучить себе такие силы, как у тебя. Я не заметила этого раньше, но сейчас отчетливо вижу метку на твоей ауре. Это метка черного колдуна или черной ведьмы, а это значит, что тебе действительно угрожает опасность, – говоря это, Айне внимательно разглядывала ауру девочки.

Элли испугалась, действительно испугалась. Сказка стремительно превращалась в кошмар. Заметив это, Айне поспешила ее успокоить.

- Не бойся, маленькая. Я не дам тебя в обиду. Думаю, еще несколько лет тебе ничего не угрожает. Твоя метка стоит на тебе практически с рождения. Я отчетливо это вижу. Но раз до сих пор ничего с тобой не произошло, значит тот, кто поставил ее тебе, ждет твоего переходного возраста. Это самый уязвимый возраст для человека, возраст, когда человек выбирает между добром и злом. И в это время очень легко повлиять на неокрепшее сознание и склонить его на свою сторону. Черные колдуны часто пользуются этим временем, чтобы вербовать себе сторонников.

- Я никогда не стану злой колдуньей! – с горячностью возразила Элли. – Они не смогут меня получить, верно? Ты ведь поможешь мне?

- Именно поэтому мы сейчас и разговариваем, - тут же ответила Айне. – Я могла бы скрыть от тебя все эти неприятные новости, но я считаю, что ты уже достаточно взрослая, чтобы самой выбирать свою судьбу. Тебе нужно учиться владеть своей силой, а для этого необходим хороший сильный наставник. Скажи, в твоем роду есть ведьмы?

- Нет! Ведьмы – злые, а в нашей семье все добрые!

- Элли, я не понимаю. Почему ты считаешь, что ведьмы – обязательно злые? Злым может быть любой человек, а слово ведьма произошло от глагола ведать, то есть знать. Следовательно, ведьма – та, которая владеет знанием. А уж как она использует это знание – это другой вопрос. Поэтому, я спрошу тебя снова, есть ли в твоей семье кто-нибудь, кто владеет силой? Кто верит в магию и волшебство?

- Моя бабушка Сандра, - прошептала Элли, осененная внезапной догадкой. – Она действительно верит в чудеса, и никогда не смеется надо мной за мою веру в волшебство. Но я не думаю, что она сама волшебница, прости, но слово ведьма для меня все-таки неприятно. Это моя бабушка научила меня гадать.

- Что делать?

- Ну, гадать. Сегодня перед зеркалом мы гадали. Я хотела увидеть в отражении суженую для моего дяди Лео. Бабушка рассказала мне, как это делается, и я решила попробовать.

- А почему она сама не стала гадать? – озадаченно спросила Айне. Определенно эти люди казались ей странными, а их поступки непоследовательными и непонятными, но тем интереснее будет разобраться в этом.

- Взрослые люди стесняются гадать. Знала бы ты, как долго мне пришлось уговаривать папу и Лео, чтобы они согласились помочь мне. Взрослые вообще не верят в волшебство, ну, не считая моей бабушки.

- А она, значит, верит, но сама гадать не стала, – Айне пыталась отыскать смысл во всей этой истории, но пока ничего не выходило.

- На самом деле, я не сказала ей, что буду сегодня гадать. Если честно, я и сама не до конца верила, что у меня что-то получится. Надеялась, и в то же время боялась, что ничего не выйдет. Ты даже не понимаешь, какое это чудо, что все получилось! Папа и Лео были просто в шоке! Зато теперь они тоже поверили. Интересно, что они скажут завтра утром. Мне не терпится им рассказать о нашей встрече, – тут Элли задумалась. – Скажи, Айне, я ведь буду завтра помнить этот сон? Просто я очень редко помню свои сны, но в этот раз все как-то иначе.

- Конечно, ты будешь помнить, - Айне тепло улыбнулась. – И это вовсе не сон. То есть, конечно, твое тело сейчас спит, но наш разговор абсолютно реален. Это не плод твоего воображения. Сон нужен лишь физическому телу человека, астральное же тело в это время путешествует.

- Значит, каждый раз, когда я сплю, моя душа улетает в другие миры? И там путешествует?

- Необязательно в другие миры, ты можешь путешествовать и по Земле. Для души нет препятствий и расстояний.

- Почему же я ничего об этом не помню?

- Просто твой мозг пытается переосмыслить этот опыт и адаптировать его для обычной земной жизни. Но, не переживай, на этот раз все будет иначе. Ты будешь помнить весь наш разговор, и вообще все, что сейчас происходит. Элли, я хотела у тебя спросить вот что, – Айне на мгновение замолчала. – Я бы хотела стать твоей наставницей, если ты не против. Я стану обучать тебя магии и всему, что будет тебе интересно. А так же, если ты признаешь меня своей наставницей, я смогу защитить тебя при необходимости. Я очень сильная волшебница, но без твоего согласия, я не смогу участвовать в твоей жизни. Что скажешь, Элли? Не торопись с ответом, подумай хорошенько.

- Конечно, я согласна, - Элли не задумалась ни на минуту. – Я и мечтать об этом не могла. Я очень хочу стать твоей ученицей и буду примерно учиться всему, чему ты захочешь меня обучить. Когда мы начнем заниматься?

- Не спеши, лисенок, - улыбнулась Айне. – Давай сначала посоветуемся с кем-нибудь из твоих родных. Как насчет того, чтобы в следующий раз привести с собой в этот сон своего папу? Нужно, чтобы хоть кто-нибудь из твоих родных был в курсе этой ситуации. Как думаешь, твой папа будет против наших занятий магией?

- Я не знаю, - неуверенно произнесла Элли. – Но мне кажется, он будет рад познакомиться с тобой, так же, как и Лео. Ты им очень понравилась.

Айне рассмеялась и Элли невольно улыбнулась в ответ.

- Что ж, тогда давай сделаем так. Я дам тебе две ниточки, такие же, как у тебя. Когда проснешься, они будут зажаты в твоей руке, и ты будешь их видеть, но недолго. Ты должна сразу же пойти к твоему папе и Лео и повязать эти ниточки на их запястье, как у тебя, и тогда завтра ночью я смогу позвать сюда и их тоже. И мы сможем поговорить все вместе. Ты уверена, что им можно доверять?

- Конечно, я абсолютно в этом уверена, - горячо подтвердила Элли. – Они очень хорошие и веселые, они тебе понравятся, они всем женщинам нравятся. И они точно обрадуются встрече с тобой.

- Я что-то в этом сомневаюсь, - задумчиво произнесла Айне. – Но в любом случае, нам нужно с ними поговорить. Понимаешь, Элли, в большинстве своем люди очень боятся магии, а особенно тех людей, кто обладает этой силой. А когда люди чего-то боятся, они начинают это ненавидеть. Не потому что они плохие или злые, а потому что они слабые, и прежде всего слабые духовно. Поэтому те из людей, кто обладает магией, испокон веков старались скрывать свои способности, чтобы не провоцировать к себе ненависть окружающих. Надеюсь, твои родные адекватно воспримут твой дар, ведь избавиться от него уже не удастся, заглушить тоже не получится, необходимо его развивать и учиться правильно  использовать.

- Я сделаю так, как ты сказала, - уверенно произнесла Элли. – И я буду очень прилежной ученицей. Ты не пожалеешь, что станешь моей наставницей. Я точно знаю, папа не будет против, тем более, когда ты все ему объяснишь. Я повяжу им с утра эти ниточки, но я не уверена, что они поверят мне, когда я расскажу им этот сон. Просто я частенько люблю фантазировать, и они могут подумать, что я в очередной раз что-то придумала. Ты ведь не обидишься, если они не поверят  сразу? – Элли выжидательно посмотрела на свою собеседницу.

- Конечно, не обижусь, - с улыбкой ответила Айне. – Я все понимаю. Я давно не была на Земле, ваш мир очень изменился за это время. Я постараюсь за этот день восполнить пробелы в моих знаниях о Земле. По крайней мере, основную их часть.

- А как ты это сделаешь? – с любопытством поинтересовалась Элли.

- У нас есть специальные кристаллы, на которые записывается основная информация обо всем, что происходит на Земле. У эльфов есть особое подразделение, занимающееся проблемами людей. Мы не можем напрямую вмешиваться в вашу жизнь, но можем косвенно влиять на события, подталкивая людей к нужному решению. К сожалению, не только мы можем так влиять на людей, но и драконы тоже.

- А драконы злые? – тут же спросила Элли.

- Знаешь, лисенок, - грустно улыбнулась Айне, - еще совсем недавно я считала всех драконов мерзкими, злобными ящерицами, которые по какой-то прихоти богов умеют превращаться в людей. Я их всех ненавидела, хоть феям и не свойственны подобные эмоции.

- И что случилось? Ты изменила свое мнение? – Элли слушала, открыв рот. Она словно попала в сказку, местами страшную, но все равно интересную.

- Я была не права. Злость и обида не лучшие советчики. Драконы причинили много горя моей семье и не только ей. Но, я поняла, что нельзя судить обо всех по поступкам немногих. Один из них спас мне жизнь ценой своей собственной. Он был удивительный, смелый, сильный и очень добрый и чуткий. Я бы никогда не поверила, что драконы могут быть такими, если бы не знала его лично.

- Расскажи, пожалуйста, Айне, - Элли даже сложила ручки в молитвенном жесте, так ей хотелось услышать эту историю.

- Это грустная история, малышка, – Айне задумчиво смотрела на девочку. – Но я обязательно расскажу тебе ее позже. Она довольно поучительна. Вообще, я думаю, твое обучение первое время должно состоять именно из таких историй. Я буду рассказывать тебе о моем мире и магии, а ты мне о своем. Так мы сможем лучше узнать и понять друг друга. Прежде, чем посетить Землю, мне нужно лучше понять людей.

- Ты собираешься в наш мир? Значит, мы встретимся не во сне, а на самом деле? – Элли даже подпрыгнула от радости.

- Не так быстро, лисенок, -  со смехом ответила Айне. Забавная малышка вызывала у нее улыбку, и это было так непривычно. В последнее время Айне почти разучилась искренне смеяться, и общение с этой человеческой девочкой доставляло ей истинное наслаждение. – Эльфы не могут посещать Землю в своем истинном теле, энергии вашего мира стали слишком грубы и причиняют нам сильную физическую боль. Поэтому уже многие столетия для посещения Земли эльфы используют аватаров. Понимаешь, аватар – это тело, выращенное искусственно…

- Я знаю, я смотрела фильм! – тут же воскликнула Элли. – Там дяденька мог перемещаться из своего тела в другое, чтобы жить на другой планете. И мультфильм про аватара тоже смотрела. Правда там немного по - другому, но я поняла, о чем ты говоришь.

- Фильм? Это что? – Айне выглядела несколько растерянно. – Я не думала, что люди вообще знают об аватарах.

- Фильм – это история, которую снимают на пленку, а потом показывают другим людям. Это может быть история о земной жизни, а может быть сказочная, выдуманная, как например про Аватара. В фильме снимаются актеры, как мой папа и Лео,  – Элли ужасно нравилось, что она тоже может чему-то научить свою новую подругу, и она старалась объяснить все как можно лучше. – А мультфильм – это рисованный фильм, там нет актеров, просто рисуются картинки, а потом из них получается история. Там вообще можно нарисовать что угодно. Мой любимый мультфильм про фей. Там обычная земная девочка вдруг узнала, что она фея и может учиться в другом мире в школе фей. У нее появились новые подруги, и они вместе сражались со злодеями и побеждали. Там очень много серий и все очень интересные.

- Так, подожди минутку, - перебила ее Айне. – Я правильно поняла, что в вашем мире известно о феях и аватарах не только по устным рассказам, но вы еще можете это и увидеть каким-то образом?

Элли активно кивала головой.

- То есть кто-то придумывает истории, а потом их оживляет с помощью актеров или рисунков?

Элли снова кивнула.

- Это невероятно. Я и не думала, что жизнь людей так изменилась за прошедшие века. Пожалуй, это путешествие будет гораздо интереснее, чем казалось мне сначала. Лекс был прав, - задумчиво произнесла Айне.

- А кто такой Лекс? – тут же спросила Элли.

- Лексанромирель – мой брат-близнец. Ты его уже видела.

- Это с ним вы сражались на мечах, – тут же сориентировалась Элли. – Было очень здорово и красиво. А ты научишь меня так же сражаться? Я бы хотела стать такой же сильной и красивой, как ты, - мечтательно произнесла она.

Айне не могла сдержать улыбку. Эта девочка не переставала ее удивлять.

- Мне показалось, что ты испугалась во время нашей тренировки.

- Сначала действительно испугалась, - признала Элли. – Но я ведь не знала, что это тренировка, я думала, вы сражаетесь по-настоящему и сейчас убьете друг друга, а вы оба были такие красивые, даже в наших фильмах люди не могут двигаться так, несмотря на все спецэффекты. Мой папа тоже в фильмах часто сражается на мечах, но это выглядит совсем иначе.

Айне отметила очередное непонятное слово, но переспрашивать не стала, решила, что сама потом выяснит, что это. Вообще, малышка не переставала ее удивлять, их разговор становился все интереснее. Айне и подумать не могла, что такой маленький ребенок может рассказать ей что-то новое, чему-то ее научить. Она все больше проникалась симпатией к этой девочке, и это немного пугало. Айне не хотела слишком сближаться ни с кем из людей, они такие хрупкие и век их недолог, если эту девочку пустить в свое сердце, ей снова будет больно от очередной потери.

Но с другой стороны, если держать свое сердце закрытым, то чем тогда она будет лучше драконов. И Айне решила не думать об этом, пусть все идет так, как идет. «Иногда стоит довериться судьбе и высшим силам», - так ей однажды сказал ее наставник Габриэль. Тогда ей было очень плохо и ее мир, казалось, был разрушен, тогда она лишь разозлилась на его слова, а вот теперь, по прошествии стольких веков, вдруг поняла, что в этих словах, возможно, есть смысл. И хоть судьба не слишком баловала ее, но в последнее время надежда снова пустила корни в ее сердце, именно поэтому Айне решила вновь посетить Землю. И теперь вот встреча с этой девочкой. Возможно, это действительно игры судьбы. Айне даже головой встряхнула, отгоняя странные мысли, и снова переключая внимание на Элли.

- Я обязательно научу тебя всему, что ты захочешь, - с улыбкой сказала она. – Но для начала я все же хочу поговорить с твоим папой. Ты ведь не забыла, что должна сделать, как проснешься?

- Я все помню, и сделаю так, как ты сказала,- тут же отозвалась Элли.

- Хорошо, тогда давай сейчас прощаться. Скоро тебе нужно будет вставать. Увидимся завтра ночью, и если все получится, то и с твоим папой и дядей тоже.

- Мне не хочется расставаться с тобой, - грустно сказала Элли. – А вдруг что-то пойдет не так, и мы больше не увидимся, а я еще столько всего не спросила у тебя.

- Мы обязательно увидимся, лисенок, верь мне.

Айне наклонилась и коснулась губами лба Элли. И девочка в тот же миг провалилась в темноту сна.