Глава 20

«Значит, Дэя в ритуале получила возможность жить в твоём теле, а ты стала бессмертна», — медленно проговорила я, переварив фантастическую новость.

Да, мы с Томом и Наром получили весьма незаурядные способности, но они были реальны! О них слышали, они существовали, а моя и вовсе встречается до сих пор. Но бессмертие? Смена тела? Описание ритуала, которое мы читали, явно было неполным!

Хорошо бы узнать, только ли в теле Орсаны может жить Дэя, или она, подобно эфирным созданиям из Тени, способна перемещаться и вселяться в кого угодно? Жаль, выяснить это можно только опытным путём, а уступать мёртвой подруге своё тело я не планировала.

К Томасу и Линарду её вообще на выстрел подпускать нельзя. Раз Дэя смогла использовать дар Орсаны, страшно представить, что будет, если она освоится с магией Тени или способностями высшего вампира.

«Да, а… — Орса неожиданно оборвала фразу. — Ты сразу связала моё бессмертие с ритуалом, — с подозрением проговорила она. — Хотя мне пришлось поломать голову, чтобы догадаться, в чём дело и откуда у меня такой дар. Значит, ты тоже что-то получила в ту ночь?»

Годы заточения не заставили Орсу поглупеть: подруга всегда умела по случайным оговоркам увидеть полную картину и поставить правильный диагноз, даже если пациент пытался что-то от неё скрыть. Не думала, что в роли «пациента» однажды окажусь я… И что у Орсаны, заметно взволнованной внезапной встречей, хватит сил, чтобы не только рассказывать свою историю, но и анализировать всё, что говорю я.

Отвечать на вопрос подруги не хотелось, но и разрушать отказом установившееся между нами хрупкое доверие — тоже. Очень кстати вспомнилось подсмотренное в дневниках рода Ферроу лёгкое и неощутимое, но весьма полезное ментальное внушение.

«Как я с тобой разговариваю, подумай? — намекнула я, выплетая магический узор.

Орсане много времени на размышления не понадобилось. В нашей компании вообще тугодумов не было.

«Ментальная магия? — в изумлении выдохнула она. — Серьёзно? У ведьмы?!»

Я фыркнула.

«То есть тебя удивляет не дар, а то, что он достался мне?»

«Магия у ведьмы! — воскликнула подруга. — Это невозможно!»

«Да неужели? — скептически откликнулась я. — Совсем как бессмертие, правда?»

Орса замолкла, осознавая услышанное, и рассмеялась — на удивление легко, без горечи, почти так, как смеялась много лет назад.

«Ты права! — заявила она. — А Нар? Том? Что у них за…»

«Потом, Орса, — перебила я и отпустила заклинание на волю. Теперь Орсана, хоть и будет помнить о моей магии, рассказать о ней никому не захочет. — Ты узнала, что бессмертна, и лишилась возможности сопротивляться Дэе. Что было дальше?

Следующие годы Дэя жила, изредка прекращая «глушить» Орсану и давая той возможность высказаться. Опасаясь разоблачения, Дэя ни с кем не сошлась близко, и потому порой страдала от одиночества. Единственной, с кем она могла быть откровенной, оказалась запертая с ней в одном теле подруга. Точнее, уже врагиня. А если быть совсем точной, спустя несколько лет такого существования Орса уже не могла утверждать, кем же всё-таки они друг другу приходятся.

Сама Дэя, поняв, что чудом избежала гибели, начала вести себя осторожнее. Шрамы на руках стали отличным напоминанием не зарываться. Закончились бесконечные свидания и ночные загулы, исчезли алкоголь и сомнительные эликсиры. Вместо развлечений Дэя приобрела абонемент в астаранскую библиотеку и всерьёз взялась навёрстывать упущенные знания.

Орсана же понемногу смирилась со своей участью, а со временем, отметив старание Дэи, вновь принялась ей подсказывать. Изредка. Только чтобы не оставаться в одиночестве и удерживать на плаву собственную изрядно пошатнувшуюся в профессиональных кругах репутацию.

Хрупкое равновесие держалось бы и дальше, но в один день Дэя, мельком следившая за событиями в Родене, выяснила то, что ей очень сильно не понравилось.

«Я ещё не знала, что наше срочное возвращение связано с вами, — вздохнула Орса. — Дэя мне ничего не говорила, а я не следила за её жизнью круглые сутки. Надоедает, знаешь ли, — фыркнула она. — Дэя взяла отпуск в лечебнице, собрала вещи и купила место на ближайшем рейсе до Родена. О том, что она задумала, я выяснила только здесь».

На каком корабле Дэя-Орсана прибыла в Роден и в какой гостевой дом заселилась, мне было не слишком интересно. Поэтому в эти воспоминания я всматривалась не очень внимательно, пока Орса не показала ночь последнего тумана.

«Ты поэтому написала мне такое письмо? Не могла сказать прямо, потому что я бы не поверила, но надеялась, я испугаюсь угроз и попытаюсь выяснить, что «ты» задумала?»

«Да даже если не испугаешься — хотя бы поймёшь, что я здесь, и будешь осторожнее! — воскликнула Орса. — Я же не знала, что никакой ссоры не было!»

Вот почему полученное мной послание было таким странным. «Пришло время поплатиться», — фраза, которая не давала мне покоя, ведь мы-то ничего Орсане не сделали!

«Могла бы и понятнее выражаться», — вздохнула я.

«Да куда уж понятнее? Тебе угрожают, а ты в ответ пытаешься назначить встречу! — возмутилась подруга. — Совсем инстинкт самосохранения отказал? Ты бы видела, как радовалась Дэя — ты сама готова прийти к ней в руки! Она едва в голос не смеялась, когда заманивала тебя!»

«Куда заманивала?» — не поняла я и вновь потянулась к чужим воспоминаниям. Ответы Орсаны не вносили ясности, а только порождали новые вопросы.

Первым делом по прибытии в Роден Дэя наведалась к Дознанию, но внутрь попасть не смогла — всполошила внешний контур защиты и едва успела скрыться. Я злорадно усмехнулась. После расследования «дела рыжих», когда выяснилось, насколько близко был охотившийся на меня психопат, Томас полностью обновил систему безопасности в корпусе. Старый потайной лаз, рассчитанный на оперативников, по какой-то причине скрывающих ауру и не желающих заходить через главный вход, оказался Дэе недоступен.

Потерпев неудачу в Дознании, Дэя не остановилась и направилась на разведку в Управление, где за несколько дней, меняя образы и болтая с сотрудниками, умудрилась выяснить о нас с Ровеной всё: от нашего кабинета и текущего расследования до предпочтений в еде и отношений с коллегами.

А ведь, помнится, именно на этом Дэя специализировалась в Дознании: замаскироваться, проникнуть, втереться в доверие, добыть нужные сведения и также незаметно, не вызывая подозрений, исчезнуть. Не слишком яркая в повседневной жизни, на работе она мастерски перевоплощалась в кого угодно и могла сыграть практически любую роль.

За несколько дней разведки в Управлении Дэя умудрилась изобразить курьера-доставщика, немолодую битую жизнью женщину из бедного района, потерявшую багаж леди-путешественницу и только нанятую сотрудницу из: «Жаль, я в другой отдел устроилась. Надеюсь, нам доведётся поработать вместе!»

В очередной визит Дэя разузнала, что одно из наших расследований строится на единственной косвенной улике, и выкрала тетрадь Троя, за хранение которой отвечала я. Правда, на следующий день мерзавку ждало разочарование — пропажу сразу не заметили, а она, привыкшая к идеальной дисциплине в Дознании, рассчитывала на немедленный результат.

Второй попыткой бросить тень на мою репутацию оказалась статья про изобретённые мной зелья. Пойманный Томасом репортёр не соврал — Дэя действительно сделала всё, чтобы выйти на неё было невозможно.

Третьим пунктом плана должно было стать убийство Ровены. Сначала мерзавка выкрала у меня связник. К тому моменту она уже знала, что я теперь ношу его в кармане и регулярно где-нибудь теряю. Увидев в воспоминаниях саму себя, я опешила — столкновение с полноватым парнем-курьером, тащившим в наш подвал очередной букет роз для некромантки, совершенно вылетело у меня из головы! Лицо «курьера» было на одну половину покрыто прыщами, а на вторую — юношеским пушком, за нелепостью которого женственные мягкие черты совершенно терялись, а другие приметы и вовсе оставались незамеченными. Не удивительно, что Дэю-Орсану в этом образе не признала даже я!

Подождав несколько минут, пока я уйду подальше, «курьер» вручил Ровене букет и записку, якобы полученную только что лично из моих рук. К чести Ро, она всё-таки попыталась вызвать меня по связнику, но, не добившись результата, поверила, что я вновь где-то потеряла артефакт и вынуждена звать её таким оригинальным способом. Дэя предусмотрела даже чутьё вампирши на ложь: курьер в её исполнении мычал и бестолково объяснялся жестами в ответ на попытку Роны выяснить, где тот меня встретил. Подвоха некромантка не заподозрила.

Пока Рона двигалась к зелёной арке, «курьер» отправился к посту дежурного и передал тому другое послание, на этот раз голосом и для меня. Мне надлежало прийти в назначенное место встречи якобы по приглашению Ровены, не дождавшейся от меня ответа по связнику. По задумке Дэи я должна была идти к зелёной арке неспеша и не привлекая к себе внимания, однако безалаберность нашего дежурного спутала весь план. Знала бы Дэя, что Ирдис быстро разносит только сплетни!

Пусть я всё равно оказалась там, куда меня вела Дэя, и почти попала в её ловушку, благодаря поленившемуся меня искать Ирдису (наверняка он решил не напрягаться и подождать, пока я сама пройду мимо) на место встречи я бежала, привлекая внимание кучи свидетелей.

В тот момент Дэя ещё об этом не знала. Она спокойно перевоплотилась обратно в себя — эти платье и причёска уже были мне знакомы по воспоминаниям Ровены — и догнала вампиршу, открыв портал прямо в переулок. Со стороны оживлённой улицы никто не увидел её появления. Для тех же, кто будет изучать место преступления позже, Дэя припасла скрывающий ауру артефакт, купленный, кстати, у Троя. Погибший недавно маг, как выяснилось, был ей знаком ещё со времён работы на Дознание.

Дальше в переулке должна была появиться я, и почти одновременно — прозвучать выстрел. Дэя собиралась уйти порталом прежде, чем я успела бы опознать её или достать из сумочки хоть что-то, способное ей навредить. А мне затем предстояло долго и упорно доказывать, что стреляла не я.

Когда Ровена прошагала почти до середины переулка, а я так и не появилась, Дэя занервничала. Долгое ожидание в её план не входило — в любой момент мог появиться случайный свидетель.

«Она боялась вампиршу, — подсказала мне Орсана, когда я задалась вопросом: почему Дэя, окликнув Ро, сразу выстрелила. Ей ведь нужно было обязательно дождаться меня. — Опасалась, если попытается разговорить её, чтобы потянуть время до твоего прихода, вампирша при угрозе успеет убить её первой».

Да, в этом был резон. Скорость вампира, даже в узкой юбке и на неудобных каблуках, всё равно остаётся выше человеческой. А Дэя (то есть Орсана, конечно) была чистокровным человеком.

«Но и в спину стрелять она не могла, — продолжила Орса. — Нужно было создать впечатление, что вы встретились поговорить, поссорились, и ты застрелила свою подругу. Второй раз выманить вас обеих вряд ли бы получилось. Дурами она вас не считала и понимала, что вы обязательно выясните, с какой стати обе оказались в том проулке. Так что Дэе пришлось действовать на удачу».

Воспоминание, как падает подстреленная Ровена, заставило меня до боли стиснуть руки в кулаки наяву. Надеюсь, Том и Нар, даже если заметят, не решат, что это повод вмешаться. Но настоящим сюрпризом стало открытие, что в тот момент телом управляла не только Дэя. Орса, показавшись всего на миг, заставила руку дрогнуть в нужный момент. Я видела чётко — Дэя целилась в сердце и не планировала оставлять Ро в живых.

«Спасибо, — проговорила я. — Ты не представляешь, как много Ровена значит для всех нас».

«Я бы не смогла просто смотреть, — подруга печально вздохнула. — Скажи, а Нар правда… правда так сильно любит свою жену?»

«Правда».

Орса ненадолго замолчала.

«Значит, я точно всё сделала правильно, — наконец решительно выдохнула она. — Золотой красавчик не заслужил такой боли».

Я украдкой улыбнулась. «Золотым красавчиком» Линарда никто не называл курса со второго — с тех пор, как тот продвинулся в изучении боевой магии. Только Орсе всегда было плевать, что это прозвище друга раздражает.

И только Орсане Нар прощал подобное обращение. Говорил — из уст снежной феечки звучит не обидно. После этого раздражалась уже Орсана.

«Чего Дэя хотела этим добиться? — не удержалась я от вопроса. — Со мной всё понятно: слухи про мою работу в Дознании, про зелья, затем пропажа улики, смерть подруги — она наверняка планировала по этому поводу заказать ещё одну статью в духе «криминалист Управления безжалостно убила коллегу», я ведь права?»

«Даже черновик уже составлять начала», — хмыкнула Орса.

«Значит, хотела ударить по репутации, лишить меня поддержки и, как финальный аккорд — дождаться обвинительного приговора суда и избавиться от меня окончательно».

С Дознанием, правда, Дэя немного просчиталась. До Смуты, а особенно сразу после неё, подобная строка в биографии здорово повлияла бы на отношение коллег ко мне, но с тех пор многое поменялось. Пусть известие о том, где я раньше работала, изрядно поразило всех, кто меня знал, поводом отвернуться от меня это не стало.

«Но неужели Дэя рассчитывала выстоять, когда Том и Нар, объединившись, начнут её искать?»

«Разве они бы начали? — фальшиво удивилась Орса. Не успела я возмутиться, как она продолжила: — Представь, все считают, что это ты застрелила вампиршу. Дэя ведь не планировала никому показываться на глаза. Кто стрелял на самом деле, ты не знаешь, а значит и не можешь направить друзей на поиски настоящего стрелка. Все улики указывают на тебя, свидетель — дежурный — подтверждает, что ты шла на назначенную убитой вампиршей встречу. Магический поиск показывает, что в переулке не было никого, кроме тебя и неё — Дэя ведь спрятала свою ауру. Кто бы стал разбираться, выискивая её среди сотен других отпечатков? Да, друзья наверняка попытались бы тебе поверить, но сомнения… Как думаешь, Нар, скорбящий по любимой жене, смог бы их отринуть? Когда, чтобы не свихнуться, просто необходимо кого-то обвинить в своём горе, а единственная доступная мишень — ты?»

По мере рассказа у меня внутри всё холодело. А ведь сумасшедший план по избавлению от меня мог бы и сработать… Наше счастье, что Дэя понятия не имела о моём даре, иначе не рискнула бы показаться на глаза Ровене. Или, ещё хуже, добила бы её. Лишь благодаря ментальной магии я не только сразу узнала, кто стрелял в Рону, но и сейчас могла выяснить подробности готовившейся ловушки из первых рук. Орсана оказалась незаменимым свидетелем.

«Нар бы начал сомневаться не только в тебе. Его отношения с Томом — он ведь защищал бы тебя до последнего, да? — тоже стали бы натянутыми, — продолжила Орсана. — А то и вовсе их дружбе пришёл бы конец. После этого, когда Томас остался бы совсем один, на сцене появилась бы она, готовая быть рядом и благородно спасти Тома от всеобщего предательства. — В голосе целительницы явственно послышалось презрение. — Он терпеть не может одиночество, ты ведь в курсе? Ни за что не покажет своих чувств, но в душе будет мучиться. Если бы Томас разом лишился всех, кто ему дорог, от отчаяния мог бы согласиться даже на меня, то есть на Дэю, и подпустил бы её достаточно близко для удара!»

Наверное, пятнадцать лет назад так и случилось бы… Но сейчас я не сомневалась — Том скорее новый переворот ради моего побега организует, чем позволит отправить меня на каторгу или казнь! Пока я жива, Томас один не останется!

«Я поняла, что обязана что-то сделать, — вздохнула Орса, не дождавшись от меня реакции. — Остановить Дэю любой ценой! Мои силы так и не восстановились до прежнего уровня, но у меня уже получалось на секунду завладеть рукой или ногой. Я старалась делать это незаметно, чтобы Дэя не догадалась о моих возможностях, и ждала подходящего момента».

Картинки сменялись одна за другой: полдень, проносящиеся по одной из центральных улиц автомобили, вышедшие на обеденный перерыв люди, гул разговоров, шелест ветра, запутавшегося в струящихся юбках женщин… Последним, что увидела Орса, была раскрывшаяся от резкого взмаха руки сумочка, из которой веером рассыпалось её содержимое. И украденная тетрадь Лиама Троя тоже была там!

«Я толкнула Дэю под машину и сразу убралась обратно, полностью отдав ей контроль над телом. На этот раз у меня получилось! В этот раз умерла Дэя, а не я! — торжествующе объявила Орсана. — После смерти Дэя стала слабее настолько, что теперь я могу перехватывать контроль на часы, а не секунды!»

«Ты могла умереть. У твоего бессмертия может быть лимит», — проговорила я отстранённо. Вряд ли Орсана сама об этом не задумывалась.

Новость о том, что появился шанс отыскать пропавшую улику, изрядно приподняла мне настроение. Помнится, в Управлении говорили о сбитой девушке, сбежавшей с места аварии. На это происшествие выезжал дорожный патруль, значит, они должны были подобрать сумочку и её рассыпавшееся содержимое, раз сама Орсана про неё забыла. Если, конечно, этого не сделал кто-нибудь до их приезда…

«Ну и что? — с деланным равнодушием поинтересовалась Орса. — Посмотри, как я живу! Думаешь, меня можно напугать смертью?»

Действительно, о чём это я?

Подвинув Дэю на пьедестале, Орсана первым делом бросилась собирать вещи. Если она сядет на плывущий в Линтару корабль, Дэя окажется нейтрализована хотя бы на ближайшее время. Неделя пути туда, ещё неделя — если Дэя сумеет сразу найти подходящий корабль — обратно… Если повезёт, за это время можно придумать, как ещё воздействовать на мерзавку или найти способ предупредить о её планах старых друзей.

Вот только Дэя сдаваться не собиралась. Попытки удержать контроль над телом превратились в постоянную, не прекращающуюся борьбу, которую Орса и Дэя вели с переменным успехом.

«Не знаю, как Нар сумел нас поймать, — хмыкнула подруга. — Когда я совсем выдохлась, Дэя на последние деньги подзарядила у артефактора камень телепорта, но больше ничего предпринять не успела — столкнулась с взбешённым Линардом и знатно перетрусила, раз сиганула в портал. Хотя, я бы на её месте тоже так сделала. Выглядел наш золотой красавчик совсем не мило, я даже не представляла, что он может быть таким».

Нар ещё сам не понял, что он сотворил с Дэиным порталом, но, чувствую, в ближайшее время обязательно это выяснит. Эксперименты с Тенью наш «красавчик» любил лишь немногим меньше, чем горячо обожаемую жену.

«Последний вопрос, Орса, — попросила я, чувствуя, что усталость даёт о себе знать. Я пользовалась ментальным даром уже слишком долго. — Ты сказала, Дэя планировала убрать нас с пути и уничтожить по одному. Но почему?»

«Разве не ясно? — искренне изумилась подруга. — Потому что вы живы, а она нет! Она очень злилась на вас за тот ритуал. Пока вы все были порознь, она могла тешить себя иллюзией, что вы помните о ней, скорбите и осознаёте свою вину. Но затем женился Нар, а сразу за ним вы с Томасом объявили о помолвке. Вы посмели жить дальше и быть счастливыми без неё, и простить это она была не готова!»

Мы с друзьями и раньше надолго не расставались — мой временный переезд в Соллен не в счёт — но Дэя не могла об этом знать. После ритуала мы старались не привлекать внимания и держали нашу дружбу в тайне. В те годы это было оправдано — мы ещё только учились управлять своими способностями и не были готовы противостоять тем, кто захочет использовать нас в своих целях. К тому же у главы Дознания всегда было слишком много врагов, так что любой, кто оказывался рядом, привлекал к себе пристальное внимание.

Лишь в посвящённой свадьбе Лероев статье в каком-то дамском журнале (фантазия и вкус Ровены в сочетании с возможностями Нара сделали их торжество настоящим культурным и модным событием) мы впервые за много лет оказались на одном снимке. Какой, должно быть, это был удар для Дэи…

«Я думаю, Дэя не хотела сразу избавляться от Томаса, — внезапно тихо добавила Орса. — Она ещё с университета была в него влюблена, но он её отверг. Не знаю, как, но уверена: Дэя в своём плане оставила для него возможность выжить…»