Глава 17

Когда вечером Зиэлда принесла мне скромный ужин (кашу из мелкой розоватой крупы и густой жёлтый сок, по вкусу отдалённо напоминающий молоко), я не удержалась и задала ей интересующий вопрос:

— От Мириэлы так и не было вестей?

Целительница вздрогнула, резко выпрямилась и неохотно ответила:

— Нет. Почему ты спрашиваешь?

— Извините. В последнее время почему-то часто о ней вспоминаю. Её пытались искать?

— Да, но не слишком усердно.

— Почему?

Зиэлда передёрнула плечами и нахмурилась. Видно было, что этот разговор ей не нравится.

— Зачем искать девушку, если она ушла по собственной воле и, скорее всего, чтобы скрыть свой позор.

— Какой позор? В школе говорят, что видели у неё помолвочное родовое кольцо как у высокородных.

Целительница с горькой усмешкой покачала головой и тихо возразила:

— Если бы речь шла о помолвке или свадьбе, зачем убегать? Видимо, у неё была серьёзная причина скрыться. Не понимаю только, почему она ко мне не обратилась?!

Тяжело вздохнув, расстроенная женщина смахнула набежавшие на глаза слёзы и поспешно вышла, оставив меня в задумчивости. Позор, серьёзная причина скрыться — это она на беременность что ли намекала? То есть тут ещё и за внебрачного ребёнка загнобить могут? Дикость какая! Но девушка, которую я видела, не была похожа на беременную. Хотя я ведь толком не понимаю, что именно видела. Поскорее бы это прояснить!

Блордрак появился около полуночи, когда у меня уже начали слипаться глаза. Вошёл без стука, уселся на соседнюю кровать и сухо поинтересовался, почему я ещё не переоделась. Вообще-то так и было задумано. Я натянула покрывало до плеч и объяснила, как мне казалось, очевидную вещь:

— Потому что не хочу снова бродить неизвестно где в одной ночной рубашке.

— Нигде бродить не придётся, — терпеливо заверил целитель, принял горизонтальное положение, одним движением руки погасил светящийся шар под потолком, оставив слабую голубоватую подсветку, и велел: — Всё, засыпай!

Вот прямо по команде? Естественно, спать расхотелось. Да и, честно говоря, боялась я этого момента. Вот и оттягивала, как могла.

— А ты здесь до утра собираешься находиться? — уточнила осторожно.

— Ты же сама просила, — недовольно напомнил целитель, — не могу же я и под дверью, и под окном дежурить одновременно. Что опять не так?

— Хм, и ты не уснёшь?

— Не усну, а вот тебе уже пора. Только сначала постарайся вспомнить, о чём думала перед тем, как начала ходить во сне и постарайся всё это воспроизвести.

Легко сказать, а как сосредоточиться, если он сопит почти под боком?

— Не получается. Может, подождёшь снаружи?

— Риголь, ты издеваешься?! — возмутился Никей. — Я вообще-то своим личным временем жертвую, которое мог бы провести более приятно!

Ага, изменяя Лесте, например. Интересно, он с кем-нибудь встречается? Не придётся ли мне опасаться ещё и соперницы, задавшейся целью убрать законную невесту с дороги?

— Охраняя меня, ты охраняешь свои деньги, — напомнила раздражённо, — так что не жалуйся.

— Как же ты меня достала! Спи, давай!

Я честно попыталась это сделать, но сон не шёл.

— Сколько можно ворочаться? — раздражённо проворчал Никей через несколько минут. — Что на этот раз?

— Всё то же.

— Чем я тебе мешаю? Или ты меня боишься?

— Угу, вдруг подушкой во сне придушишь, — буркнула просто, чтобы разрядить обстановку.

— Хотелось бы да не могу, я ведь тогда не получу свои деньги, — ядовито напомнил Блордрак, почти процитировав мои недавние слова, — спи уже!

— Ладно. Главное, сам не усни.

— С тобой уснёшь, как же! — проворчал он беззлобно.

Я вздохнула, отвернулась к стене и, не без труда сосредоточившись на цели, начала готовиться ко входу в осознанное сновидение. Как и в прошлый раз дала себе установку оказаться дома — на Земле. Вот только прежнюю надежду испытать не могла, потому что уже знала — она не оправдается.

Снова оказавшись на знакомом песчаном острове, я практически не удивилась. Здесь всё было как в прошлый раз — те же двери, прикрытые густой разноцветной дымкой, тот же белый песок, только сейчас я разглядела, омывающую островок прозрачную бирюзовую воду. Метнувшись к двери, где видела тётю с Лестой, я замерла возле неё, тщетно вглядываясь в голубоватую дымку. Увы, сегодня она не собиралась расступаться, и увидеть ничего не удалось.

Когда обернувшись, я увидела за спиной знакомую брюнетку с крыши, тоже не удивилась. В этот раз она молчала и просто смотрела на одну из дверей, в проёме которой клубился жёлтый туман.

— Привет, ты Мириэла? — уточнила я осторожно, гадая с какой стати она вообще меня преследует?

Она промолчала, словно не услышав вопроса, я вздохнула и предприняла ещё одну попытку её разговорить:

— Почему ты не пришла к Зиэлде? Она очень скучает и беспокоится о тебе.

Девушка отмерла, шагнула ближе к двери и, положив руку на невидимую преграду, с горечью сказала:

— Меня к ней не пускают.

Я подошла ближе и за расступившейся жёлтой пеленой увидела знакомую приёмную лазарета, где за столом Зиэлда заполняла какую-то документацию. Потом вдруг вспомнила, что Блордрак говорил о браслетах, и посмотрела на правое запястье девушки. На нём ничего не было.

— А где твой браслет?

— Не знаю, — она пожала плечами, по-прежнему не глядя на меня.

— Но в школе нельзя находиться без браслета, а ты говорила, что живёшь здесь. И… помнишь, хотела показать мне, где.

Да, именно с этого в прошлый раз начались мои хождения во сне, но Блордрак же сказал, что всё нужно по возможности повторить. Ох, надеюсь, он не спит!

Девушка словно этого ждала.

— Да, идём, покажу, — она снова взяла меня за руку и повела за собой. И снова остров исчез, а перед глазами замелькали стены лазарета, ночное небо, трава и деревья.

Это было очень странное ощущение. Я понимала, что сплю, но никак не могла заставить себя проснуться или хотя бы просто остановиться. Меня влекла за девушкой какая-то неконтролируемая сила. Я отчаянно пыталась сопротивляться ей, но всё равно шла вперёд, даже когда перестала различать окружающие предметы. А потом сознание вообще отключилось, но тело, кажется, продолжало двигаться. Очнулась я от того, что меня схватили и куда-то потащили. Громко закричав, машинально начала вырываться.

— Риголь, тише, уймись, это я! — зашипел прямо в ухо Блордрак, продолжая меня удерживать.

Я немного успокоилась и осмотрелась. Луны в этом мире не было вообще, зато звёзды, яркие и крупные, украшали тёмный небосвод в таком количестве, что дополнительного освещения не требовалось. Мы стояли в саду возле полузасохшего дерева иргаля. Цветы, редкие и мелкие, имелись только на одной его ветви и практически не пахли.

— Всё, успокоилась, отпусти, — я выскользнула из рук целителя, продолжая растерянно оглядываться по сторонам. — Что произошло?

— Не знаю, я просто шёл за тобой. Остановилась ты только здесь.

— Почему сразу не разбудил?

— Не смог, — неохотно признался Блордрак. Видимо, расписываться в собственном бессилии ему было неприятно.

Взгляд упал на подол платья, испачканный землёй. Мои ладони тоже были грязными, а ногти обломанными.

— Э… что случилось с моими руками?

— Ты пыталась рыть землю, еле оттащил, — Никей показал в сторону иргаля. Под ним действительно обнаружилось небольшое углубление.

Ох, блин, я там, что клад искала?

— Так ты выяснил, что со мной происходит?

Блордрак помрачнел и отрицательно покачал головой.

— Возможно, последствия стресса, нужно разбираться. И показатели диагностеров изучать. Возвращаемся в лазарет, ты как себя чувствуешь?

Только услышав последний вопрос, я осознала, что испытываю сильную слабость и покачнулась. Никей поддержал за локоть, проворчав:

— Риголь, не вздумай потерять сознание. До лазарета далеко — я тебя не донесу.

Он явно намекал на мой вес, это задело.

— Такой слабый, а ещё в каратели собирался, — парировала в отместку и, собрав все силы, демонстративно отстранилась от жениха Лесты. Снова посмотрела на дерево и застонала в голос, увидев под ним Мириэлу. — Пожалуйста, скажи, что ты тоже её видишь!

— Кого? — недовольный целитель проследил за моим взглядом.

— Девушку под иргалём.

Никей тяжело вздохнул, снова подхватил меня под руку и тоном, которым умудрённые жизненным опытом взрослые говорят с испуганными детьми, сказал:

— Там никого нет. Тебе показалось. Нам нужно вернуться, идём.

Значит, всё-таки глюки? Прекрасно! Она теперь никогда от меня не отстанет?! Так, что я там делала с её подачи под деревом?

— Подожди, ты можешь раскопать это место?

— Зачем? — снова этот снисходительный взгляд — он явно считает, что я брежу. — Ладно, давай, я отведу тебя в лазарет, а потом вернусь и сделаю это.

— Нет, сейчас! Я не хочу снова и снова приходить сюда во сне! Ну, пожалуйста, тебе что, трудно? — Может, тогда эта девушка-галюцинация оставит меня в покое.

— Риголь, я тебе не садовник, — Блордрак снова начал разражаться. Всё-таки для целителя он слишком вспыльчивый.

— Ты же маг, что тебе стоит? Раз я копалась в земле, значит, это для чего-то было нужно. Пожалуйста!

— Какая же ты упёртая! Вот, смотри, довольна?! — Он, действительно, сделал несколько пасов руками, и углубление в земле стало значительно больше в диаметре и продолжало увеличиваться у меня на глазах.

— Хватит или тебе колодец выкопать?

— Ой, что это там? — В яме показался край чего-то бордового и явно матерчатого. — Сделай глубже!

Никей неохотно выполнил просьбу и вдруг громко и витиевато выругался. А я кулем осела на землю, шокированная увиденным. Под иргалём больше никого не было, но в яме виднелось то, что когда-то было человеческой рукой.

— Невероятно! Как убийство в школе могло остаться незамеченным? — схватился за голову Блордрак.

Нашёл чему удивляться, в этой замечательной школе слишком многое остаётся незамеченным.

— Эм… убийство?

— А ты думаешь, человек может сам себя землёй засыпать? — мрачно съязвил Никей, подходя ближе к дереву и зажигая в ладони светящийся шар. Потом он вдруг обернулся и посмотрел на меня с подозрением. — Как ты узнала, что здесь?

— Я не знала. — Перед глазами замелькали обрывки снов, видений, и чугунной тяжестью обрушилось полное осознание случившегося. Я вцепилась в руку целителя и испуганно пробормотала: — Меня сюда привела Мириэла. Это… её тело! Бедная Зиэлда! Она всё ещё надеется, что племянница жива.

— Не вздумай ей это сказать! — строго заявил Никей. — Пока ещё ничего точно неизвестно. С твоими снами разберёмся позже, а сейчас нужно вернуться и вызвать карателей.

Мне осталось только мысленно застонать. Опять каратели! Да что ж мне так везёт-то?! Ведь теперь от общения с ними отвертеться не получится.

***

Я смутно помню, как мы добрались до лазарета. Кажется, идти самостоятельно у меня получалось не очень, Блордрак вынужден был снять диагностеры и какое-то время подпитывать меня магией, а остаток пути всё же тащить на себе. Потом я отключилась окончательно. Когда пришла в себя, за окном уже светило солнце и щебетали птицы, а в лазарете было шумно и суетно. Наверное, все уже знали о случившемся.

Я всё ещё чувствовала слабость, голова кружилась, но ноги больше не подкашивались и даже удерживали мой вес. С тяжёлым вздохом поплелась в крохотную умывальню приводить себя в порядок, стараясь не смотреть при этом в зеркало. После всех приложенных усилий мои щёки уменьшились лишь немного, да и тёмные круг под глазами красоты не добавляли.

Появившийся через несколько минут Блордрак тоже выглядел неважно и смотрел на меня настороженно. Примерно как на обезьяну с гранатой.

— Мне это всё не приснилось, верно? — спросила обречённо. Тревога, которую я с самого пробуждения старалась отогнать подальше, навалилась с новой силой.

— Нет. И ты оказалась права. Там, под деревом… это была Мириэла.

Уже выяснили? Так быстро? Вот это оперативность!

— Зиэлда знает?

— Да. Она… в общем, пару дней её на работе не будет. А с тобой тут хотят поговорить.

— Каратели? — мой голос предательски дрогнул. — Прямо сейчас? Что ты им сказал?

— Правду — ты нашла тело, пребывая в каком-то трансе, а я шёл за тобой.

— В трансе? Не во сне? Что показали эти прозрачные… в смысле диагностеры?

— Мне пришлось вливать в тебя собственную магию, так что от них теперь никакого толка. Показатели сбились. И всё-таки твоё поведение было, мягко говоря, странным.

От его подозрительного взгляда стало не по себе, а как же будут смотреть на меня каратели? Что если сослаться на плохое самочувствие? Нет, не прокатит, он ведь тут же проверит.

— Я тоже не понимаю, что происходит. Надеялась, обследование хоть что-то прояснит. Может, это последствия воздействия ведьмы? — пробормотала не слишком убедительно. А что тут скажешь, если я сама в шоке от происходящего.

— Не думаю. Кстати, о ведьме при карателях лучше не упоминать. Чёрная магия под запретом, — «утешил» Блордрак, направляясь к двери.

Я запаниковала:

— А зачем им со мной разговаривать, если ты уже всё рассказал? Может, это не обязательно?

Никей обернулся, снова смерил удивлённо-подозрительным взглядом и, нахмурившись, спросил:

— Почему ты их так боишься? Есть что скрывать?

— Я не боюсь, с чего ты взял? — только усилием воли голос удалось заставить звучать ровно.

— С того, что ты ещё в прошлый раз отказалась вызывать карателей и сделала всё, чтобы этого избежать, хотя в той ситуации это был единственный правильный выход.

Надо же, какой наблюдательный, когда не нужно! Как бы его отвлечь?

— Эм… я не отказывалась, просто пошла навстречу директрисе. — Судя по выражению лица собеседника, он мне не поверил. Ладно, попробую ещё раз, добавив чуточку волнения и покорности: — Хорошо, да, я их боюсь. Из-за ведьмы. Ты сам сказал, что чёрная магия запрещена. Вдруг они как-то прочтут мои мысли или воспоминания. Что тогда будет?

Кажется, сработало. Никей заметно оттаял и, усмехнувшись, возразил:

— Риголь, расслабься, никто в твою голову не полезет. Это не допрос, а обычная беседа.

Хорошо если так и всё же предстоящее событие здорово напрягало.

— Я что, останусь с ними одна?

— Нет, разумеется, — уверенно заявила дэйра Найрис, входя в палату. — На правах заведующей, я буду настаивать на своём присутствии. Ничего не бойся, девочка, просто отвечай на вопросы. Ты готова?

От её ободряющей улыбки на душе стало легче и как-то теплее. К тому же хотелось поскорее уже со всем этим покончить, и я покорно кивнула, выдохнув:

— Готова, давайте начнём.