Глава 36

Ближе к вечеру ко мне заглянул Никей. Он рассказал, что договорился о проведении свадебного обряда в небольшой отдалённой молельне на тот крайний случай, если всё же придётся бежать и тайно пожениться. Там будут готовы принять нас в любое время. На немедленном браке целитель больше не настаивал, но велел не расслабляться и в случае любой угрозы со стороны деда, сразу найти его.

В дверь осторожно постучали, и в палату заглянул охранник Виташ — друг Никея. Он вежливо поздоровался со мной и, проворчал, обратившись к Блордраку:

— Вот ты где, а я в твою комнату почти полчаса безуспешно ломился.

— Зачем ломиться, если никто не отвечает? — пожал плечами Никей.

— Я вроде бы видел, как дверь приоткрылась, вот и решил… показалось, наверное, — задумчиво почесал подбородок охранник, посеяв в моей душе смутное беспокойство. — Ты мне нужен, выйдем на пару слов.

— Так видел или показалось? — спросили мы с Никеем почти в унисон. Переглянулись и, нахмурившись, посмотрели на удивлённого охранника.

— Надо же, какое единодушие, — пробормотал он, выдавив растерянную улыбку. — Эй, вы чего? Вроде не показалось. Я даже хлопок услышал. Ну и что? Может, это просто обслуживающий персонал уборку затеял.

— Возможно, — помедлив, кивнул целитель, поднимаясь с моей кровати, на краю которой сидел. — Ладно, идём, что ты хотел?

— Уборка на ночь глядя, прямо перед отбоем? С чего бы? — не поверила я, начиная волноваться всё больше. — У нас убираются днём, когда все на занятиях.

Теперь переглянулись парни. Как мне показалось, Блордрак каким-то образом сигнализировал другу помалкивать и тему не развивать.

— Э… ну, у нас иногда так бывает, — сказал сбитый с толку Виташ. — Вот сейчас и проверим. Ты же возвращаешься?

— Конечно, уже поздно. До завтра, — кивнул мне на прощание Никей, направляясь к двери.

Отступившая было тревога, атаковала с новой силой. А что если Дорган уже перешёл к активным действиям и заготовил жениху какую-то ловушку? Я же тут за ночь совсем изведусь от неизвестности!

— Я пойду с вами! — заявила, быстро выпутываясь из покрывала. Хорошо, что не успела сменить платье на ночную сорочку, ну а то, что одежда слегка помята — не страшно. Не на бал собралась.

Бывшие однокурсники снова переглянулись.

— Не пойдёшь! — отрезал Никей. — Извини, но ты всё ещё не пушинка и обратно я тебя снова тащить не хочу.

Это прозвучало грубо, но я не обиделась и продолжила демонстративно собираться, потому что чувствовала — сейчас он пытается меня не задеть, а отвлечь. Значит, тоже подумал о ловушке и опасности.

Виташ уже понял, что сморозил что-то не то и попытался отговорить меня на свой лад:

— Леста, перестань, через десять минут отбой. В мужское общежитие тебя не пустят. Как и любую другую девушку. Так что если ты думаешь, что у Никея там намечается свидание…

— Какая чушь! — нетерпеливо прервала я поток этой странной и непонятной мне мужской логики. — Из-за свидания я бы точно переживать не стала! Ну, в смысле мы же ещё не женаты, — пояснила, поймав недоверчивый взгляд целителя.

— Серьёзно? Леста, ты просто чудо! — шутливо присвистнул Виташ. — Ещё и внуку Доргана, говорят, врезала! Да об этом здесь мечтает каждый второй, и я в том числе!

Блин, неужели уже вся академия в курсе моего «подвига»? Только такой славы мне не хватало. Да и поганец-Эртан не простит позора, опять какую-нибудь подлянку устроит.

— Да не била я его, просто толкнула… случайно.

— Эх, где бы и мне такую невесту найти — боевую и неревнивую! — мечтательно вздохнул охранник и получил от друга увесистый подзатыльник.

— Уймись, она ещё и носы ломает одним ударом, так что поосторожнее с желаниями, — прервал его Никей и, подойдя ко мне, успокаивающим тоном сказал: — Уверен, это какое-то недоразумение. Просто пойду, посмотрю, что там.

— Хорошо, я подожду, но если через полчаса один из вас не вернётся, и убедительно всё не объяснит, заявлюсь лично и перебужу всё общежитие! — завила упрямо, хоть и понимала, что в случае опасности помочь ничем не смогу, буду только мешать.

— Договорились, — довольно усмехнулся целитель и вдруг, наклонившись к моему уху, шепнул: — А чего это ты так за меня переживаешь, если замуж не хочешь?

Я ответила возмущённым взглядом (нашёл время и место выяснять отношения), а когда они вышли, принялась нервно ходить по палате из угла в угол в ожидании новостей.

Блордрак вернулся, когда я уже успела себя накрутить, напридумывав всяких страшилок и почти собралась идти в мужское общежитие. Он был мрачен, но с виду цел и невредим. Однако, судя по тому, как тщательно жених прикрыл дверь и произвёл над ней какие-то магические манипуляции, в своей комнате он застал вовсе не уборку, и разговор предстоял серьёзный.

— Что случилось? — спросила нетерпеливо, едва он закончил и повернулся.

— Началось, — лаконично ответил Никей, и я сразу поняла, о чём речь.

— Дорган? — вздохнула, настраиваясь на худшее. — Что он сделал?

— Преступил к реализации очередного плана и подослал ко мне Камилию.

— Ночью? В смысле чтобы… ой, — когда до меня дошла цель столь позднего визита хорошенькой блондинки в мужскую спальню, стало не по себе.

Неужели для этого монстра нет ничего святого, и чтобы добиться своего, он готов даже опозорить родную внучку?! Ведь насколько я поняла, добрачные связи в Рансааре, мягко говоря, не приветствовались. И если тайное становилось явным, особенно страдала репутация девушки.

Но Дорган, очевидно, рассчитывал на то, что подстроенное таким образом ночное свидание, станет веским поводом для разрыва нашей с Блордраком помолвки и железным аргументом в пользу его свадьбы с Камилией.

— И… что? — спросила, не дождавшись, пока заговорит Никей, который хмурился и молчал, погрузившись в свои мысли.

— Ничего. К счастью, она не успела зажечь свечи с будрейном. Точнее, я успел их вовремя потушить, — ответил целитель, но вместо облегчения я испытала страх.

Свечи с перетёртыми в порошок цветами будрейна нас учили делать в школе на занятиях по домоводству. Считалось, что это должна уметь каждая девушка, потому что в супружеской спальне они порой незаменимы. Эти свечи разжигали страсть, помогая вступившим в договорной брак и не питающим друг к другу романтических чувств молодожёнам, скрепить союз и зачать ребёнка. Правда, действие наступало не сразу, а когда свечи прогорали до половины, зато потом эффект держался несколько часов. И если бы Камилия успела…. Чёрт! Мерзость какая! Страшно подумать, что же «любящий» дедушка заготовил для меня, если вот так поступил с ней и Никеем?

— В этот раз он перешёл черту, завтра же потребую объяснений! — мрачно пообещал полный решимости Блордрак, чем встревожил ещё больше.

— А стоит ли? — возразила, в красках представив их беседу. — Чего ты добьёшься, кроме новых проблем? У него бесполезного что-то требовать. Он так всё вывернет, что ты ещё и виноватым окажешься.

— А что ты предлагаешь — молчать и надеяться на лучшее? — нахмурился собеседник. — Поверь, за тебя он тоже скоро возьмётся!

— Уже, — призналась, вспомнив наш недавний разговор, — сказал, что послезавтра начнёт заниматься со мной лично. «Касанием души». Что же нам делать?

— Послезавтра? — повторил жених, подойдя к окну и задумчиво вглядываясь в темноту за стеклом. — Что ж, немного времени у нас ещё есть.

— Для чего? — вопрос был риторическим, ответ я и так знала. — Ты о браке?

Никей резко обернулся, подошёл и остановился в паре шагов от меня, больше не пытаясь сократить это расстояние.

— Я не настаиваю и был бы рад не торопиться, — сказал он серьёзно, глядя мне прямо в глаза. — Но ты права, разговорами и угрозами от Доргана ничего не добиться. Нужно действовать. Я не хочу, чтобы в мою жизнь вот так бесцеремонно лезли и женили, на ком попало. А ты хочешь? Ведь тебя это тоже ждёт.

Я зябко передёрнула плечами, признавая его правоту. В том, что с моими чувствами Дорган считать не станет, сомневаться не приходилось.

— А что с Камилией? — спросила, не решаясь озвучить ответ, который всё между нами изменит.

— Отправил телепортом в женское общежитие, — поморщившись, проворчал Никей. — Кроме Виташа её никто не видел, так что слухов, надеюсь, удастся избежать. А если не удастся, сама виновата — знала, на что шла!

— Может, у неё выбора не было, — заступилась за родственницу, прекрасно понимая, как виртуозно Дорган умеет давить, убеждать и играть на чувствах.

Я на Камилию не злилась и даже немного жалела.

— У неё, может, и не было, но у тебя он пока есть, — напомнил Никей. Он говорил спокойно, однако чувствовалось, что парень напряжён и заметно нервничает.

Выбор-то есть, но весьма ограниченный. Как союзник Блордрак меня вполне устраивал и даже начинал нравиться, но разве этого достаточно для создания семьи? Людей, вступающих в брак, должны связывать сильные чувства и особые отношения, а не вынужденные меры. Да и назад дороги не будет — магический брак расторгнуть нельзя. С другой стороны, могло быть хуже. С Никеем мы, по крайней мере, неплохо ладим. Вряд ли муж, которого навяжет дед, будет меня хоть в чём-то поддерживать и защищать от него.

— Ладно, — вздохнула, принимая окончательное решение, — я согласна. Когда?

Лицо собеседника просветлело, уголки губ дрогнули в улыбке.

— Хорошо, — сказал он, заметно расслабившись, — Мне нужно отлучиться, чтобы всё подготовить. Вернусь за тобой на рассвете. Постарайся немного поспать.

Как, уже завтра?! А как же платье и причёска? Я запаниковала, осознав, что на собственной свадьбе буду похожа на пугало, но тут же мысленно обругала себя за такие глупые мысли. Какое платье?! О чём я вообще думаю! Это же просто формальность. Да и обряд будет тайным. Никто кроме храмовника нас не увидит.

Уже у двери Никей обернулся и, посмотрев на меня долгим, нечитаемым взглядом, уверенно сказал:

— Не бойся. У нас всё получится. Ты не пожалеешь.

Это прозвучало убедительно и довольно искренне, так что я тоже невольно улыбнулась, а тревога уступила место робкой надежде. Вдруг, действительно, получится что-то хорошее? Пусть не сразу, но хотя бы со временем.

Но уже через час, когда я всё же заставила себя прилечь, в плату, несмотря на протесты Зиэлды, стремительно вошёл рассерженный Дорган и заявил, что немедленно забирает меня из лазарета.

— На каком основании? Что случилось, эйр Дорган? — потребовала ответа целительница, пытаясь загородить меня собой, словно вратарь, защищающий ворота от мяча противника.

— На том основании, что вы не в состоянии обеспечить безопасность моей адептки! — отрезал декан, не слушая возражений. — Её подбивают на побег, а вы ничего не знаете!

Дыхание перехватило. Сердце, затрепыхавшись, ухнуло куда-то вниз. Всё-таки узнал! Но как? Впрочем, чему удивляться. Скорее, было бы странно, если бы он со своими широкими связями и многочисленными шпионами остался в неведении.

— Это неправда, — возразила я спокойно, не без труда выдержав его холодный, давящий взгляд. — Ваши осведомители ошиблись, никакого побега не планировалось.

Куда бежать? Зачем? После проведения обряда мы собирались вернуться. Так что я даже не солгала.

— Вот как? А свадьба тоже не планировалась? — вкрадчиво и в то же время угрожающе спросил Дорган, продолжая прожигать меня взглядом поверх головы Зиэлды, значительно уступающей ему в росте.

Этот враждебный, обвиняющий тон внезапно разозлил. Да кто он такой, чтобы требовать от меня отчёта или предъявлять какие-то претензии?! Вычеркнул из рода — вот и спасибо! Вот и пусть катится на все четыре стороны, а меня оставит в покое!

— Планировалась, — призналась я холодно, поскольку отрицать очевидное не имело смысла. — Только при чём тут побег и моя безопасность? Мы с Никеем давно помолвлены. Решили пожениться, пока не отцвёл иргаль. Примета, знаете ли, хорошая. Убегать никуда не собирались. Не понимаю, что вас так возмутило? Неужели то, что на свадьбу не пригласили? А с чего бы? Вы мне даже не родственник!

Доргану мой ответ пришёлся не по нраву. Он недовольно нахмурился, отчего атмосфера в маленькой палате стала ещё более напряжённой. Зиэлда, оценив ситуацию, заявила, что идёт вызывать заведующую и поспешила выйти, оставив дверь открытой. Зря она это сделала, потому что менталист захлопнул и запер её одним взмахом ладони.

— Ты заговорила совсем как мать! И проблемы, смотрю, собралась решать её способом — сбежав и выскочив замуж, за кого попало! — презрительно процедил собеседник, рассердив ещё больше.

— Меня ничуть не удивляет, что она от вас сбежала! Прекрасно её понимаю! — не осталась я в долгу. — Только я собираюсь выйти замуж не за кого попало, как вы выразились, а за своего жениха и, между прочим, дэйра. Если он вас чем-то не устраивает — это ваша проблема!

— Ты права, — Дорган вдруг успокоился и хищно улыбнулся, медленно повторив: — Это моя проблема. А свои проблемы я привык решать быстро и радикально.

Сердце кольнула тревога. Только сейчас, когда шок и гнев отступили, я вспомнила о Блордраке. Что с ним? Неужели этот морально опущенный урод до него уже добрался?!

— Где Никей? Что вы с ним сделали?! — спросила, чувствуя себя бабочкой, запутавшейся в паутине.

Нет, он не змей, а паук, развесивший повсюду свои липкие сети. Они везде — подстерегают на каждом шагу. Даже там, где, казалось бы, их быть просто не может.

— Пока ничего. Его нет ни в академии, ни в школе. — Дорган правильно понял моё беспокойство и, не позволив расслабиться, безапелляционно заявил: — Но как только появится, ему будет предъявлено сразу два обвинения: в организации твоего побега и… попытке изнасилования Камилии!

Нервы сдали окончательно, и я, не выдержав, расхохоталась.

— О, боги! — выдавила, немного успокоившись. — Меня уверяли, что вы умный и опытный манипулятор, я ждала от вас соответствующих поступков, но это же просто чушь какая-то! Кто в такое поверит?!

— Я хорошо разбираюсь в людской натуре. В разных случаях требуется разный подход, — ничуть не обидевшись, возразил дед. — А поверить можно во что угодно, главное, чтобы доказательства были убедительными. Уж об этом я позабочусь.

Я не верила своим ушам, так и хотелось ущипнуть себя за руку и проверить, не сон ли это.

— То есть вы мне сейчас открытым текстом заявляете, что сфабрикуете доказательства и подставите Никея? — уточнила на всякий случай. Вдруг неправильно поняла.

— Ты сама вынуждаешь меня так поступить, — словно извиняясь, развёл руками Дорган. Сейчас его голос звучал уже не угрожающе, а обманчиво мягко, буквально обволакивая и снова вызывая ассоциации с паутиной. — Да и этот глупый мальчишка меня давно раздражает. Он тебя не достоин — всего лишь очередной охотник за деньгами твоего отца.

— А вы — за моим даром! — напомнила я возмущённо. Тоже мне защитник от недостойных посягательств. От него бы кто защитил! — Ничего у вас не выйдет. Мы с Никеем потребуем проверку воспоминаний, и суд узнает, как всё было на самом деле! Вы ведь только что признались, что собираетесь ложно обвинить моего жениха, прекрасно зная, что он невиновен, это они тоже увидят. А я попрошу заодно проверить, с какой целью вы усыпили меня тогда в своём кабинете, солгав про случайный обмен чашками? Вдруг что-нибудь интересное прояснится!

Маска смирения, которую так долго носила, слетела, и я без страха бросила эту угрозу в лицо противнику. Возможно зря, но сдерживаться больше просто не могла: никогда ещё ни один человек не вызвал у меня таких сильных негативных эмоций!

Я ожидала в ответ вспышки ярости и с надеждой высматривала хоть малейший намёк на испуг на бесстрастном лице собеседника, но Дорган вдруг тихо засмеялся и вкрадчиво сказал:

— Какая смелая девочка! Правда, позволишь менталистам копаться в своих воспоминаниях? Не боишься, что они увидят что-нибудь лишнее и поймут, что ты… двоедушница!