Глава 37

Потрясение было настолько сильным, что я просто застыла на месте, не в силах пошевелиться, и на какие-то секунды потерялась во времени и в пространстве, пока мысли лихорадочно метались стайками вспуганных стрекоз.

Он всё знает?! Откуда? Как такое возможно?! Неужели Санра проговорилась? Или тот менталист, пока я спала, в голове покопался и выудил информацию? Как бы там ни было, Дорган теперь в курсе и с этим придётся считаться. Знать бы ещё, чего опасаться в моём случае, когда душа вернулась на своё законное место после долгого отсутствия?

Разве можно обвинить в невольном перемещении в другой мир четырёхлетнего ребёнка, которым я была на момент первого обмена душами? Вряд ли. Законы, с которыми я успела ознакомиться, были вполне адекватными. А в случае реальной угрозы дед сам не допустит, чтобы этот факт раскрылся — ему слишком нужен мой дар. Так что, скорее всего, он блефует и просто пытается запугать, чтобы я стала покорной, как Ридия.

— С моей душой всё в порядке, — возразила, с трудом заставив внезапно осипший голос звучать ровно. — Она там, где и должна быть. Так что никакой проверки я не боюсь!

А вот его взгляд после такого обвинения выдержать было сложнее. В серых глазах собеседника промелькнули удивление и недовольство.

— Смелое заявление, учитывая, в каком положении ты находишься, — неодобрительно покачал он головой. — Это сейчас твоя душа на месте, но ещё совсем недавно она была в другом мире, а её место занимала чужая, с которой теперь непонятно, что стало.

Даже так? Значит, ему известно всё в подробностях? Интересно, откуда? И посвятил ли он в эту историю кого-нибудь ещё?

— Как вы узнали? — Любопытство пересилило осторожность, но прямого ответа я, естественно, не получила.

— Я знаю всё! — сухо отрезал декан. — От меня бесполезно пытаться что-то скрыть, как и от служб, отвечающих за безопасность королевства. Уверен, их очень заинтересует твоя история! Проверка только ускорит вашу встречу. И поверь, они не будут с тобой церемониться так, как я!

Ну вот, уговоры закончились, в ход пошли угрозы. Как ни странно, это успокоило и вернуло в реальность. Судя по его тону, я была права — дед просто пытается взять меня на слабо. На что он рассчитывает? Неужели думает, что сейчас начну слёзно молить его о помощи и защите от менталистов?

— Почему? За пребывание в другом мире сжигают на костре или казнят? — Спросила с вызовом. — Перестаньте меня запугивать, эйр Дорган, мы оба знаем, что вы этого не допустите, я вам нужна живой и здоровой. А менталистов я не боюсь. Пусть проверяют! Мне скрывать нечего, это вам стоит беспокоиться!

— Вообще-то, Леста, сейчас именно ты пытаешься меня запугать, — с холодной усмешкой парировал декан. — Ты смелая, но не видишь черты, которую не стоит переступать. Это проблема всех, кто живёт эмоциями, а не рассудком. Вы всегда недооцениваете противников и переоцениваете собственные силы. Ты, правда, веришь, что сможешь со мной справиться или хотя бы просто обмануть?

В его сухом бесцветном голосе не было ни капли интереса, потому что вопрос был риторическим и не требовал ответа. Всё и так было предельно ясно. Мне ему по большому счёту сейчас даже предъявить нечего, кроме того чая со снотворным эффектом. Понятно, что такой опытный и ловкий интриган легко вывернется, придумает сотню убедительных объяснений. И поверят ему, а не мне. Вот если бы удалось вспомнить то, чего он так опасается! Возможно, тогда у меня бы появился шанс что-то изменить.

— Я не хотела никого обманывать, вы сами не оставили мне выбора и загнали в угол! — попыталась объяснить элементарную истину, не надеясь, впрочем, что он поймёт.

Не понял. Недоверчиво скривился, сдвинул брови и сердито напомнил:

— О чём ты говоришь? Я создал для тебя все условия!

Самое смешное, что он, похоже, действительно в это верил. А меня, наверное, считал неблагодарной девчонкой. Тоже мне знаток человеческих душ!

— Вы окружили меня своими шпионами, без которых я и шага ступить не могу! — напомнила с горькой усмешкой. — Как будто я не одарённая ученица, а пленница или преступница.

— Это ради твоей же безопасности!

— Какая безопасность?! Где все они были, когда ваш внук втолкнул меня к вайраху?

— Признаю, это моё упущение, такого больше никогда не повторится! — вздохнул дед с видом раскаявшегося мученика, и даже виноватый взгляд не поленился изобразить.

Конечно, не повторится, теперь он ко мне не двоих, а целый десяток охранников-доносчиков приставит! Я представила себе эту картину, и пришла в ужас. Нет, не нужно мне такого счастья! Уж лучше магический брак с Никеем. На фоне происходящего, этот вариант начинал нравиться мне всё больше.

Разговор зашёл в тупик. Дорган разглядывал меня с задумчивым видом, словно решая, какую тактику применить следующей: кнут, пряник или сразу гильотину? Его молчание напрягало не меньше, чем присутствие, и я всё чаще поглядывала на дверь, надеясь, что помощь в лице дэйры Найрис вот-вот подоспеет, но за ней было подозрительно тихо. Наверное, он какие-то чары наложил. Я не выдержала первой и устало напомнила:

— Официально вы мне не родственник и не имеете права помешать моей свадьбе.

— Ещё как имею. Пока ты моя адептка, подобные действия производятся только с моего разрешения, а я его не давал! — резко возразил Дорган. — Блордрак это прекрасно знал, так что он ответит по всей суровости закона!

Ну вот, опять — двадцать пять! Вернулись к тому, с чего начали.

— Ответит за что? Ещё раз повторю — всё происходило с моего согласия, и я с удовольствием предоставлю свои воспоминания, чтобы это доказать, — улыбнулась в ответ на исказившую его лицо неприязненную гримасу, но осеклась под тяжёлым взглядом, мгновенно наполнившимся льдистым холодом.

— Ладно, не понимаешь по-хорошему, попробуем по-другому, — сказал Дорган нетерпеливо и, подойдя ко мне почти вплотную, сухо отчеканил: — Не важно, похищение, изнасилование, или что-то другое. Он ответит за дерзость! По полной программе. Я об этом позабочусь!

Вот теперь он больше не пытался притворяться мудрым и понимающим дедушкой и перешёл к реальным угрозам.

— Так и знала, что снова будете пугать. Никей не беззащитный ребёнок, он глава рода и сумеет за себя постоять. Что дальше придумаете? — спросила, не отводя взгляда и не скрывая неприязни. — Мы ведь уже выяснили, что объявлять меня двоедушницей вам не выгодно. Что тогда? Похитите моего отца и будете шантажировать его жизнью?

— Какое интересное предложение! — хищно осклабился Дорган, став похожим на графа Дракулу, приготовившегося обескровить жертву. — Я ведь уже говорил, что всегда получаю желаемое. Любой ценой.

Даже не сомневаюсь, что любой! Шантаж, пытки, убийство — ради достижения своих целей он пойдёт на что угодно. Как же всё это мерзко и отвратительно! А хуже всего ощущать себя беспомощной мошкой в лапах огромного паука. Ведь кто я против него? Что я могу? Воевать с таким сильным противником бессмысленно и опасно, лучше попытаться договориться и выторговать ещё немного времени. Мне сейчас просто необходима пауза, чтобы всё хорошенько обдумать и решить, как действовать дальше.

— Неужели вы верите, что сделаете из меня идеального и послушного проводника, если будете угрожать моим близким? Да я и так на занятиях не могу сосредоточиться, только и думаю, чего ещё от вас ожидать? Постоянно нахожусь в состоянии стресса. Хотите, чтобы я однажды не справилась с концентрацией и навсегда застряла в междумирье? Это вы называете «создать условия»? Мне пришлось согласиться на тайную свадьбу, чтобы хоть как-то себя обезопасить! — призналась, стараясь говорить спокойно и убедительно, но гневные и негодующие нотки в голосе всё же прорезались.

— Я не представляю опасности для членов своего рода. Напротив, гарантирую им защиту, поддержку и достойное положение в обществе, — нахмурившись, возразил Дорган, вызвав у меня нервный смешок. Ох, только бы в истерику не сорваться, а то нервы уже на пределе.

— Я вам не верю, я вас боюсь и не хочу сейчас принимать никаких судьбоносных решений. Хочу просто спокойно учиться и жить! Разве раскрыть мои способности не в ваших интересах? Просто дайте мне такую возможность! — взмолилась, ни на что особо не рассчитывая. — Дайте мне время!

Дорган отступил на шаг, долго сверлил задумчивым взглядом, неаристократично почёсывая подбородок и, наконец, медленно произнёс:

— Что ж, Лестэлла, я дам тебе немного времени и постараюсь не давить, если ты принесёшь мне магическую клятву.

— Какую? — Условие мне, мягко говоря, не понравилось.

— Ты поклянёшься, что больше не будешь пытаться от меня сбежать и не выйдешь замуж без моего разрешения.

Всего лишь?! А звезду ему с неба не достать? О магических клятвах я читала. В них очень важна чёткая формулировка каждого слова, если повторю его вариант, этот запрет будет действовать всю жизнь.

— А вы можете гарантировать, что не тронете моего отца и не станете ни в чём обвинять Никея?

— Отца не трону, обещаю. О женихе лучше просто забудь. Вашей свадьбы я всё равно не допущу, — поморщился собеседник.

— Я не о свадьбе спрашивала, — не дала ему уйти от ответа.

— Хорошо, обвинять не буду, но гарантировать его безопасность не могу.

— Но…

— Он слишком вспыльчивый и плохо контролирует эмоции, — недовольно прервал меня Дорган. — Не удивлюсь, если узнав о срыве своего плана, мальчишка вызовет меня на поединок глав рода. В этом случае, я его точно щадить не стану, даже не проси.

Мысли, что может победить Никей, он, похоже, просто не допускал. Да и мне в такой исход не верилось. Дорган слишком коварен и в отличие от прямолинейного, бесхитростного Блордрака честно драться не станет. Так что это будет не поединок, а убийство. К тому же, кажется, целители вообще не имеют права покушаться на чью-то жизнь.

Я сжала потяжелевшие виски ладонями, чувствуя усталость и опустошение. Как же хотелось остаться одной, всё хорошенько обдумать и взвесить, но такой возможности у меня не было, решение требовалось принять немедленно.

— Я сама с ним поговорю, поединка не будет.

— Хорошо и впредь постарайся без необходимости с ним не общаться, — огорошил собеседник очередным неприятным заявлением. — Не хочу, чтобы вы снова устраивали заговоры за моей спиной. Узнаю, что снова что-то замышляете, сам его на поединок вызову!

Я промолчала, хотя и очень хотелось послать его подальше, а когда произносила слова магической клятвы, добавила в конце фразу «до конца сезона Иргаля».

— Мы так не договаривались, решила меня перехитрить? — недовольно проворчал декан.

— А вы хотели связать меня пожизненной клятвой, — напомнила, пожав плечами. Почему-то сейчас я его совсем не боялась. — Я всего лишь защищала свои интересы.

— И всё же ты меня обманула! — голос собеседника снова стал холодным и угрожающим. А на меня напала странная апатия — магическая клятва требовала опредёленных энергетических затрат.

— Это как-то непроизвольно получилось. Наверное, наследственность сказывается, — съязвила устало, мечтая лишь об одном, чтобы он, поскорее, убрался.

— Возможно, — Дорган вдруг усмехнулся, сменив гнев на милость. — Ты похожа на меня больше, чем тебе бы хотелось. Что ж, ладно, ты сама определила время отсрочки. До конца сезона осталось не так уж много времени, и на традиционном балу по случаю его окончания, я намерен представить тебя королю, как свою внучку. Просто подумай, какие перспективы и возможности это перед тобой откроет.

Я чувствовала себя выжатым лимоном и предпочла не вступать в новый спор, к тому же в дверь, наконец, громко заколотили, и дэйра Найрис требовательно велела Доргану впустить её. Он снова взмахнул рукой, дверь распахнулась. Заведующая смерила его негодующим взглядом и бросилась ко мне, с тревогой спрашивая:

— Леста, что он тебе сделал? Как ты?

— Ничего, всё… хорошо, — боюсь, мой ответ прозвучал не слишком уверенно. Ведь на самом деле ничего хорошего не произошло. Да, я выторговала отсрочку, но совсем небольшую — чуть меньше трёх земных месяцев. Что можно успеть за это время?

— Добрый вечер, дэйра Найрис, мы просто разговаривали и уже всё прояснили, — спокойно улыбнулся Дорган, направляясь к выходу.

— Мне доложили, что вы собирались забрать Лесту, — сказала заведующая, провожая его удивлённым взглядом.

— В этом больше нет необходимости. Я хотел лишь проверить поступившую информацию, к счастью, она не подтвердилась. Доброй ночи Лестэлла, — он кивнул мне и вышел.

В это время в коридоре раздались голоса, и один из них показался очень знакомым. Прислушавшись, я поняла, что именно этот голос слышала, когда задремала в кабинете Доргана. Неужели здесь тот самый загадочный менталист?!

— Кто там пришёл, дэйра Найрис? — спросила я, взволнованно глядя на полураскрытую дверь. — Кто это разговаривает?

Всё ещё удивлённая заведующая проследила за моим взглядом.

— Храмовник Тайруш пришёл за своим лекарством, а что случилось?

Тайруш? Отец Мартиона! Разрозненный пазл, наконец, сложился. Мартион говорил, что его отец иногда помогал нам с мамой. Уверена, это он проводил мою проверку на кристалле души тринадцать лет назад, и не мог не понять, что тело заняла другая душа. Кристалл не лжёт, значит, солгал храмовник, который никуда не сообщил о маленькой двоедушнице. Но почему? С какой целью? Похоже, здесь опять не обошлось без Доргана!