Глава 49

В бальном зале звучала приятная музыка, и всё вокруг — занавеси, цветы, украшения, даже магические осветители — было цвета иргаля. От такого обилия розового я невольно поморщилась. Спасибо, платья нас не обязали надеть в тон убранству. Их черёд настанет завтра — в день брачных обрядов, потому что все свадебные одежды по традиции также имеют цвет иргаля.

Вообще здесь каждый сезон провожают подобным балом, но этот, как правило, пышнее и масштабнее других, потому что он ещё и выпускной. В центре внимания сегодня выпускники, а в зале находятся их родители. Присутствие на иргальском балу члена королевской семьи — тоже давняя традиция. Именно он вручает дипломы. Но сам король посещает мероприятие крайне редко. Так что сегодня, можно сказать, особый случай. Мне, как всегда, «повезло».

Я тщательно разглядывала ядовито-розовое убранство зала и, украшающие стены, искусственные цветы иргаля, стараясь не смотреть на фантомы умерших, которых, казалось, стало больше. Дорган не должен заметить изменения в моём поведении. К счастью, людей в зале было так много, что затеряться в этой толпе не составило труда. О Никее я пока запретила себе думать. Иначе сдерживаться будет ещё сложнее.

А потом прибыл король, и церемония началась. Мне стоило большого труда не прожигать его неприязненным взглядом, а изображать восхищение и почтение, как остальные. Прячась за спинами адептов, я украдкой разглядывала убийцу мамы и, хотя в моём сне он был гораздо моложе, узнавала каждую чёрточку. Фантомы умерших возле него тоже имелись, но ни мамы, ни отца Блордрака среди них не было. То есть виноватым в их смерти он себя точно не чувствовал!

Из-за волнения я толком не осознавала происходящее. Виски налились тяжестью, которая вскоре сменилась ноющей головной болью. Церемония прошла как в тумане. Потерявшись в ощущениях, я словно выпала из реальности и очнулась только, когда Мартион дважды позвал по имени.

— Ты в порядке? Выглядишь не очень, — спросил он, глядя на меня с лёгкой тревогой. — Может, не стоило полностью ограничения снимать?

— Всё нормально. Просто немного непривычно. Эм… уже всё закончилось?

— Да, дипломы вручили. Сейчас начнутся танцы. Идём, дед тебя ищет. Хочет представить королю.

Ох, как же мне не хотелось, чтобы этот момент наступил! Но Дорган уже уверенно шёл нам навстречу, ловко лавируя между парами, и стало ясно — отвертеться не получится. Пришлось приложить массу усилий, чтобы ничем не выдать переполняющих меня чувств, когда мы с монархом оказались лицом к лицу. Я старалась избегать его взгляда и отвечала односложно, опасаясь ненароком сболтнуть лишнего, но что-то пошло не так. Стоило моему взгляду зацепиться за чёрный перстень с серебряным рисунком на его пальце, как голова буквально взорвалась от новой вспышки боли.

Я извинилась и, сославшись на плохое самочувствие, попросила Мартиона снова отвести меня к целительнице. Наверное, это был полный провал, но я уже почти не контролировала происходящее — в голове яркими страшными картинками замелькали кадры из прошлого. Забытого прошлого. Кажется, я начала вспоминать…

Поняв, что со мной творится что-то неладное, Мартион завёл в ближайшую пустую аудиторию, сказал, что целительницу приведёт сам и исчез, велев сидеть тихо и никуда не высовываться. Я и не собиралась. Голова болела. Мысли путались, воспоминания всплывали сплошным потоком, и сдерживать эмоции больше не получалось. В памяти оживали голоса, лица, цвета, звуки тринадцатилетней давности. Я снова была четырёхлетней девочкой и заново переживала каждую минуту той давней трагедии. В памяти всплывали всё новые и новые подробности.

Я вспомнила даже обрывки разговора мамы и эйры Майгорс, сетовавшей на то, что подготовка порталов затянулась. Из-за этого нам пришлось у неё задержаться. А когда выехали домой, в роще иргаля экипаж едва не столкнулся с каким-то крупным животным, в результате сломалось колесо. Его починка затянулась, и нам пришлось просидеть там до темноты. То, что произошло потом, я не раз уже видела во сне. Та встреча мамы с Блордраком и его преследователем была роковой случайностью… или страшной судьбой, оборвавшей их жизни.

Я закрыла глаза, пытаясь успокоиться и как-то отстраниться от происходящего. Здесь слишком опасно поддаваться эмоциям. На балу я видела храмовника Тайруша. Наверняка, сегодня тут есть и другие менталисты. Что же делать? Вряд ли мне удастся прятаться от Доргана до конца бала. И где, в конце концов, бродит Никей, когда он так нужен?!

За дверью послышались быстрые шаги, потом она приоткрылась. Я подняла голову, ожидая увидеть Мартиона и дэйру Найрис, но испуганно застыла, узнав в одном из вошедших короля. Вторым был мужчина из его свиты. Во время церемонии он держался рядом с монархом, а сейчас первым направился ко мне и остановился буквально в паре шагов.

— Ваше величество? Что вы здесь делаете? — я тщетно попыталась скрыть страх, оставив в голосе лишь удивление. Не получилось.

— Хочу поговорить с вами без свидетелей, Лестэлла, — одними губами улыбнулся мужчина, сверля меня нечитаемым взглядом.

Но гораздо больше меня тревожил взгляд его молчаливого спутника. Он словно пронизывал насквозь. Казалось, этот человек видит всё, что творится у меня в мыслях и в душе. Судя по тому, как он нахмурился, а затем едва заметно кивнул королю, так и было.

— О чём? — Я невольно отступила на несколько шагов.

— Для твоего же блага некоторые воспоминания будет лучше удалить, — уже без улыбки холодно сообщил король. — Прямо сейчас.

Значит, убивать не будут. Просто сотрут память. Интересно, в ней после этого хоть что-нибудь останется? Понимая, что сейчас могу надеяться только на себя, я начала мысленно делать настройку на «Атаку душ», а чтобы потянуть время, попыталась поддержать разговор.

— Не надо, пожалуйста! Я никому ничего не расскажу! — Во мне боролись страх, злость и негодование, так что мольба вышла не слишком убедительной. Да и глупо притворяться дурочкой перед таким сильным менталистом. Ему вон даже усыплять меня не нужно, чтобы мысли считывать!

— Мейхар, начинай! — велел «герой» моих кошмаров вместо ответа, и его спутник сделал ещё один шаг в мою сторону.

— Я после этого хоть что-то о своей жизни буду помнить? — спросила, отступая и параллельно пытаясь направлять потоки энергии фантомам умерших, которые находились в поле моего зрения. Это проще, чем вызывать души из-за завесы, хотя результат в таком случае сложно предсказать.

— А зачем? Начнёшь жизнь с чистого листа, — сухо ответил король, давая понять, что после работы его человека от моей личности не останется ничего, кроме способностей. Я стану просто удобным исполнителем чужих прихотей!

— Почему вы сразу меня не убили? Тогда, вместе с мамой! — Злость победила страх и прорвалась сквозь все остальные эмоции.

— Ошибся. Думал, ты умерла, — пожал он плечами, разозлив ещё больше.

Мейхар был уже совсем рядом, я попыталась убежать, но вдруг поняла, что не могу сдвинуться с места. Когда менталист подошёл вплотную и потянулся к моим вискам, я закрыла глаза, снова щедро зачерпнула силу изнутри и буквально вытолкнула её в фантомы, пропитав злостью и отчаянием от осознания собственного бессилия.

Чужие холодные пальцы прикоснулись к моему лбу, но тут раздался звон бьющегося стекла, и Мейхара снесло куда-то в сторону. Я испуганно распахнула глаза и испытала огромное облегчение, увидев запрыгнувшего в разбитое окно Никея. В тоже время накатила вдруг такая сильная слабость, что я с трудом удержалась на ногах.

Никей набросился на поднявшегося Мейхара и снова сбил его с ног. Король кинулся к ним, но дорогу ему вдруг перегородили фантомы окружавших монарха мертвецов, которых почему-то становилось всё больше. Только сейчас они уже были не тусклыми и плоскими, а насыщенными, объёмными и практически не отличались от живых людей. Теперь фантомы-призраки двигались и выглядели совсем как Мириэла. И, судя по ошарашенному взгляду короля, их видела не только я. Они даже что-то говорили на повышенных тонах, медленно наступая и окружая явно испуганного убийцу. Вот только слов я разобрать не могла.

Слабость становилась всё сильнее, голова кружилась, ноги подкашивались. Присмотревшись, я поняла, что к каждому фантому от меня тянется едва заметная прозрачная ниточка, питавшая их моей энергией. Они-то и забирали силы. Как это прекратить я не знала, и просто упала, когда больше не смогла стоять. В дверь с силой заколотили, а ко мне подбежал Никей с синяком и рассечённой бровью, успевший расправиться с менталистом. Оценив ситуацию, он испуганно велел:

— Остановись! Прерви связь, сейчас же! Они тебя «высосут»!

— Как? Я не умею, — пробормотала, пытаясь вспомнить бабушкину инструкцию во всех подробностях. Но о подобном эффекте там не упоминалось. Наверное, проблема в том, что в самом начале я от этой инструкции несколько отошла.

Никей выругался и склонился надо мной, положив ладони на солнечное сплетение. По телу прошла волна тепла, и стало немного легче.

— Что с королём? — спросила, опасаясь, что он сейчас на нас набросится. Из своего положения мне его не было видно.

— Он немного занят, — проворчал Никей, продолжая свои манипуляции. — Не знаю, что ты сделала, но тут, похоже, собрались всем духи его рода. И, кажется, проводят воспитательную беседу, а надо бы — порку!

— Чёрт! Ничего не получается! — тоскливо выдохнул он ещё через несколько секунд, не скрывая отчаяния, а я снова почувствовала себя хуже.

— Нужно как-то разорвать эти нити, только не знаю как.

— Какие нити? — В голосе бывшего целителя проклюнулась надежда.

Я путано объяснила, и Никей немного оживился.

— Призрачные нити? Попробуй их просто мысленно перерезать! Давай же! — нетерпеливо велел он, держа меня за руку и периодически оглядываясь в сторону скопления фантомов, отделяющих нас от короля.

— Почему мысленно?

— Они нематериальные — не один обычный предмет их не возьмёт. Просто представь, как берёшь нож и режешь. Ну же, быстрее, ты слабеешь!

Это я ощущала и без напоминаний. Только перед глазами уже всё расплывалось. Мне стоило большого труда сконцентрироваться на скоплении тонких прозрачных нитей и мысленно занести над ними огромный острый тесак. И всё же метод вызывал сомнения.

— Почему это должно сработать?

— Потому что это твоя магия, твоя сила, и ты здесь хозяйка! Заставь её покориться! Ты сможешь! Ну давай же, Лена, давай! — отчаянно выкрикнул Никей, и тесак резко опустился вниз, на лету обрывая нити.

Они полопались и исчезли, но фантомы никуда не делись, разве что поблекли и расступились. А когда дверь, в которую кто-то продолжал колотить, сорвалась с петель, впуская королевских карателей из охраны, их взору предстала поразительная картина: рыдающий король, стоящий на коленях перед несколькими поколениями своих предков, включая убитого им брата. А в следующую минуту, обессиливший организм меня подвёл, и сознание отключилось…

Очнулась я уже в королевском госпитале, куда меня доставили в тот же вечер. Чувствовала себя значительно лучше, и после беседы с карателем, состоявшейся в присутствии жениха, согласилась на просмотр воспоминаний о сегодняшнем инциденте и о том, что произошло тринадцать лет назад. Никей убедил, что отслеживать будут только определённые временные промежутки, а процедуру проведёт друг его отца и беспокоиться не о чем. Король после пережитого потрясения признался в убийстве брата и попытке избавиться от племянника, но по факту он всё ещё пребывал в неадекватном состоянии, а поиски принца продолжались, так что требовалось внести ясность…