Глава 21

— Наконец-то… — пробормотала я, когда Асмодей вернул нас в замок.

— Наконец-то ты зажгла звезды и справилась со своей миссией? — вскинув брови, уточнил властелин.

— Наконец-то я могу принять нормальную, человеческую ванну! — фыркнула я, и не дожидаясь предложения потереть спинку, скрылась за дверью, ведущей в санузел.

С наслаждением скинула с себя тряпки и опустилась в быстро набиравшуюся горячую воду. Ммм… блаженство.

Зажмурившись, некоторое время я лежала, ни о чем не думая, а просто наслаждаясь, но вскоре мысли снова вернулись в мою голову.

Получилось. У меня и девчонок действительно получилось одолеть Тьму и зажечь звезды!

Правда, несмотря на монументальность события, куда больше меня сейчас волновало другое.

Ведь теперь я замужем!

Пока сидела в темнице и сражалась с Тьмой, времени думать об этом как-то не было, но сейчас я осознала всю ситуацию до конца.

Муж, жена — все это звучало странно. Особенно с учетом того, что всего месяц назад у меня даже парня не имелось, не то, что жениха.

Но, пожалуй, новый статус мне нравился. Ведь я действительно смогла полюбить Асмодея за столь короткий срок, и теперь мало представляла свою жизнь без него.

А еще возможность перемещаться между мирами…

Я смогу познакомить Асмодея с родителями, перевезти нормальную одежду, вместо этих платьев, а потом, когда мы решим завести ребенка…

Ой нет, об этом лучше не думать. Как по мне — еще слишком рано. Я детей не особо любила и к их созданию стремилась меньше всего, хотя сам процесс мне нравился.

Стоило подумать об этом, как за спиной возникли крылья, и от неожиданности я вскрикнула. Дверь распахнулась, в ванную ворвался Асмодей.

— Что? Где? — спросил он, оглядываясь по сторонам.

На его ладонях плясало черное пламя.

Потом он заметил меня с крыльями и хитро прищурившись, проговорил:

— Чем это таким ты тут занималась? Фантазировала обо мне, да? Так может, исполним твои мечты?

И он плотоядно облизнулся.

Крылья трепыхнулись, расплескав воду и облив Асмодея с ног до головы.

— Если хотела, чтобы я снял одежду, то могла бы попросить, — ухмыльнулся властелин, скинув с себя мокрые тряпки. — Хочешь, потру тебе спинку?

Если честно, при виде обнаженного Асмодея, мне захотелось, чтобы он потер мне что-нибудь другое.

Властелин мои желания уловил — тут же оказавшись рядом он склонился, поцеловав меня.

Руками я обвила его плечи, чувствуя под ладонями крепкие тугие мышцы.

— Ты так восхитительно пахнешь, — прошептал Асмодей мне на ухо, глубоко втянув носом воздух.

Забравшись в ванну (благо ее размеры такое позволяли), он принялся покрывать поцелуями мою шею, спустился ниже, лизнув впадинку между ключиц. Я выгнулась ему навстречу, прижимая крепче к себе рогатую голову.

Мысли спутались, мир вокруг закружился.

Такого между нами прежде не происходило. В касаниях Асмодея, в его ласках и рычании сейчас была не голая страсть, или жадность (хотя и это тоже), но и невыносимая нежность.

Сейчас я чувствовала, насколько дорога ему, как он боится меня потерять и отвечала тем же, отдаваясь ему до конца, до последней капельки своей души. Отдавая ему свою душу, как уже отдала тело.

В какой-то момент, открыв глаза, обнаружила, что мы висим в воздухе. Мои крылья плавно шевелились в такт движений Асмодея, а его хвост обвивал мне талию, прижимая к властелину еще крепче.

Ладно, пожалуй, эти крылья не так уж и бесполезны.

После ванной мы переместились в спальню и долго лежали на кровати, под одеялом, просто сжимая друг друга в объятиях.

Крылья, к удивлению, не особо мешали, сложившись за спиной, но не исчезнув.

Джон валялся в наших ногах и дремал, дополняя идиллическую картинку счастливой семейной пары.

— А как ты накажешь тех велиаров? — спросила я, потянувшись.

— В смысле? Я убью их за то, что посмели тебя тронуть. Очень-очень медленно, — небрежно уронил Асмодей.

— Но ведь теперь у тебя есть душа и ты впустил в себя свет…

— Хм… — властелин призадумался. — Хорошо, я убью их быстро.

— Асмодей! Они просто хотели избавиться от боли!

— То, что я впустил в себя немного света еще не значит, что я превратился в сопляка, ценящего чужие жизни, — скривился властелин. — Особенно, если это жизни моих врагов.

Впрочем, спустя полчаса споров, закончившихся жаркими поцелуями, Асмодей чуть смягчился.

— Хорошо, — проговорил он, щурясь, словно сытый кот. — Если они действительно хотели избавиться от боли, а не захватить власть, то я могу выслать их в Рэйлин, за пределы Даркхэсса.

Я кивнула, соглашаясь с таким решением.

Уже позже, когда Асмодей исполнил приговор, оказалось, что избавиться от боли хотел лишь один из оставшихся двух, тот самый, что говорил со мной в темнице. Другой рассыпался прахом, едва переступив незримую черту, а о желаниях третьего мы никогда и не узнали, ведь я развеяла его еще в замке.

В ту ночь мы так и уснули, держа друг друга за руки, а уже утром властелин рассказал мне о том, что узнал от Тьмы:

— После победы созданий света, она была сильно истощена, и это вынудило ее залечь в самых глубинах Грани. Велиары думали, что она спит, однако это было ошибкой. Тьма билась внутри своего сознания, но у нее не хватало сил что-то предпринять. А взять эти силы было неоткуда, ведь до появления Излома Грань существовала отдельно от трех других миров…

— Разве она не питается страданиями, коих предостаточно в Грани? — уточнила я.

— Питается, — кивнул властелин, — но ей нужны страдания детей света, а не ее собственных. В общем, Тьма была в ловушке, из которой не должна была вырваться… однако она смогла найти запасной путь.

— Излом?

— Именно. Год за годом она делала брешь в пространстве, в той единственной точке, где между Гранью и Рэйлином не стоял Ад. Сперва это была маленькая щель, сквозь которую Тьма пускала свои ростки, постепенно набираясь сил. Тысячу лет она травила ядом вражды и злости своих самых заклятых врагов, драконов. Тьма понимала, что пока создания ветра, льда и пламени находятся в гармонии друг с другом — ей не победить, поэтому успешно совмещала приятное с полезным.

Асмодей примолк, размышляя.

Я тоже задумалась. Если честно, не слишком знала, как обстоят дела в Рэйлине, ведь большую часть времени провела в замке властелина. Но вроде он упоминал о вражде ледяных и огненных драконов… выходит, ее причиной была Тьма?

— Когда я нашел Излом и воплотил свой замок в Рэйлине, частички Тьмы выплеснулись из Грани, — продолжил властелин. — Но они не вернулись обратно, как все считали, а остались, распылившись по миру, чтобы продолжать ломать его, стравливать народы и заставлять существ убивать друг друга. Признаться, она неплохо поработала…

— Ты говоришь так, будто она тебе нравится, — вскинула брови я.

— Тьма достойна уважения, — пожал плечами Асмодей. — Но несмотря на старания, ей все равно было мало силы, ведь вторая ее часть, оставшаяся в Рэйлине, не могла отдавать ей то, что собрала, не вызвав этим излишние внимание…

— А потом пришла Эсми, — скривилась я. — Что она сделала?

— Эсми… — властелин вздохнул. — Она довольно долго жила в Рэйлине, а еще она полюбила меня и первой получила душу. И отдала эту душу Тьме в обмен на ее помощь. Это и стало финальным толчком. Тьма, можно сказать, «проснулась» — обрела способность действовать, а не просто исподтишка наблюдать и строить козни…

От упоминания души у Эсми я вздрогнула. Жаль. Жаль, что она выбрала не ту сторону и не тот путь.

— Сперва она принялась за драконов, потом за тебя, — продолжил Асмодей, крепче сжав мою руку. — Нападала, забирала силы и тут же исчезала. Пока ты сражалась с ней в Грани, другая часть Тьмы, отделенная ей еще в самом начале, пыталась одолеть своих злостных врагов здесь, в Рэйлине. Но драконы победили, вернув Тьму за Грань. А затем и ты одолела ее, уже до конца…

— Мы, — поправила я его. — Мы одолели.

— Мы, — чуть помявшись, согласился Асмодей. — Свет… наш и тех, кто сражался с ней в Рэйлине… он не просто лишил Тьму сил, как было в прошлый раз. Он ее успокоил, усыпил. По-настоящему. Потому что в прошлый раз с ней сражались воины с помощью магии. В этот же с ней боролись девчонки с помощью своей любви. А против любви бессильны и Свет, и Тьма.

Я подняла голову, глянув на властелина. После столь близкого знакомства с Тьмой он вырос. Не в плане физическом (куда еще, и так каланча), а в плане моральном. Асмодей стал мудрее и серьезнее, и мне очень это нравилось.

— Б-р-р… неужели я действительно сказал это вслух? — передернулся властелин, разрушив все очарование момента. — Сделай вид, что не слышала.

Заснули мы так же — в объятиях друг друга, а проснулись от того, что жалобно скулящий Джон прыгал по кровати.

— Эта зверюга такая шумная, — поморщился Асмодей, поднимаясь. — Отдыхай, я с ним погуляю.

— Я уже выспалась, — пожала плечами в ответ.

Перед прогулкой мы решили заскочить на кухню, чтобы взять хлеба с мясом, а после устроить импровизированный пикник на свежем воздухе. Но возле дверей спальни нас ждал сюрприз. Точнее, я бы назвала это неприятностью — какая-то суккубара сидела прямо на полу, привалившись к стенке, и кажется дремала.

О, нет, надеюсь, она не поклонница Асмодея…

— Господин! — увидев нас, рогатая подскочила, одергивая платье. — Могу я вас кое о чем попросить?

И она почтительно поклонилась. Дворцовый жест мало вязался с помятым внешним видом — суккубара отлежала щеку, а на подбородке у нее блестели слюнки. Она что, всю ночь тут торчала?

— Слушаю, — кивнул Асмодей, пребывающей явно в хорошем расположении духа.

Еще бы, ведь у меня оно тоже было преотличное, а значит трепать нервы пластилину сегодня некому.

— Я… — суккубара замялась. — Я хотела бы… покинуть замок.

— Ты думаешь вернуться за Грань? — вскинул брови Асмодей.

— Нет, но я кое-кого встретила и хотела бы жить в Даркхэссе вместе с…

Договорить она не успела.

Коридор, секунду назад бывший длинным и абсолютно ровным, вдруг превратился в огромную лестницу, по которой кубарем летело нечто здоровенное. Это нечто отчаянно ругалось, не скупясь на выражения.

Наконец, ступеньки закончились и у наших ног приземлился… эээ… велиар? Хотя нет, рога у незнакомца были крупнее, да и масса тела… куда больше он напоминал классического демона.

Мужчина потер ушибленный лоб, и я могла поклясться, что камни замка в этот момент гнусно захихикали.

— Что ты тут забыл, демон? — спросил Асмодей, зажигая на ладони черное пламя.

О, значит, я угадала. А еще, духовный рост властелина прямо-таки на лицо — он теперь хоть вопросы задает, прежде чем начать убивать.

— Подождите, господин! — вскинулась суккубара. — Не надо.

— Отпусти ее немедленно, рогатый! — взревел пришедший в себя демон.

С учетом его лба с двумя огромными отростками, определение «рогатый» показалось мне спорным.

Дальнейшую драку со смертоубийством нам с суккубарой удалось остановить только совместными усилиями. Я повисла на Асмодее, пытаясь уговорить его не убивать демона вот прям сейчас.

Дьяволица — на демоне, что-то жарко шепча ему на ухо. Вид у них при этом был таким интимным, что сразу стало понятно — кто, почему и как.

Наконец, когда оба мужчины успокоились, нам удалось спокойно обсудить происходящее. Ну как спокойно — демон нет-нет, да и порывался придушить властелина. А у Асмодея то и дело по пальцам пробегала черное пламя, так что мне приходилось крепче сжимать его руку.

Выяснилось, что Гриттус (так звали демона) вместе с каким-то эльфом (ненавижу эльфов) проникли в замок, пока мы были в Грани. И если эльф потом успешно свалил восвояси, то Гриттус остался, потому что взаимно влюбился в суккубару, Исти.

А сейчас она пришла просить Асмодея отпустить их обоих из замка, чтобы они могли жить вместе.

— И что, вы думаете, будто я так просто выпущу того, кто вторгся в мой дом? — вскинул брови властелин. — На подобное у меня один ответ. Смерть.

Он сейчас был таким суровым и хмурым, что хотелось его укусить. А потом поцеловать, но укусить все же больше.

Впрочем, прежде чем спор успел начаться по новой, ситуацию спас Джон. Заскулив, он стал облизывать руку Асмодея, глядя на него жалобными глазами.

— Да-да, уже идем, малыш, — вздохнул властелин, потрепав его между ушей, а потом развернулся к сладкой парочке: — В ваших интересах свалить отсюда, пока меня нету. И да, можете не возвращаться в Даркхэсс…

— Но я же умру, — побледнела Исти, а демон напрягся.

— Не умрешь, если в тебе есть свет, — фыркнул Асмодей. — Для таких слабаков объявлена амнистия, им не место в Грани.

— Спасибо! — кинулась благодарить его суккубара, но властелин уже взял меня за руку, и мы оказались за пределами замка.

На бал, устроенный Кароль, мы все-таки попали, хотя я и сомневалась, что Асмодей выпустит меня из постели. Тем более, что после Тьмы, мне пока даже не хотелось пользоваться подарком Ариуса, и целыми днями мы с властелином купались в теплом море, устраивали завтраки на природе, или просто валялись, обнимаясь. Ну и любили друг друга, ясное дело.

В общем, вели себя как вполне нормальная супружеская пара в медовый месяц. За исключением хвостато-рогатости Асмодея и с периодичностью проявлявшихся у обоих крыльев.

А в перерывах между всем этим, я переписывалась с девчонками, обсуждая то, что с нами приключилось.

Спустя неделю после зажжения звезд, властелин разбудил меня, со словами:

— Собирайся, соня.

— Куда? — ничего не поняла я сперва.

— Как куда? — хмыкнул Асмодей. — На бал.

Ага, точно. Неужели это уже сегодня?

— Надеюсь, ты больше не собираешься убить там всех? — уточнила, на всякий случай.

— Только если они не станут меня бесить, — ухмыльнулся Асмодей.

Много времени на сборы не потребовалось — я быстро переплела волосы, выбрала красивое голубое платье и нацепила на Джона галстук-бабочку.

Теперь они с Асмодеем походили, как братья-близнецы.

— И вот еще, не забудь, — перед тем, как переместиться, властелин протянул мне подбитый мехом плащ.

Сперва я не поняла, к чему это, ведь тут стояла совсем не зимняя жара, но спустя десять минут осознала его правоту.

Фриггасс не зря был обителью ледяных драконов — кругом тут лежал снег, а мороз щипал щеки. Б-р-р… бедная Кароль. Как она жила здесь все это время?

Впрочем, оказалось, подруге еще долго придется терпеть холод, ведь когда мы встретились, после долгих объятий, слез и поцелуев, выяснилось (хитрюга специально не упоминала об этом в письмах, дабы сказать лично), что она ждет малыша от одного из ледяных драконов.

Причем последний бегал вокруг нее так, будто она вдруг стала стеклянной.

Другие девчонки тоже времени зря не теряли и пока я торчала в замке Асмодея смогли найти себе приключения. Мира ушла недалеко от Кароль, захомутав себе еще одного дракона. Светик теперь стала Светланой Некромантовой, навсегда избавившись от опеки своей (если уж говорить начистоту) токсичной и деспотичной мамы. Сашка же связалась… сперва я подумала, что это Гриттус, но нет, она нашла себе какого-то другого демона, просто такого же здоровенного.

Ну а Глаша… ох, вот кого бы были рады видеть мои родители у себя в зятьях. Ее муж (ладно я, меня заставили, а они-то когда все пережениться успели?) отличался венценосным благородством и острыми ушами, которые мне захотелось потрогать. Но делать этого я, разумеется, не стала.

Сам праздник заставил меня прослезиться — бал был не только Новогодним, но еще и брачным. И глядя на то, как Кароль со своим драконом дают друг другу клятвы верности, глаза сами увлажнились. Романтично-то как… надо бы тоже потом нечто подобное устроить, чтоб по-человечески, а не по-велиарски было…

— Мне убить их? — склонившись, тихо прошептал Асмодей, стоявший рядом.

— Чего? — озадачилась я, шмыгнув носом.

— Они заставляют тебя плакать, — пояснил властелин.

— Дурак, это от счастья, — ответила, разрыдавшись окончательно.

Остаток вечера прошел весело — мы много болтали, обсуждая случившееся, делились впечатлением и планами на будущее. Кароль показывала нам маленькие носочки, которые уже приготовила для своего будущего ребенка. Светка — хвасталась умением управлять животными. Я тоже хотела продемонстрировать нечто эдакое, но во Фригассе магия Грани слабела, а Джон подходить отказался — он терся у ног Асмодея, что подкармливал его вкусняхами со стола.

Обратно мы с властелином добирались уже обычными средствами передвижения — на карете, которую нам любезно выделил дракон Кароль — ведь властелин все чары потратил на перемещение сюда.

Кроме кареты Эридан снабдил нас огромным запасом провизии и прочим необходимым. Предполагаю, что мотивы такой щедрости заключались в его нежелании видеть Асмодея на своих землях.

Как заметила, властелина в принципе многие недолюбливали (мягко говоря), да и он сам продолжал зыркать на всех букой, и сыпать обещаниями мучительной смерти. Но мне было все равно — я-то знала, каким он может быть.

Когда мы вернулись в замок, я воспользовалась даром Ариуса и познакомила Асмодея с Вовчиком, родителями и компьютером.

На этом наш затянувшийся отпуск закончился, и мой рогатый супруг приступил к тому, что обещал Ариусу — стал настоящим Властелином Грани. Каждый день он спускался туда, чтобы проверить Тьму, а еще объявил всем жителям этого мира о возможности покинуть его.

Иногда велиары и суккубары использовали этот шанс, останавливаясь на пару дней у нас, но такое оказалось больше редкостью, чем постоянством.

Детям мрака было трудно впустить в себя свет, а заниматься миссионерской деятельностью Асмодей не спешил.

Что же касается меня… я просто наслаждалась каждым мгновением, проведенным рядом с мужем и благодарила Вовчика с Ариусом за ту бутылку, что привела меня и подруг в Рэйлин.