Глава 32

Остальные пятеро мгновенно вскакивают со своих мест и пригибаются в боевых стойках. Их лица меняются, но не в прямом смысле, никто не покрывается шерстью, клыки не отрастают, или еще что–то подобное не происходит. Нет. В этом плане они все так же носят личину людей.

Но выражения их лиц, желтые глаза, в каждой паре из которых сейчас разгорается поистине адский огонь – это что–то очень страшное и по–настоящему звериное.

Неосознанно делаю шаг назад, мои инстинкты буквально кричат бежать отсюда, бежать, не оглядываясь, а потом прятаться и молиться, чтобы звери не нашли, не выследили и не сделали своей добычей. Волна спокойствия ушла от меня вместе с Адрианом. Но бежать я не могу.

– Тихо–тихо, не паникуй раньше времени, – Я натыкаюсь спиной на одного из охранников, и его руки останавливают меня, – он справится. По крайней мере, я надеюсь на это. Адриан не рядовой оборотень, его гены не так просты. И при всем при этом он порой больший человек, нежели некоторые из нас.

Поворачиваюсь к охраннику и смотрю на него вполоборота. Лицо совершенно обычное, глаза светлые, волосы коротко острижены, нос картошкой. Совершенно непримечательная личность кроме разве что своей шкафоподобности, из–за чего он, очевидно, и получил эту работу.

Открываю рот и сразу же его закрываю, передумывая заговаривать с охранником. Он явно меньший человек, чем Адриан, раз не выпустил меня изначально.

– Ах, – поворачиваюсь обратно и невольно восклицаю, закрывая в ужасе рот.

На полу находится натуральный клубок из тел. Их движения хаотичны и невероятно быстры, сложно уследить моим зрением, но ясно одно: в самом центре Адриан, и ему тяжело.

Мое сердце судорожно сжимается от страха. Причем из–за страха не потому, что в случае проигрыша Адриана я буду трофеем пятерых, а за жизнь самого Адриана. Мне страшно, что я больше никогда не заговорю с ним, не буду иметь возможность разозлиться и обидеться, и совершенно точно случайно не встречусь на улице.

Сильно–сильно зажмуриваюсь, пытаясь представить как в детстве, если я чего–то не вижу, то его нет, кошмар сам уйдет. Но звуки борьбы не дают провалиться в спасительную иллюзию.

– Бах!

Раздается оглушительный звук, и я невольно открываю глаза пошире. На первый взгляд в помещении ничего существенно не поменялось, но, присмотревшись, я вижу, как тяжелое кресло откинуто в стену, а под ним виднеются чьи–то ноги. Больше интуитивно, нежели разумом, определяю, что ноги принадлежат не Адриану.

Это обнадеживает, и вот я уже могу вздохнуть полной грудью, немного ослабив внутренний страх. Адриан вырубил одного, осталось четверо.

Клубок из тел начинает передвигаться, их движения становятся еще более хаотичными и непонятными, кто–то хватает стул, Адриан его отбрасывает, и остатки деревянного изделия приземляются у моих ног.

– Так, красавица, давай–ка за нами становись, – произносит охранник, который со мной раньше разговаривал, – нас не погладят по голове, если ты случайно пострадаешь.

– Нет! – восклицаю я, но моего мнения не спрашивают. Снова.

И теперь я вынуждена стоять за двумя широкими спинами. В просвете между ними едва ли можно что–то различить, но вот, кажется, еще одно тело отлетает к стене и больше не поднимается.

«Три. Осталось всего три», – мысленно подбадриваю себя и Адриана.

Еще с двумя он быстро разделывается. Остается последний, самый опасный, Адриас, кажется. Даже с моего места видно, как шатаются оба оборотня, но все же Адриану как будто сложнее.

– Ты едва стоишь на ногах, сдавайся, – говорит Адриас.

– Ты не лучше.

– И все же не из моей головы хлещет кровь.

Я в ужасе слушаю их диалог, мной овладевает иррациональное желание что–то сделать, и я проскакиваю в просвете между охранниками, сосредоточенными на драке и не ожидавшими от меня подобного маневра.

Но как–то помочь я не успеваю. Адриан наносит точный удар по Адриасу, от чего тот падает на колени.

– Чтоб тебя, – произносит он, хватает один из многочисленных обломков мебели и швыряет им в меня прежде, чем упасть и больше не подняться.

Впрочем, я этого уже не вижу, так как присоединяюсь к лежащим на полу телам…