Глава 36

Его вопрос действует на меня словно удар пыльным мешком по голове. Все–таки Адриан жаждет избавиться от меня. Спасет в очередной раз и снова потеряется по своим делам. Не зря я спокойно выехала за территорию особняка. Может быть, Адриан даже наблюдал за этим, а позвонил исключительно для того, чтобы успокоить свою совесть.

– Ты меня спрашиваешь? На меня ответственность перекладываешь?! – злость поднимается во мне волнами. – Ты зачем приехал? Зачем вчера дрался? Было столько возможностей избавиться от меня! Еще в больнице! Ты ведь там не зря появился, благодаря тебе я выжила после реакции организма на блокиратор, – осеняет меня догадка.

Паззл собирается в цельную картинку. Наконец–то. Не хватало буквально одной детали, учитывающей сущность Адриана. Теперь ясно, как он смог меня усыпить. Видимо, двуликие владеют разными фокусами, не только силой, скоростью и ускоренной регенерацией.

– Опусти меня на землю и уходи. Я как–нибудь сама справлюсь, – добавляю, окончательно сдувшись. – Не надо взваливать меня на себя.

– Амели, замолчи, – произносит Адриан с болью в голосе и неожиданно затыкает мне рот поцелуем.

Этот поцелуй нельзя назвать нежным, он пропитан отчаянием, болью и злостью. А еще страстью, симпатией и влюбленностью.

Последнее, конечно, от меня. Так же, как и отчаяние по этому же поводу. Ужасный коктейль из противоречивых эмоций. Главное, не трансформировать влюбленность в любовь. Если я полгода не могу излечиться от легкой версии, что же будет со мной, вляпайся я по–жесткому?

– Успокоилась, умница, – говорит Адриан, отстраняясь. – Теперь идем к моей машине. Я понесу тебя на руках, это не обсуждается.

Как будто я бы сопротивлялась. Да я с мазохистским упорством наслаждаюсь каждой секундой нашей близости. Уже представляю, как потом буду вспоминать эти моменты и грустить.

– Сзади или спереди предпочитаешь сидеть? – интересуется оборотень перед внедорожником. – О машине своего друга не переживай, ее заберут.

– Я не переживаю. Отец Пети для сыночка постарается, он всегда так делает, – отвечаю бесцветным голосом. Эмоциональные качели высосали из меня все соки. Хочется свернуться калачиком и долго–долго лежать, чтобы никто не трогал. – Давай сзади посижу.

– Хорошо, как скажешь, – вежливо произносит Адриан и аккуратно усаживает меня в автомобиль. Не подозревала, что в нем столько ловкости и нежности. – Я тебя пристегну, для твоей же безопасности.

– Я не угоняла тачку Пети, он мне сам разрешил на ней поехать. И управление не теряла, я аккуратно припарковалась у обочины. Насколько вообще может это сделать аккуратно человек без водительских прав и с бензином на нуле, – принимаю последнюю фразу Адриана за скрытый намек.

– Я не думал о тебе плохо. И ты аккуратно вела, молодец. Можно будет получить права, если захочешь, – говорит оборотень и отъезжает от обочины.

– Обязательно, когда–нибудь я так и сделаю, – кривлюсь на его слова.

Как будто у меня есть время и деньги получать права.

– Я не хотел, чтобы ты уезжала. Я не был автором идеи дать тебе покинуть особняк. Но и ограничивать тебя я не хотел, запирать или еще что–то. В этом была моя ошибка, – говорит вдруг Адриан, бросая взгляд на меня в зеркало заднего вида. – Я слишком понадеялся на кодекс чести, был уверен, что тебя никто не тронет, пока я восстанавливаюсь. И как только до конца пришел в себя, кинулся тебя искать, твой телефон был выключен, но ты сама вскоре позвонила. Я был счастлив.