Глава 35

– Вот ушлепки! Нормальный же телефон был! – возмущаюсь в пустоту. – И новый ведь не купят, уроды.

За Петю я не переживаю. У них с отцом странные отношения, ближе к очень плохим, чем к хорошим. Далеки они от понимания друг друга, в общем. Но тем не менее папенька выправит машинку сыночку и наедет на своих дружков с требованием компенсации за порчу чужого имущества. А Петя примет подарок, он ведь не дурак.

И среди всего этого я, сидящая на дереве с простеньким телефоном, который каким–то образом сломали на расстоянии. На глаза наворачиваются слезы, обидно. Еложу попой на дереве, пытаясь принять более удобное положение, и слышу звук порванной ткани.

– Нет! Еще платье порвала! А оно мне нравилось! – вою в полный голос. – Где этот Адриан? Даже спасти меня не может вовремя!

Тут до меня доходит, что телефон вырубился раньше, чем я могла бы скинуть свои координаты, и новая волна истерики накрывает меня с головой. И это я еще прогоняю мысли о том, что я теперь не принадлежу себе. Никто не даст мне уехать на край света подальше от оборотней.

Тем не менее все в нашей жизни имеет конечную точку, и моя истерика в том числе, какой бы сильной она не была. Я постепенно затихаю и уже едва всхлипываю. Моя пятая точка ругается на свою хозяйку, но слезать с дерева страшно: в траве могут быть змеи и пауки. Да и не могу я далеко уйти, Адриану остается ориентироваться лишь на автомобиль при поисках. Сама себя загнала в ловушку.

Настолько погружаюсь в себя, что не сразу замечаю звук чьих–то шагов. Мои руки сами нащупывают перцовый баллончик в сумочке, вчера я о нем забыла, да и вред он принес бы, наверное, мне, а не кучке великовозрастных озабоченных оборотней.

Тем временем владелец шагов останавливается рядом с моим деревом. Он не видит меня, мощная крона, усыпанная листьями, мешает рассмотреть, есть ли кто–то внутри. Но в этом есть и обратная сторона – я тоже не могу увидеть, что за человек пришел за мной.

Сжимаю покрепче баллончик в руке и готовлюсь к атаке. На свежем воздухе у меня меньше шансов причинить вред слезоточивым газом самой себе. Вытягиваю руку ровно на столько, чтобы меня не было видно, но было удобно обороняться, как мое запястье хватают и…

– Ах! – восклицаю испуганно, не успев понять, как я оказалась внизу в чужих руках.

– Аме–ли–и, – Адриан протяжно произносит мое имя. К счастью, это он, а не кто–то еще. – Аме–ли–и, – снова повторяет, уткнувшись носом в мою голову, – живая, никем не тронутая.

– Если не считать тебя, то да, – скомкано произношу.

Меня смущает формулировка Адриана. Все же я привыкла считать его человеком, а фраза прозвучала как–то слишком по–звериному. Или я теперь все, сказанное им буду воспринимать в штыки?

– Твоя шишка стала выглядеть хуже, тебя к врачу надо было сразу же, а я валялся без сил.

Теперь Адриан внимательно осматривает мой лоб. Не выдерживаю пристального внимания, я хотела убраться подальше из лесополосы, а не быть на руках у мужчины мечты на самом солнцепеке. Пока я себя жалела на дереве, утро окончательно наступило, а вместе с ним пришла жара.

– Да, а еще я рыдала, лицо опухшее, косметика наверняка поплыла, платье порвано, на попе царапины от веток. И так ясно, что я та еще красавица в данный момент. Может, пойдем уже отсюда? Серьезно. Я устала. Понимаю, ты, видимо, снова жаждал от меня избавиться, но с Петиной машиной что–то сделали, я смогла доехать только до сюда. Помоги мне, снова. А потом я как–нибудь сама, – договариваю и чувствую дикую усталость.

– То есть я тебя сейчас увезу в город и помогу отправиться туда, куда ты вчера собиралась, да? – спрашивает Адриан, с нечитаемым выражением на лице.