Глава 43

Дальше происходит новый акт спектакля. У Ани, правда, очень хорошо получается. Не знаю, чем дамочка зарабатывает себе на пропитание, но если она не актриса, то пора ею становиться. Обиженные красивые стервы с перекаченными губами востребованы в нашем кинематографе. Глубокие роли ей, конечно, не дадут, внешность не та, но один и тот же типаж будет отыгрывать мастерски.

– Я поменяю замки. Сегодня же, – с тяжелым вздохом комментирует уход соседки Адриан. – Я не предполагал, что у нее есть доступ на участок, честно.

– Мне все равно, – качаю головой, на самом деле испытывая в душе жгучую обиду, – я для нее чья–то там сестренка, объект твоей благотворительности, не более. Ты не потрудился меня представить, пусть будет так. Но врача вызови, будь добр, голова болит, и пульсирует внутри все сильней.

– Амели, я не, – с горечью в голосе произносит Адриан, но я его перебиваю.

– Ты не, хорошо, на этом и закончим. Мне когда–нибудь предложат присесть в этом доме? Потому что если нет, то я отправлюсь к себе, мне плевать на гипотетическую опасность, реальное отсутствие комфорта и нормального отношения вредит мне гораздо больше.

Не знаю, какая муха меня укусила, но как будто и не было душевного разговора в машине. И как будто это не я вчера переживала, что никогда больше случайно не столкнусь с Адрианом.

Но он сам виноват. В очередной раз решил за меня с совместным проживанием и не выглядит при этом ни капельку счастливым. Конечно, я ведь нарушаю привычный уклад! К нему теперь не придет в гости симпатичная соседка!

– Все хорошо, сейчас все будет, я растерялся, – тут же винится зеленоглазый и торопится впустить меня в дом.

– И не нужно делать вид, что я здесь не только для того, чтобы мы с тобой не закончили свое существование, как твоя сестра и ее пара, – произношу шепотом в удаляющуюся спину, но Адриан все слышит.

– Но это не так, ты ошибаешься, – говорит он.

– Дом, – киваю на дверь, – я все еще жду.

Оборотень впускает меня внутрь, и я первым делом нахожу глазами диван и занимаю его. Мутит, сил нет даже осмотреться и оценить интерьер моего нового пристанища. А про анализ ситуации в целом и моего недовольства всем на свете я вообще молчу.

– В особняке дерьмовый врач, – бормочу себе под нос, – и лучше бы вместо неспособности уехать далеко–далеко, мне передалась от тебя способность лечить саму себя. У меня сейчас такое ощущение, что вчера били меня, а не тебя.

Прохладные губы оставляют мимолетный поцелуй на моем лбу.

– Ох, да у тебя жар! И так быстро. В лесополосе ты была нормальной температуры, – встревоженно восклицает зеленоглазый.

– Не уверена, мне холодно, – Ищу на ощупь чем укрыться, открывать глаза нет никакого желания. – У тебя нет пледа на диване? Я бы накрылась.

Чувствую, как на мое тело ложится приятная ткань, а дальше все, как в тумане. Должно быть, у меня и впрямь сильный жар, мне все равно, что происходит вокруг, лишь бы боль немного стихла, лишь бы стало теплее.

– Открой ротик, Амели, нужно срочно сбить температуру, врач едет, – словно сквозь вату до меня доносится голос Адриана.

Безропотно выполняю его просьбу и проваливаюсь в забытие…