Глава XXVII

Честно говоря, реакции я не понял. Только удивлённо посмотрел на девушку. Ради справедливости, она на меня тоже смотрела с изумлением.

— Молёбка. Через реку там что находится?

— А-а-а… Ты про аномальную зону, которую под туристов заточили?

Она взяла и натурально закатила глаза. Подняла их вверх, прямо как в каком-то фильме.

— Великое синее небо, увидь моё терпение. А ты, необразованный внук палачей, внимай моим словам. Там место силы манси. Окроплённое кровью и пропитанное мощью. Когда-то там родился один из Древних.

Чего-чего? Вот про каких-то «Древних», я слышал впервые. Да и вообще… Она сейчас сказала, что наш молебкинский треугольник, над которым потешался каждый образованный пермяк, оказался правдой?

— Хозяин тайги там впервые глаза открыл, — проскрипела позади Верпа.

Я оглянулся, смерив взглядом кикимору, которая сидела в розовом спортивном костюме. Пожалуй, надо было указать цвет при заказе доставки, а не оставить это на усмотрение курьера.

— Тот самый, на которого охотился дед?

— Ты сейчас сказал, что твой предок хотел убить одного из Древних? Зачем? Он ведь не шаман!

Вот на этом моменте я сдался и запросил пояснительную бригаду. Слишком уж заметно начал плавиться мозг.

Объяснить мне начали сразу втроём. Хором, перебивая друг друга и пытаясь описать одни и те же вещи разными словами. Но суть уловить всё равно удалось. Если коротко — Древние были сущностями, которые появились в далёкие и незапамятные времена. Ну или вполне себе памятные, но всё равно дикие.

Объединяющая их черта — человеческие жертвоприношения. Вернее — ритуальные убийства в целом. На разнообразных алтарях кого только не резали. От обычных людей до лесной нечисти и разнообразных оборотней. Домашних духов тоже нередко под нож пускали. Всех, кто давал достаточный выхлоп силы.

Именно так когда-то закаляли оружие и то, что мы бы сейчас назвали артефактами. Те самые штуки, которые стали «мечами-кладенцами» из сказок. Ну или магическими клинками, что было не под силу выдернуть из камня.

Побочный эффект — на местах жертвоприношений всё пропитывалось силой. Что нередко приводило к появлению могущественных сущностей. В некоторых случаях — разумных или полуразумных, но чаще всего в самом начале абсолютно диких.

Раньше их были многие сотни. Разных по своей силе и мощи. Некоторые вливались в человеческое общество. Другие оставались жить в дикой природе. Третьих убивали.

Один только момент вызывал вопрос — для духоглядца убийство Древнего было рискованным. Разительно отличающимся от охоты на обычного лесного духа. Потому как в данном случае вероятность сдохнуть самому была зашкаливающей. А вот трофейной силы было совсем немного. Влада пыталась объяснить причину, но я уловил только наличие разницы в форматах. Не могли духоглядцы поглотить всю мощь Древнего.

При этом каждая из подобных сущностей, по сути своей, правила приличной территорией. Поддерживая связь с животными и порой даже умея ими управлять. Что делало даже обычный её поиск крайне сложным делом.

Но эта же особенность превращала Древних в мишени для шаманов. Убийство одного такого существа, делало того, кто нанёс последний удар, властителем территории. Что кардинально расширяло его возможности.

Поэтому, основную часть этих самых Древних, перебили как раз шаманы. Действовали организованным отрядами, загоняли и лишали сущность жизни. Тогда как охота деда на хозяина пермской тайги в таком ракурсе была лишена всякого смысла. Либо мы его не видели.

Вообще, я планировал разделаться ещё с одной парой шишиг. Возможно даже накернить две их «боевые двойки». Но выслушав всё, что обрушила на меня троица спутниц, развернул автомобиль в другом направлении. Припарковал его, недалеко от пекарни и мы вернулись в арендованное авто.

Потом оставалось только заскочить домой и заглянуть в «Тойоту», внутри бардачка которой и правда обнаружился целлофановый пакет с деньгами.

Ну а дальше мы покатили к выезду из города. По дороге остановившись около отделения банка — я наконец заскочил внутрь и, приложив карту к банкомату, закинул на неё максимум, дозволенный суточным лимитом. Сто пятьдесят тысяч.

Выстроив на карте маршрут, я осторожно рулил по улицам. А когда проезжали по краю парка в Индустриальном, машинально повернул голову. И тут же убрал ногу с педали газа, направляя машину ближе к тротуару.

— Ты чего тормозишь? Заметил что?

Шаманка закрутила головой, а сзади заскрипело — когти Беатрис упёрлись в пластик.

— Только не говори, что ты остановился из-за этих людишек, мурр. Всех не спасти. Кто не выжил, тот сам виноват.

— Здесь меня подождите.

Остановив машину, вышел, хлопнув дверью прямо перед самой кошкой. Она может и права в чём-то. Но только чуть-чуть.

В парке было неожиданно зябко. Странно даже. Когда выходил около банка, ощущалось тепло. Теперь вот наоборот — холод. И дымка какая-то странная.

— Тебе чего дядь? Потерялся?

Прекратив оглядываться по сторонам, я нацелил взгляд на тех, из-за кого остановился. Компания подростков. Ну или скорее «юных взрослых» — по восемнадцать им скорее всего уже было. Студенты техникума какого-нибудь, наверное. Или универа.

— Чё пялишься, скуф? Мы за донаты не сосём. Вали отсюда изврат.

— Реально пялится. Игнат, разбей ему хлебальник уже.

— А у нас и бабло как раз закончилось.

— Я видел там в машине тёлочка с ним. Его на перо, её сюда. Две на пятерых, эт маловато. Как раз уравновесит.

Компания из двух девушек и пятерых парней пришла в движение. Как единый живой организм.

Каждый был полностью покрыт наростами. Чёрные, сочащиеся какой-то влагой, с красными пульсирующими прожилками. Как будто я не компанию молодёжи в парке встретил, а инопланетный десант. Это с ними жизнь сделала? Или кто-то специально поработал?

— Перед тем, как начнём, один вопрос. Где вы учитесь? Или живёте? Что вас объединяет?

Они на секунду замерли. Потом самый крупный издевательски заржал.

— Ты социологическое исследование что-ли проводишь? Щас мы тебе покажем социологию на пермский лад. Готовься огребать, терпила.

— Ладно. Давайте попробуем по-плохому, — я достал из-за пояса пистолет, направив ствол в брюхо здоровяка. — Где вы все учитесь?

Занятно, но оружие сработало. Сам он замер, а остальные попятились. Как бы ни была испорчена эта компания, инстинкт самосохранения это не отменяло. А к тому, что у меня окажется пистолет они готовы не были. Бедновата оказалась фантазия.

— В политехе, — пробормотала одна из девушек, не сводя глаз с пистолета в моей руке.

— Каком именно?

— Ну-у… В колледже…

Значит всё-таки из техникума. Что же у них там такого творилось, если молодые студенты стали вот такими? Нельзя так.

Опустив ствол пистолета, я ещё раз окинул их взглядом. После чего ударил нитями. Сразу по всем семерым.

Несмотря на то, что уровень моей силы за последнее время неплохо вырос, тряхнуло всё равно сильно. Прямо вот передёрнуло всего и картинка перед глазами поплыла.

Впрочем, на ногах я всё равно устоял. Благополучно впитав всю трофейную силу. Правда часть из неё тут же пришлось вернуть. Слишком большие дыры в студентах оставили уничтоженные аномалии. Буквально. Насколько это опасно и чем грозит, я не знал. Но предпочёл перестраховаться.

Не забыть бы потом наведаться туда. В колледж этот. Посмотреть своими глазами на то, что внутри творится.

— Ты их очистил. Бесплатно. Даже денег не взял. Что ты за духоглядец после этого?

Захлопнув за собой дверь, я посмотрел на Владу. Это она так издевалась сейчас? Или реально удивлялась?

— Златоокий господин всегда помогает страждущим.

В ответ на заявление кикиморы, шаманка коротко хохотнула. А я тронул машину с места.

Через двадцать минут мы уже оказались на выезде из города. Спустя ещё десять впереди показался полицейский пост. И вот тут я пожалел, что не оставил пистолет дома. Вместе с гранатами. Во время перепалки в парке, он здорово пригодился. Зато теперь мог послужить источником неприятностей.

Как назло, нас ещё и остановили. Парень в форме махнул жезлом, показывая, что надо затормозить.

Правда не успел он подойти к водительской двери, стекло которой я заранее опустил, как рядом послышался мужской голос.

— Дуй на пост, старлей. С этими я сам.

Причина была очевидной — тяжело подбежавший мужчина в форме капитана, был не совсем человеком. Оранжевые глаза с вертикальными зрачками, шерсть на щеках, которая совсем не напоминала щетину.

— Настоящий духолов… Я уж думал, никогда такого не встречу.

Он медленно наклонился к окну, чтобы посмотреть на меня. И заметил Владу. Выражение лица тут же поменялось. Сначала на испуганное, а потом на изумлённое.

— Шаманка в свите златного воина? Ничего себе… Мне ж и не поверит никто…

Голос прозвучал как-то расстроено. Как будто он и в самом деле намеревался об этой встрече кому-то рассказывать.

— И ничего страшного. Всё равно поговорить об этом, ты не сможешь.

Сама Влада уже открывала рот. Да и Верпа, наверняка собиралась выдать одну из своих фраз про «юного господина» с заднего сиденья. Поэтому, я поднял правую руку, обрывая их. Сам же посмотрел мужчине в глаза и продолжил.

— Не знаю, кому ты служишь и чего стоишь. Но прямо сейчас в Перми льётся кровь. Независимо от того, кто и что тебе скажет, победителем в конце всё равно выйду я. Сдашь меня — заберу твою жизнь.

Опыта запугивания людей и угроз, у меня считай что не было. Особенно, если речь шла о ком-то в форме офицера полиции.

— Как вы могли подумать, Ваше Златешейство! Денно и нощно готовы нести мы службу. Одно ваше слово и каждый станет в ряды армии, чтобы нести боль врагам вашим!

Вот это он зарядил. Я думал, таким слогом только Верпа горазда изъясняться. Ан нет — вон, тоже стоит и шпарит, как заведённый. В ряды армии он видите-ли готов встать. Может и правда войско своё развернуть?

— Номер свой оставь. Понадобишься — свяжусь.

Тот коротко кивнул, принявшись что-то писать на листе бумаги. Потом всучил мне.

— Может вам сопровождение нужно? Я могу поехать впереди, тут меня коллеги прикроют.

— Не нужно, — качнул я головой. — Держи язык за зубами и будь на связи.

Подняв стекло, я тронул машину с места. Только теперь поняв — во мне действительно что-то изменилось. Возможно это просто была реакция разума на появившиеся способности. Но если так, она оказалась неожиданно мощной. Сейчас я отдавал приказы с внутренним ощущением, что всё правильно. И это абсолютно нормально, что крепкий мужчина в форме, с погонами капитана, лебезит и склоняет голову. Мол, если прикажу чечётку станцевать — он должен немедленно приступить.

— Стоило принудить его к присяге. Или убить.

— Соглашусь с шаманочкой, мурр. Надо было легонечко подрезать ему горло. Самую малость.

Вот с чего они такие кровожадные все? Где тут вообще логика.

— И ты меня ещё называла кровавым палачом?

Я покосился на Владу, а та недовольно поморщилась, нахмурив брови.

— Это другое. Ты не понимаешь.

Хорошо, мужланом хотя бы вдогонку не назвала. Уже неплохо.

— А далеко туда ехать, мурр? До вашей Мольбертовки?

— Молёбки! — тут же вклинилась шаманка. — И я понятия не имею. Хозяин твой пусть в телефоне глянет.

Точно не пермская. Даже я, после того, как стало понятно о чём речь, мог назвать приблизительное расстояние. Сейчас же, карта показывала точную дистанцию.

— Сто семьдесят километров. Часа три где-то.

— А мы что, вертолёт в аренду взять не могли? Или что-то с кроваткой, мурр? Какие вы все бессердечные… Придётся спать на твёрдом.

Дважды повторять кошка не стала — свернувшись клубком, затихла на заднем сиденье. Брюнетка задумчиво уставилась в окно, а кикимора по своему обыкновению молчала.

Мне же представился ещё один случай подумать. Тем более, после поглощения монет, что заряжались на девятом этаже больницы, я практически не чувствовал усталости. Вернее, совсем её не ощущал. Видимо сказалась колоссальная доза энергии, полученная за один раз. Будь каждая батарейка заряжена не на четверть, а полностью, я бы глядишь вовсе добрался до двенадцатого ранга или выше.

Сколько их существует всего, Беатра не признавалась. Говорила, что мол не помнит доподлинно. Но по её же словам, выходило, что несколько десятков. Правда в обычных условиях, путь от условной единицы до десятки проходил куда как медленнее. Может у меня из-за этого мозги и подплавились? Из-за скорости роста?

И как так всё-таки вышло, что я прошёл инициацию в тридцать два года. После случайного столкновения на парковке. Хм. А было ли оно и правда случайным? Кошка объяснила выпавшую монету, тем что сила сама ко мне потянулась. Но насколько это правдиво? Вдруг тут тоже есть подвох?

Два с половиной часа я крутил в голове разнообразные идеи и теории. Все остальные благополучно спали. Беатрис отрубилась сразу же, как мы удалились от полицейского поста. Следом отключилась Влада, которую клонило в сон с момента, как она доела бургеры. Последней начала похрапывать Верпа. Один я рулил и терзал себя многочисленными версиями.

Потом настало время поворота к деревне и тут я остановил авто на обочине. Покосившись на спящих спутниц, вышел наружу, тихо прикрыв дверь.

Стоило ожидать. Грунтовка. Размытая апрельским паводком и слабо напоминающая дорогу. Тут не «китаец» нужен, а что-то с полным приводом. Для совсем дикого бездорожья.

Подул ветер и тут же зашелестели кроны. Давненько я за городом не был, если подумать. Но оно и понятно — после похорон родителей, самостоятельности во мне осталось не так много.

Вернувшись в машину, аккуратно поехал дальше. Нацелив её так, чтобы не сорваться в залитую жижей колею.

Скорость получалось держать совсем крохотную. Порой сбавляя совсем почти до нуля. Если так пойдёт дальше, оставшиеся тридцать километров мы ползти будем не меньше часа. Возможно даже дольше.

Дошло до меня только спустя пятнадцать минут. Остановив машину, повернул голову назад, смотря на кикимору.

— Верпа? Для тебя есть работа.

К моему удивлению, она тут же моргнула.

— Господин? Кого и где убивать? Только укажите пальцем, разорву!

— Убивать пока некого. Дорогу поправить надо.

Повернувшись я указал взглядом на грунтовку. Кикимора тоже выглянула, посмотрев между передних сидений. Посидела несколько секунд. Прикрыла глаза.

Очень занятное это зрелище — наблюдать, как вода всасывается в грунт, а тот становится плотнее. Едва ли не трамбуется, чтобы хорошо прошёл автомобиль.

Правда радиус действия у неё оказался ограничен — через пятьсот метров процедуру пришлось повторить. Так и двигались, рывками по полкилометра.

Беатрис и Влада, от нашей беседы, естественно тоже проснулись. И теперь наслаждались прелестями таёжного бездорожья.

— А я говорила, мурр. Предупреждала! Вертолёт бы нас уже домчал.

Я уже дважды объяснял, что взять крылатую машину было негде. К тому же, даже будь в нашем распоряжении вертолёт, посадить его там было бы некуда. Для такого специально оборудованные площадки требовались. Это в кино вертолёты садятся куда угодно и потом успешно взлетают. На деле такое можно провернуть далеко не всегда. Особенно в условиях тайги.

Однако логические доводы в разуме кошки закрепляться категорически отказывались. Тогда как низкая скорость перемещения её изрядно раздражала.

Наконец грунтовка вывела нас к окраине крохотной деревни. Если верить интернету, сейчас тут проживало около трёхсот человек и даже имелась почта. Но вот так по внешнему виду первых домов и не сказать. Как будто очутился в полностью заброшенном месте.

— Обереги. Через каждые тридцать метров стоят. В систему сведены — сделано грамотно.

Влада крутила головой по сторонам, озвучивая результаты наблюдения. Я же напитал глаза силой. Тоже повёл взглядом окрест.

И правда. Множество тёмно-золотых конструкций, врытых в землю. Каждая была наполнена силой и слабо светилась.

— Ты что творишь? А если местные увидят, головы отрубать им станешь?

Глянув на шаманку, которая задала вопрос, опять повернул зеркало. Незадача — глаза снова сияли золотом. Раньше не было такого. Видимо последствия выросшего уровня силы.

Затормозив, потратил несколько секунд, чтобы привести себя в норму. Потом двинул авто дальше.

— Кто-то поддерживает защиту, мурр. Не духоглядец, но и не шаман. Ведун. Может ведьмак.

— Или колдун чащобный, — мрачно докинула вариант Верпа.

В многочисленных определениях и градациях, я пока плавал. К тому же они сами порой использовали одни и те же слова для совсем разных объектов. Например, духоглядцев, тоже пару раз именовали ведунами.

Но в любом случае подоплека была ясна — в деревеньке был кто-то, обладающий силой и знаниями. Как минимум способный держать на плаву защиту. Знать бы ещё, от кого она была выставлена. И кем? Дедом?

Сама Молёбка была не шибко большой. Но надежда на то, что получится быстро отыскать дедовский дом, исчезла почти сразу. Последний раз я бывал тут ребёнком. С тех пор всё разительно изменилось. Начиная от моего угла взора и заканчивая местной архитектурой.

Пришлось прибегнуть к локальной службе поддержки — остановиться около скамейки из толстенного бревна, на которой сидело четверо бабулек.

— Не подскажете, как до дома Петра Корнилова добраться?

Группа местных жительниц смерила меня подозрительными взглядами.

— А ты хто таков будешь? Чего тут забыл?

Не слишком они дружелюбно чужаков встречали. Хотя, оно неудивительно. Если не считать туристов, которые стремились попасть в аномальную зону, тут считай никого и не было. Да и те, в последнее время почти исчезли. Прошёл звёздный час Молёбки.

— Внук его. Ярослав Корнилов.

— Чего? — уставилась на меня та, что выступила добровольным делегатом. — Виталика сын чтоль? Приехал дедов дом проведать?

— Ну да. Приехал. Только найти не могу. Направление подскажете?

Те переглянулись. Потом снова уставились на меня.

— Так вон там, — вытянула одна руку. — Через пять домов, сразу после пепелища стоит.

— Спасибо большое.

Наклонив голову, я развернулся, начав обходить машину. А бабульки тут же зашушукались. Видимо забыв, что на старости лет слух у них чуть ослаб и весь этот шёпот отлично слышно.

— Ничего себе у него внук оказался. Глянь машина какая. Олигарх!

— А на бабу евойную посмотри? Молодуху нашёл.

— И что? Ухватиться не за что! Кожа да кости. Надо за Дунькой послать. Пущай бежит со своих грибов сюдыть и наряжается. Женить будем!

— Кому твоя Дунька нужна. Вымя такое, что мужика задушит. Да и эта своего не отдаст. Гляди, как зыркает. Зенки выцарапает.

Продолжения этой занимательной беседы я уже не слышал. Усевшись в машину, захлопнул дверь. После чего молча тронул автомобиль вперёд.

Проехав четыре дома, миновал сгоревший остов пятого. Остановился. Вышел наружу.

Покосившийся деревянный заборчик, половина которого лежала на земле, совсем не напоминал ограду, которую я наблюдал в детстве. Да и сам дом выглядел так, будто вот-вот рухнет.

Хлопнули двери. Мелькнула кошка, которая мигом оказалась на капоте.

— Это и есть дом твоего деда? — скептически поинтересовалась Влада.

— У тебя и своего-то нет, духожорка. Не тебе так говорить с юным господином.

Я начал поворачивать голову к Верпе. Но тут рядом лязгнул затвор. Вслед за которых послышался скрипучий голос.

— Стоять. Дёрнетесь — по очереди в вас дырок руническим свинцом наделаю. Кто такие? Что тут забыли?