Глава 17

Кай – Ну вы чего устроили? – в дверном проеме появляется Рус, шатается, держится за бок, – чуть я за дверь, а вы уже сношаетесь! – Руслан! – Лина вдруг густо краснеет, соскакивает с меня, запахивает халатик, – зачем ты встал? Сука… она такая горячая и сексуальная, я голову потерял напрочь. Но продолжаю держать её руку. Тяну на себя, возвращаю на колени. Она моя! – Ты чего шатаешься по квартире? Нам нужно Ленку вызвать, я лишь первую помощь оказал, – рычу на друга. Беру мобильный. Рус ехидно лыбится. – Что за Лена? – сухо спрашивает мамочка. Улыбаюсь. Такая красавица, а когда так ревнует, хочется оттрахать ее еще разок. И не один. – Врач. Таскает нам медикаменты и штопает после неприятных бесед с конкурентами. И не болтает. – Ммм… понятно, – тянет она, не спуская с меня взгляда. Встает, поправляет халат. – Мне нужно в душ. Ты в меня кончил, – разворачивается и гордо топает на выход из кухни, – Руслан, марш в постель! Мне тут трупов еще не хватало! – Мы ее не трахаем, мамочка! – говорю ей вслед. – Только ты в наших сердцах, – хрипит Рус. – Вали отдыхать! – гаркаю на Клима. Беру в руки упаковку антибиотиков. Друг садится рядом. – Ты мне жизнь спас, – кашляет. – Не за что. – Я тебя не благодарил. Смеемся. Да, у нас высокие отношения. – Что за таблетки? – смотрит на пилюли в моих руках. – Антибиотики, что я тебе дал. Лина очень странно на них покосилась, будто бы испугалась, – кручу в руках упаковку, – обычные вроде. – Просроченные может? Мамочка включает душ. Слышу глухой шум воды. Хочу к ней! Вспоминаю нашу ночь. Член снова стоит. Только с ней так. Хочется накачивать ее спермой каждый день, ночь, утро… в обед и на ужин. Пиздец я подсел. – Не. – Она ревнует, – хмыкает друг, – тут водка есть? Болит пиздец… всё тело нахуй. Долбаный козлина этот Каджит! Подставил… на ноги встану, ебальник разобью. Каджит – это один из местных «воротил». Торгует девочками, наркотой и паленой водкой. Это с виду всё у нас чинно и красиво, в подполье всё еще «цветут» понятия из девяностых. – Главное, чтобы Лину или ее родных не зацепило. Надо сейчас на дно залечь, отправить ее мать и Саню подальше. – А Ваську себе оставим? – облизывается Рус. – Конечно. Увезем и будем трахать днями и ночами напролет во всех позах, – мечтательно прикрываю глаза. Ребра сильно болят. Знатно меня уделали. Давно так не нарывались. Беру мобильный. Набираю Ленку. – Привет, Лен, – и тут из ванной выходит Лина. Ее аппетитную фигурку облепляет тоненькое полотенце. Зверею, член наливается кровью. Рот наполняется слюной. Да блядь! – Сколько лет, Кай! – радуется давняя подруга, – что-то случилось? – Руса пырнули, подсобишь? Мамочка, качая бёдрами, подходит к нам. Волосы стянула на затылке. Она пиздец красивая! Домашняя, такая невинная, без косметики. Невероятная! – Хорошо. Где вы? – на миг забываю о Ленке, но её твердый голос возвращает в реальность. – Подъедем в наше место. Я заплачу, как обычно, – говорю коротко. – Руслану я просто так помогу. Вздыхаю. Она баба хорошая. Мы служили вместе. Военный врач. Ленка долгие годы безуспешно сохнет по Климу. Как я ее познакомил с ним на одной вечеринке, так и всё, пропала девка. Но вот Рус не видит в ней женщины, хоть ты тресни. А какими влюбленными глазами он таращится на нашу мамочку! Мда, Ленке этого лучше не видеть. – Пусть приезжает сюда, – говорит Лина, – ему лучше не шевелиться лишний раз. – Вы с женщиной? – тихо спрашивает Ленка. Пиздец, ну почему всё так сложно? – Да. Мы приедем на нашу хату. Мы и так уже засветили эту квартиру. – Через час буду, – жестко говорит и бросает трубку. – Все норм, – смотрю на мамочку, – Лина, тебе не стоит… – Я поеду! – жестко говорит она, – если Саша и мама в безопасности, то переживать не о чем. А вот вы оба меня очень беспокоите. Смотрим на неё с обожанием. – И про Лену вашу мы еще поговорим! – она разворачивается, и, демонстрируя нам круглую попку, уходит в спальню. – Я хочу в ее задницу… – стонет друг, – блядь, гребаный Каджит! Сука! Урою! – Да не психуй, я за тебя мамочку трахать буду, – скалюсь, – во все сладкие местечки. – Бесишь! – рычит Рус. Лина одевается быстро. Натягивает на аппетитную попочку джинсы. Пока выбирает лифчик, незаметно захожу в ее спальню. – Езжай без него! – крепко обнимаю свою женщину. Обхватываю ее красивые сисечки. Мягкие. Сжимаю. – Кай… это неприлично! – стонет она, – мне быстро надо еще всякое для Саши взять, хотя бы пижамку и… – Милая, – останавливаю ее, подцепляю подбородок, – все купим на месте. Умоляю, не паникуй и не суетись. Мы сдохнем, но тебя защитим. – Этого я и боюсь, – она сильно нервничает. Прижимаю Лину к себе. – Чего ты так испугалась на кухне? Антибиотиков? – Н-нет! – она прячет взгляд, – просто я… в общем… у меня контрацептивы закончились. – Купить надо? – Да. – И давно закончились? – Я… да, уже неделю как… – признается, дрожит. Мне нравится такая мамочка. Нежная, милая, доверчивая. – И мы трахали тебя без защиты, – не выпускаю, когда она начинает вырываться. – Я сама буду отвечать, в случае чего, – рычит, дуется. – В случае чего? – игнорируя боль в ребрах, прижимаю ее сильнее. – Ты сам понимаешь! – восклицает она. – Не-а, не понимаю! – Если я залечу от кого-то из вас! – выпаливает, краснеет, но вырываться перестает, – то ребенка вешать не буду. Понимаю, что виновата сама. – То есть, у Саньки будет брат или сестра? – спокойно спрашиваю. – Нет, то есть… я не знаю… – лепечет она, поднимая свои красивые глаза, в которых я тону. Меня дети никогда не пугали. Я просто знал, что их не будет. С одноразовыми женщинами о защите думал сам, но как Лина появилась, так вообще забыл о презервативах. Потому что вдруг всё изменилось. Мысли о детях не посещали, но сейчас задумываюсь об этом серьезно. – Ты ни в чем не виновата, мамочка. Я был бы не против, – тяну, наслаждаясь ее смущением, – уверен, Климов тоже… Бум! В коридоре раздается глухой звук. Блядь, Клим! Бежим на звук. Друг лежит на полу. Черт! Переворачиваю его. Без сознания. Бинт стремительно пропитывает кровь. – Твою ж… рана открылась. Набираю Ленку. Наши планы резко меняются… Руслан – И что тут у нас? – сажусь напротив следака, откидываюсь в кресле. Никто и никогда не смел вызывать нас в отделение. Нужно разобраться с «нашим» генералом. Ахуели в конец. Платишь им бабки, а потом такие накладки. Из-за них я сейчас трачу время здесь, а не сминаю сладкие булочки своей Васи. – Вы бы не паясничали, Руслан Ефимович. Здесь Центральное отделение, а не ваши продажные… – Сомов! – кто-то входит внутрь. Это был тот мент, который «взял» нас с Каем. Собранный, в кожанке, брови сведены у переносицы. Шаги тяжелые. Суров, ничего не скажешь. – Где Зубров? – цежу сквозь зубы, – нам обвинение будут предъявлять или нет? И верните мобилу! – Его допрашивают в другой комнате, – отрезает следак. Не нравится мне это. В груди неприятно так ноет. Дурное предчувствие. Так мы сидим около пары часов. А вечером нас безо всяких объяснений тащат в кутузку. – Ну что, девочки, готовы ответить за свою принципиальность? Мы в разных камерах. Но к каждому приводят головорезов Каджита. Узнаю их по татухам. Ясно. Нас загнали сюда, чтобы зарезать, как скот. – И кто тут девочка? – рычу, – как дела у босса? Всё так же дрочит на старушек? – АХ ТЫ! – лысый отморозок бросается на меня… – Вася… ты где? – чувствую холод, ползущий по телу. – Терпи, – это голос вовсе не моей красавицы. Морщусь, вырываю руку. – Блядь, Рус! Ты как маленький! Терпи, сказала! – Лена? – Да… Открываю глаза. Вижу белый потолок. Квартира Васи. Лежу на диване. Ленка что-то ищет в своей сумке. – Сколько я был в отключке? – Пару часов. – Ясно… – Это твоя женщина, Руслан? – серьезно спрашивает врач. – Да, – коротко отвечаю. – Понятно. Очень продуктивный диалог. Ленка дуется. И я знаю, почему. Но нам не по пути, это я ей уже говорил. Пытаюсь приподняться. – Где Кай и Вася? – На кухне, я сказала пару травок навести. Полезно будет для твоего восстановления. – Ладно… – И у вас это… серьезно? – Ленка кусает губы, прячет взгляд. – Лен. Мы уже это обсуждали, – хриплю, чувствуя невыносимую боль во всём теле, – ты для меня отличный, надежный друг. И крутой спец. – Ты ответь просто. – Да, очень серьезно. Я хочу на ней жениться, – заявляю уверенно. – Понятно. Счастья тебе, Рус, – рывками складывает свои медицинские штуки в чемоданчик, встает, – пока. Мне жаль. Но я всегда честен с дамами. – Ты в порядке? – спустя минут пять, когда громко хлопает входная дверь, ко мне входит Кай. – Брюхо разорвали, а так норм, – кашляю, стараясь улыбнуться. – Она зашила рану, всё там обработала, перевязала. Дала указявки, как о тебе заботиться. Оставила обезболку. – Где моё сладкое горячее лекарство? – не терпится впиться зубами в сосочки Васи. Ответом мне служит громыхание на кухне. Очень злое. И яростное. Сглатываю слюну. – Она немного ревнует, – начинает Кай. – Немного? – выгибаю бровь, – а мне кажется, что не так и немного. Сейчас пришибет меня сковородкой. А ведь я не виноватый! – Может быть. Она думает, что у тебя с Ленкой что-то есть. – Ну блядь! – выдыхаю, – ничего нет! ВАСЯ! – Да не ори ты! – рычит Кай, – нельзя тебе. Придется переночевать здесь. Я прошелся по периметру, людей Каджита нет. Возможно, мы смогли уйти. – Придется все хаты менять. Ромчика перевезли? – Да, Сенька отвез Саню и Светлану Петровну в твой особняк, передал Рустаму. Они профы, всё там оцепили уже. А сам перепрятал Ромчика. Твоя мать когда возвращается из Израиля? Она проходит там курс реабилитации. Мы всё пытаемся поставить её на ноги. Не сдаемся. – Послезавтра. Хорошо, – выдыхаю, – эти суки за всё ответят. Я им… – Тихо ты, – ржет Зубр, – думаю, наши смогут разобраться с шестерками. А Каджита потом мы сами накажем. – Да… Вася заходит в комнату. В ее прекрасных пальчиках поднос с дымящейся кружкой, а в глазах – ярость. Моя валькирия! Член начинает ныть, требуя ее ласки. И от этого стояка аж всё тело простреливает. Морщусь. – Васечка… – улыбаюсь ей. – Вот, твоя Лена дала мне пару рецептов, как тебя ставить на ноги. Я пошла, – она разворачивается, успеваю схватить ее нежную ладошку. – Давай поговорим, – хриплю. – Рус… – ее голос полон сомнений. – Мамочка, дай ему слово. Я могу ручаться, что этот черт не врет тебе, – Кай обнимает ее, не позволяя сбежать. – Ладно. – Я пока созвонюсь с Рустамом. Когда он уходит, Вася садится на диван. В джинсах, обтягивающей футболочке. От вида ее круглых грудок напрочь забываю, что хотел сказать. – Рус? – она ждет, смотрит на меня. – У меня нет ничего с Леной, – твердо говорю. – Она так не думает. – Мне плевать, что она думает. Я с ней ни разу не спал! – пожираю глазами торчащие соски этой эффектной женщины. Она прекрасна всегда. В любой одежде. А без одежды еще лучше… – Приласкай меня… – стону, – прошу, Вася… я так скучал! Её взгляд смягчается, темнеет. Моя малышка облизывает сочные губки. А член уже настойчиво рвется прочь из брюк. – Ты невыносим, – шепчет она, расстегивая мою ширинку. По телу проносится сильная дрожь. Приятно, черт побери! Вася стягивает с меня трусы. Обхватывает ладошкой член. – Ляг рядом со мной… – Рус… – Прошу тебя, – стискиваю зубы, – ты нужна мне, как воздух, малышка… – Ладно. Диван достаточно широкий для нас двоих. Вася укладывается, и я тут же забираюсь руками под ее футболку. Нахожу сосочек. Тереблю. Моя девочка тяжело дышит. Возбудилась и забыла о ревности. Еще бы! У меня так только на неё стоит, никто другой вообще не нужен! – Рус… что ты делаешь… ты же ранен… – стонет она. – Я не могу терпеть… – пока она дрочит мне, второй рукой расстегиваю джинсики Васи, ныряю туда ладонью. Нахожу ее гладкие складочки, глажу, потом быстро проникаю пальцами в киску. – Мокрая… – шепчу, теряя голову. Мы ускоряемся. Всё спонтанно, быстро. Голод терзает нас обоих. Дикий, животный. Когда находишься на волосок от гибели, все эмоции в разы обостряются. – Руслан… боже… я почтиии… – стонет она. – Быстрее, маленькая… дрочи мне резче… о да… пиздец… круто… давай вместе кончим… Чувствую, как тугая киска сжимает мои пальцы. А ладошка Васи стискивает мой член. Напрягаю пресс, рана сильно болит. Но кайф от близости моей женщины затмевает всё. – ААА! ДААА! – кричит она, извивается, сама насаживается на мои пальцы. – ООО! Блядь! Ты нечто! – заливаю спермой её пальчики. Мы оба тяжело дышим. – Не ревнуй меня, слышишь… – рычу, затем впиваюсь в ее сладкие губы. Горячие. Мои. Она вся моя! Наша… Но насладиться мы не успеваем. Потому что в квартире внезапно гаснет свет…