33. Юля

Я, как ни в чём не бывало, направлялась к общежитию. Едва ли не бегом! Мне нужно было успеть отвезти платье в модный бутик Нонны. На выходные она куда-то уезжала, но вот-вот должна была вернуться.

Я издалека заметила, что возле общежития толпится огромная куча народа, стоят красные пожарные машины и машины скорой помощи.

«О, опять какой-то кипиш!» — подумала я, решив, что это светопреставление меня никак не касается.

Зря я так решила. Я только подошла к входу, как услышала голос подруги:

— Ну, привет, начинающий пироман!

Я оглянулась. Эльвира стояла с покрасневшими глазами и сердито смотрела на меня.

— А что случилось? — удивилась я.

— Пожар случился. В нашей комнате!

— Ого! Почему?

— Ты у меня спрашиваешь, почему? У себя спроси, ага? — шмыгнула носом подруга.

— Да я-то тут при чём? — удивилась я. — Ты же знаешь, что я из общаги ушла ещё утром. Я только сейчас вернулась!

— Да! — вытерла нос подруга. — Ты, конечно, ушла. Но твоя зарядка осталась в розетке. Что-то замкнуло и произошло возгорание!

— Уверена, что это была моя зарядка?

Эльвира достала из рюкзака свою зарядку от iPhone, которую она всегда носила с собой. Её новое «яблоко» постоянно разряжалось.

— Уверена, Юля. Из нас двоих только у тебя телефон Samsung и китайская зарядка!

— Ой…

— Вот тебе и ой! Дурочка! Сколько раз тебе говорила, вытаскивай зарядку! Теперь всё сгорело!

Я обняла подругу. До меня ещё не дошёл размах трагедии. Эльвира сердито пихнула меня локтем в бок.

— Уйди! Видеть тебя не желаю!

— Эль, ну ты чего? Может быть, не всё сгорело? — попыталась улыбнуться я.

— А ты сходи и посмотри! — отправила меня подруга.

— Давай вместе? — оробела я.

— Вместе? Да я с тобой на одно поле теперь даже какать не сяду! — зло выпалила Эльвира. —  Ты подставила меня! Теперь на мне висит долг за парик! Тётка меня уволила с подработки. А во всём виновата ты, Золушка недоделанная!

— Эля, я же вернула тебе деньги за парик! — оправдывалась я.

— Ага. Ты, конечно, их вернула. Только я деньги до  магазина донести не успела. Я их в тайничок спрятала и ушла на пары. А теперь нет ни тайничка, ни денег. Ни хрена! Одни огромные проблемы! Всё! Видеть и знать тебя не желаю!

Эльвира утёрла слёзы и пошла прочь, толкнув меня плечом.

— Эля, ты куда? — крикнула я ей вслед.

— Я? Я сегодня переночую у своего парня. Где ты собираешься ночевать, меня не интересует! Тебя выперли из общаги!

Эльвира собиралась идти дальше, но потом развернулась и ехидно сказала:

— Кстати, вся найденная запрещённая мелкая бытовая техника принадлежала тебе, ага?

Сказав это, моя подруга, теперь, наверное, уже бывшая, унеслась прочь.

Вся мелкая бытовая техника принадлежала мне? Как это?..

Я чертовски устала. Мои мозги были припорошены пылью архива, который я активно ксерила целый день. Именно поэтому я не поняла, в чём таилась угроза.

По идее, общага была оснащена бытовыми комнатами. Сушилка и кухня. Кухня — одна на весь этаж: там стояли несколько электрических плит, которыми можно было пользоваться. Вот только половина из них не работала. А оставшиеся были постоянно заняты.

Приходилось выкручиваться: прятать крошечную однокомфорную электрическую плитку и чайник в комнате. В комнате ими нельзя было пользоваться. Так написано в правилах общежития. И, разумеется, нельзя было пользоваться обогревателем. А у нас в сумке стоял тщательно припрятанный «ветерок». Потому что осенью до включения отопления в общаге было жуть как холодно!

Чайник был моим, плитка  принадлежала Эльвире, а «ветерок» мы покупали вскладчину. Но сейчас она приписала всё это мне! Ах, вот ты какая коварная!

— Юлька, тебя Валькирия ищет! — послышался голос Васьки.

Приятель схватил меня за локоть.

— Тебе, эт самое, сейчас в общаге лучше не появляться… — сообщил мне друг. — Чёрт!

Васька внезапно задвинул меня за спину и раздулся как индюк. Но все его старания не спасли меня от всевидящего ока Валькирии.

— Колчакова!

— Всё. Хана тебе! — обречённо прошептал Васька, отходя в сторону.

Валькирия сверлила меня крошечными бусинами красных глазок.

— Твой друг прав. Добегалась ты, Колчакова! — разъярённо рявкнула комендантша.

Она вцепилась в моё плечо пальцам и протащила за собой на пятый этаж со скоростью вихря. Я увидела комнату, выгоревшую довольно сильно. Как раз с той стороны, где была розетка над моей тумбочкой.

Я невольно вдохнула тошнотворный запах гари. Шкаф с вещами выгорел дочерна. Копоть и сажа на потолке.

— Полюбуйся! Нравится? — ехидно спросила Валькирия. — Могу тебя обрадовать, Колчакова, что тебе теперь даже такая комната не светит! Тобой, между прочим, уже с ректората интересовались. Меньше часа назад!..

Валькирия толкнула меня в сторону выхода и привела в свою каморку Зла.

Там она уселась на кожаное кресло и подтолкнула в мою сторону несколько листов.

— Так, Колчакова, бери ручку! Снизу ставь дату, фамилию и имя полностью. Напиши  с «написанным ознакомлена и согласна» и ставь свою подпись.

Я начала читать, что мне собирается подсунуть комендантша, а она взвизгнула:

— Подписывай, давай! Читает она!

— Э-э-э…

Я бегло ознакомилась с листами, на которых были написаны все существующие мои проступки. И несуществующие, кстати, тоже. Ладно, я виновата кое в чём. Но к порче имущества в бытовой комнате «кухня» я непричастна.

Эта наглая сука решила «повесить» на меня большую перегоревшую плиту!

— Я не стану это подписывать! — решительно сказала я и положила листы бумаги на стол. — Вот этого я не совершала. Вешать на себя чужие косяки я не стану!

— Выражайся правильно! Детдомовка! — рявкнула Валькирия и ткнула пальцем в бумагу. — Подписывай, кому говорят!

— Не буду! Перепишите правильно, уберите лишнее, вот тогда я подпишу и даже напишу объяснительную. А вот это я не стану подписывать.

— Не станешь, значит? — Валькирия откинулась в кресле и потянулась за ключами, висевшими в специальном шкафчике на стене.

Она взяла один комплект ключей и помахала ими в воздухе.

— Знаешь, что это, Колчакова? Это ключи! Ключи от комнаты «713В». Комната свободная… Одна-единственная свободная комната в общежитии. Есть куда поселить погорельца Колчакову, да? Но если ты вот это не подпишешь…

Валькирия сделала паузу и закончила:

— Не подпишешь? Тогда можешь считать, что комнаты для тебя нет!

Я побледнела. Идти мне было некуда.

— Вы не имеете права так поступать! Вы же знаете…

От возмущения я не могла сказать ни слова. Я круглый год жила в общежитии. Даже летом, когда все разъезжались. Оставались только несколько человек, по личной договорённости с Валькирией. Мы платили ей лично в «кассу» за проживание.

Комендантша, конечно, знала, что мне некуда идти.

— Я знаю, что ты — детдомовка. Так что подпишешь, как миленькая!

— Вы хотите повесить на меня порчу дорогостоящего имущества!

— Возмещать всё равно не тебе! — хмыкнула Валькирия. — Не обеднеет твой благодетель!

Комендантша торжествующе посмотрела на меня.

Конечно, Самсонов оказался не добрым дядюшкой, каким я его себе представляла. Но обманывать Самсонова таким гнусным образом и запускать руку в его кошелёк я не могла.

Моя совесть была против. Самсонов по каким-то неведомым причинам очень многое сделал для меня.

— Нет! — твёрдо заявила я.

Валькирия поднялась во весь свой внушительный рост.

— Тогда убирайся вон!