Глава 27

Полина — Ждали? И снова в голове начали появляться одни вопросы. Зачем ждал? Что-то с Митей? Или он снова пришёл ругаться? Я привыкла ожидать от соседа только плохое и ничего другого никак не ожидала. — Да, Полина, ждал. У меня для вас подарок. От этих слов брови полезли на лоб. — К-какой ещё подарок? Вместо слов Владимир подошёл к газели, дёрнул ручку и открыл заднюю дверь. — Ах... Других слов у меня не было. Всё пространство кузова занимала огромная коробка, а на ней был нарисован холодильник. Я смотрела в онлайн-магазине, сколько такие стоят, и кусала губу, понимая, что не смогу купить такой за свою мизерную зарплату, хотела взять либо подержанный, либо купить в рассрочку ближе к весне, пока продукты нормально хранятся в коридоре и не пропадают, правда, готовить много я всё же не решаюсь, а так хочется сделать полуфабрикаты, чтобы облегчить свою жизнь. — Я не понимаю... Перевела растерянный взгляд с коробки на соседа. Владимир стоял и улыбался, я лишь на долю секунды залюбовалась его красивым лицом, а потом растерянность начала сменяться злостью. — Что вы хотите за этот подарок, Владимир Анатольевич? Ну не верю я, что человек, который при встрече со мной едва ли не кривился, решил сделать мне подарок просто так, вот и хотелось знать его мотивы и ожидания. — Полина, я ещё раз хотел перед вами извиниться, ну и поблагодарить. Я вам грубил, а вы и с сыном моим сидели и лечили. Кстати, Мите уже лучше, сегодня он встал и даже поел. Вроде говорит он всё правильно, но что-то внутри протестует, наверное, это гордость. Отступаю на шаг назад, сжимаю ладошку Маши крепче и говорю строгим голосом. — Обычного «извините» и «спасибо» вполне достаточно, а это — второй рукой указываю на коробку — лишнее. Вздёрнув подбородок, уже хочу пройти мимо, но в этот самый момент меня дёргает дочь. — Мама! Ты же сама говорила, что нам нужен холодильник, а у тебя денежек нет. Почему ты не хочешь брать подарок? Закатываю глаза, делаю глубокий вдох, хочу сказать дочери, чтобы не вмешивалась во взрослые разговоры, но Владимир реагирует быстрее. — Ваша дочка правильно говорит. Зачем отказываться? Я прекрасно вижу, что вы очень самостоятельная женщина, Полина, и поверьте, я не хотел вас обидеть, этот подарок действительно от чистого сердца. Не знаю, что именно ломает мои барьеры, непонимающий взгляд дочери или виноватый голос соседа, но я всё-таки сдаюсь. — Хорошо. Подхожу к калитке, распахиваю её, подпираю камнем. — Заносите. Так будет лучше, сэкономлю, а на эти деньги, что собиралась потратить на холодильник, лучше дочке что-нибудь куплю, скоро Новый год, подарок хороший выберу. Так, я пытаюсь заглушить голос совести, который так и шепчет: «слабачка, сама же говорила, что от мужчин тебе ничего не нужно, сама со всем справишься». Пока я веду внутренний диалог, Владимир зовёт крепкого мужчину из машины, и они вдвоём вытаскивают коробку из кузова машины, заносят во двор, а затем и в дом, который я успела отпереть. Мужчины вносят коробку в гостиную и еле-еле протискиваются в двери кухни. В моём небольшом домишке это чудо техники смотрится чужеродно. — Спасибо Влад, что помог, дальше я сам. Непонимающе смотрю, как мужчины пожимают друг другу руки, и уже через минуту мы остаёмся на территории кухни одни с соседом, Маша убежала в свою комнату, как только мы вошли внутрь дома. Я растерянно смотрю на дверь, куда только что вышел Влад, и тихо говорю. — Зря вы его отпустили, я хотела попросить вынести старый холодильник во двор. Когда я здесь убирала и обнаружила, что техника сломана, естественно, пыталась вынести сама, но у меня ничего не получилось. Я его даже с места сдвинуть не смогла. — Я всё сделаю сам. Говорит Владимир и отодвигает коробку подальше от входа, я же перевожу на соседа скептический взгляд. — А сможете? Предупреждаю, он очень тяжёлый. Владимир смотрит прямо на меня, и я чувствую, как будто он хочет внутрь меня заглянуть. — Конечно, смогу, на стройке и не такой вес приходится поднимать. Владимир сбрасывает свою куртку, кладёт её на стул, а потом подходит к технике, которую делали ещё в СССР. Под моим удивлённым взглядом, сосед обхватывает холодильник, который едва достаёт ему до груди и с лёгкостью поднимает. У меня даже рот приоткрывается от удивления. — Куда его поставить? Спрашивает Владимир и я прихожу в себя, обгоняю соседа и первой выхожу из дома, придерживаю дверь и показываю, куда нести сломанную технику. — Вот сюда, ближе к бане. Я уже решила, что буду в нём хранить семена для посадки, ну и всякие бытовые вещи, которые жалко выкидывать. Мужчина ставит холодильник, прямо туда, куда указала, и, не спрашивая меня, снова возвращается в дом, будто он здесь хозяин. Это и бесит, и нравится мне одновременно. Возвращаюсь следом и уже стоя в проёме двери, наблюдаю, как ловко Владимир распаковывает новенький холодильник и устанавливает его на место старого. — Ну вот и всё, хозяйка, принимай работу. Улыбка соседа достигает нужной цели, что-то в груди ёкает, и я тоже улыбаюсь. — Спасибо. Я понимаю, что сейчас Владимир должен покинуть мой дом, но отчего-то мне не хочется, чтобы он так быстро уходил. Наверное, меня впечатлила его мужская сила, Никита не мог даже гвоздь вбить, однажды я попросила его дверь на шкафчике починить, и в итоге он себе палец каким-то образом распорол, пришлось лечить его весь вечер. И после этого я больше ни о чём его не просила. Многое делала сама, ну или вызывала «мужа на час». — Вы голодны, Владимир? У меня есть макароны с мясом и пирог. Мужчина улыбается, но в глазах появляется грусть. — Извините, но я не могу принять ваше приглашение на ужин, дома Митя, да и отцу помочь нужно, я не хочу, чтобы он сильно напрягался. В груди разливается какая-то тоска, у Владимира есть семья, отец, сын, сейчас, наверное, они будут ужинать все вместе, смеяться, шутить... Тут же одёргиваю себя. Чего разнылась мямля? У тебя тоже есть семья, ты и дочь, пока этого вполне достаточно. — Понятно. Подождите, я сейчас. Срываюсь в сторону коридора, достаю из подвешенного пакета пирог и вхожу обратно, кладу его на стол и беру нож, отрезаю бо́льшую половину, кладу в прозрачный пакет и протягиваю соседу. — Вот, чай попьёте с пирогом, вчера пекла, вкусный. Улыбаюсь, когда Владимир забирает пакет. — Спасибо. Сосед берёт свою куртку, накидывает на плечо и идёт на выход, перед тем как выйти из дома, оглядывается и тихо произносит. — До свидания, Полина. И в этих словах я почему-то слышу не прощание, а обещание новой встречи, а когда входная дверь закрывается, прижимаю руку к груди в том самом месте, где так сильно бьётся сердце. Что это вообще было? Не хочу сейчас искать ответ на этот вопрос, зову дочь, мы вместе ужинаем, а после того как моя кнопочка засыпает, я иду на кухню и отмываю холодильник от заводского запаха. После оставляю его открытым, чтобы хорошо просушить, и иду спать. Вопреки моим ожиданиям засыпаю практически мгновенно вымотанная сегодняшними событиями.