Глава 11. Маски, пудра и немного истинной веры
Десятая гостья, леди Арабелла, появилась в нише окутанная таким облаком дорогого парфюма, что Рагнарёк за колонной отчётливо чихнул. Она была воплощением придворного шика: идеальные локоны, мушки на бледных щеках и веер, который порхал в её руках, как крылья напуганной птицы.
Она села, жеманно поправив юбки, но как только мы остались «одни» (если не считать одного чешуйчатого подслушивателя), её фасад внезапно рухнул.
— Леди Элиза, я больше не могу! — прошептала она, и её веер захлопнулся с решительным щелчком. — Все думают, что я — пустоголовая кукла, мечтающая только о новых фасонах перчаток и о том, как изящно упасть в обморок на приёме у дракона. Моя семья потратила состояние, чтобы создать из меня этот «идеал»!
— И в чём же заключается ваш ужасающий секрет, Арабелла? — я приподняла бровь, разливая чай. — Вы тайно поклоняетесь тёмным богам или не умеете вышивать крестиком?
Арабелла воровато оглянулась и подалась вперед, понизив голос до заговорщицкого шёпота:— Я… я веду бухгалтерию трёх крупнейших торговых гильдий столицы. Анонимно. Под мужским псевдонимом «Господин Счетовод». И, видит небо, я обожаю цифры больше, чем бриллианты!
Моя рука с чайником действительно дрогнула, но я вовремя взяла себя в руки. В моём прошлом мире таких женщин называли финансовыми директорами, а здесь… здесь это считалось чуть ли не непристойностью для леди.
— Цифры? — переспросила я, едва сдерживая улыбку. — Вы хотите сказать, что пока ваши подруги обсуждают длину шлейфов, вы сводите дебет с кредитом?
— Да! — в глазах Арабеллы вспыхнул азарт. — Я вижу в таблицах гармонию, которую не найдешь в бальных танцах. Но если об этом узнают… отец скажет, что я опозорила род «торговым ремеслом». Он привез меня сюда, чтобы я очаровала Рагнарёка и обеспечила семье доступ к казне империи. Но я не хочу очаровывать! Я хочу провести аудит этого замка, потому что, судя по состоянию парка, у Его Величества жуткие дыры в бюджете на хозяйственные нужды!
Из тени донёсся звук, подозрительно похожий на сдавленный стон уязвлённой гордости.
— Арабелла, послушайте меня, — я серьезно посмотрела на неё. — В моём… представлении о мире, женщина, умеющая считать деньги — это самая опасная и ценная сила. Вы боитесь, что Вас назовут «торговкой»? Глупости. Вас назовут той, кто держит за горло экономику королевства.
— Но леди не занимаются расчётами…
— Леди занимаются тем, что приносит им власть и удовольствие. Зачем вам быть украшением на шее дракона, если вы можете стать его главным казначеем? — я подмигнула ей. — Сделайте так: откажитесь от Отбора, возьмите компенсацию и откройте собственную консалтинговую контору. Назовите её «Дамский клуб любителей изящных искусств», а за закрытыми дверями ворочайте миллионами. Ни один мужчина не догадается, откуда у вас такая власть, пока вы сами не решите им об этом сказать.
Арабелла замерла, её глаза заблестели от открывшихся перспектив.— «Изящные искусства»… Это гениально. Я включу расходы на пудру в графу «непредвиденные траты».
Она встала, её спина выпрямилась, а в жестах появилась уверенность акулы бизнеса, спрятанной в кружева.— Благодарю, Элиза. Кстати, передайте Его Величеству, что закупка мрамора для фонтанов у его нынешнего поставщика — это грабёж среди белого дня. Пусть сменит подрядчика.
Когда она вышла, Рагнарёк наконец показался на свет. Он выглядел так, будто его только что ударили по голове мешком с золотыми монетами.
— Аудит? — прохрипел он. — Десятая невеста хотела провести аудит моего замка? Элиза, Вы понимаете, что Вы со мной делаете?
— Я спасаю Ваш бюджет, Рагнарёк, — я невозмутимо убрала пустую чашку. — И Ваше душевное спокойствие. Представьте, если бы Вы на ней женились? Вы бы не смогли купить себе новую пещеру, не заполнив тридцать ведомостей в четырёх экземплярах.
Дракон тяжело вздохнул и опустился в кресло.— Десять. Половина списка. Я начинаю бояться, что принесет одиннадцатая.
А что бы Вы сказали Арабелле?