Глава 10

Когда-то давно существовал княжеский род Волконских. Но затем княжеский титул упразднили, и все князья остались просто боярами. Потом для особо выдающихся боярских родов появились новые титулы: «баронский», «графский»… Опять же, «князья» вернулись, правда, в новом статусе и в новом составе. Забавный нюанс, что носители всех этих титулов в сословном смысле всё равно считаются боярами. Как ты их ни назови.

Но, конечно же, почти каждый «обычный» боярин мечтает стать «необычным» — бароном, а лучше графом.

К этому стремились и Волконские, и быстро получили графский титул.

Я знал об этом раньше, ибо занимаюсь изучением истории разных родов — что-то ищу в глобале, что-то в библиотеке МАУД. Важно понимать, кто какое место занимает в Империи.

Однако же после разговора с Агатой я задумался о том, что неспроста бояре Волконские одними из первых стали графским родом.

Редкий Родовой Дар на исцеление явно был нужен тогдашнему царю и будущему императору — Петру Алексеевичу. Вот он и выказал поддержку носителям Дара.

Так вот, муж Агаты оказался как раз выходцем из рода Волконских. Леонид Игоревич родился с сильным Вторым Даром и решил использовать его по назначению.

— Он рассказывал, что когда заявил родителям о том, что собирается ходить в Проклятые Земли, между ними разразился сильный скандал, — с грустной улыбкой припомнила Агата и продолжила: — Его родители настаивали, чтобы он просто платил взносы в казну Корпуса и раз в два года подтверждал Достоинство. Но Лёня стоял на своём. Он сильно поругался с родителями… впервые. А вскоре они поругались второй раз, когда Лёня сказал, что собирается вступить в Корпус. Родители пытались отговорить его от этой затеи. Считали, что пусть уж лучше ходит в Проклятые Земли с дважды одарёнными рода, но он был непреклонен.

Агата улыбнулась ещё шире, глядя куда-то вдаль. Воспоминания о муже дарили ей тепло и спокойствие. Невольно она начала гладить свой живот и продолжила:

— В Корпусе мы и познакомились. И… ну… ты, понимаешь, я была простолюдинкой, — повернулась она в мою сторону. — А он графом. Конечно же, он мне сразу не понравился.

Она самодовольно усмехнулась.

Я же удивлённо смотрел на неё, пытаясь уловить логику. Агата заметила это и тяжело вздохнула:

— Моя юность не столь тяжела, как твоя, Александр, или твоих товарищей из интерната. Однако же, когда у меня обнаружился Второй Дар, мне пришлось каждый будний день после учёбы ездить на занятия для дважды одарённых в другой конец города. Но это ещё полбеды. С трудностями девочке-подростку, которая осознала, что у неё есть силы помогать людям, справиться несложно. Хуже стало, когда к моим родителям пришёл первый посыльный от аристократов, желающих взять меня в Слуги Рода. Позже приходили и другие… Отец всерьёз задумывался о том, что так будет лучше для меня, мама не хотела расставаться со мной. Некоторые предлагали сделать Слугами всю семью, некоторые — угрожали…

— Значит, ты тоже отказалась от «чести» стать Слугой? — усмехнулся я. — Я думал, это редкость.

Агата расплылась в самодовольной улыбке и произнесла:

— Тот, кто ограничивает себя этой «честью», никогда не достигнет высот! Ха… Так я думала тогда. Сейчас я, конечно, понимаю, что дело немного в другом — курсы для подростков дважды одарённых ведёт Корпус ведьм и ведьмаков. И преподаватели там умеют находить нужные слова, чтобы добраться до неокрепших умов. В общем, тогда я убедила своих родителей подписать договор с Корпусом. Они получили хорошее вознаграждение, а я отвязалась от внимания аристократов, пытающихся затянуть меня в свою рать. Мне хотелось стать ведьмой Корпуса! Я стала, и никогда об этом не жалела, и… стоп, мы отклонились от темы. В общем, после завершения учёбы и получения статуса совершеннолетней, я полноправно вступила в Корпус. Сперва мне нужно было пройти стажировку в полевых условиях. Моим куратором назначили Лёню, ну и… как бы… это было нелегко. Хах! Для него. Я постоянно называла его «граф», и это его бесило. Однажды он выкрикнул: «Граф! Граф! Что ты заладила, как попугай⁈ Хочешь, я перестану быть графом⁈». Я сказала, что ему слабо… А через неделю он показал мне свой новый паспорт. Выйдя из боярского рода, он стал основателем дворянского рода и взял себе фамилию «Вавилов».

Агата замолчала, печально уставившись вдаль.

— Сильно, — усмехнулся я. — Полагаю, тогда он и сделал тебе предложение?

— А? — опешила Вавилова. — Откуда ты знаешь?

— Полагаю, он ещё раньше хотел на тебе жениться. Но родителям сообщил об этом вперёд тебя. Они были категорически против — и так устали от постоянных выходок сына. Но он подумал-подумал да решил не отказываться от своей цели.

Агата округлила глаза.

— А я ведь говорила, что на юнца ты совсем не тянешь! Да, всё было именно так! Третья его ссора с родителями выдалась самой громкой и резкой. А заодно и последней — в следующий раз, когда он сообщил им, что выходит из рода, он говорил спокойно и уверенно. Ну, по крайней мере, мне он так рассказывал. Мол, решение уже принято, и смысла ссориться нет. Но… — Агата сжала зубы и посмурнела. — Волконские затаили на него очень сильную обиду. Лёня позже пытался хотя бы формально восстановить общение с роднёй — слал подарки на праздники, открытки… всё это возвращалось обратно. Сами они, разумеется, никаких подарков и не думали нам слать. Хотя вру — в день свадьбы мне прислали омерзительную куклу, истыканную иголками, которая держала в руках табличку: «Той, кто не знает своего места».

Агата хмыкнула и покачала головой.

Я же задумался над её словами и скривился:

— Ты что же, хочешь сказать мне, что уже обращалась к Волконским, чтобы они помогли исцелить твоего мужа?

— Да, — поморщилась женщина. — Пришла к их дому, и… в общем, очень сильно попросила. Но мне даже ворота не открыли! «Его Сиятельство велел передать, что не знает никаких Вавиловых» — так мне сказали. Они отказались помочь своему ребёнку, представляешь⁈ Оставили его умирать! И… что самое отвратительное, многим известно, кем по происхождению является мой муж. А аристократы они же… хитрые, расчётливые. В Империи известны всего три рода с мощным Даром на исцеление. Я пыталась связаться с одними… меня проигнорировали. Вероятно, не хотят впутываться в дела, связанные с Волконскими. Связалась с третьим родом… Так мне заломили поистине неподъёмную цену за помощь Лёне! Притом что представитель этого рода является ведьмаком Корпуса! Но всё равно отказывается идти навстречу товарищам…

— И Корпус не имеет права ему приказать? — уточнил я.

— Нет, конечно! Служба в Корпусе накладывает на тебя определённые обязательства в обмен на личную карьеру, но Корпус не может принудить тебя использовать ресурсы твоей семьи. А Родовой Дар как раз этим и является.

— Понятно… И какова сумма?

— Миллион, — в сторону произнесла Вавилова.

У меня аж глаза чуть на лоб не вылезли от такого заявления. Реально много… это ж сколько среднемесячных простолюдинских зарплат получается? Миллион разделить на сто сорок…

Больше семи тысяч.

— У меня нет таких денег, — произнесла Агата обречённо. — И я не уверена, что стоит искать Рода с более слабым Даром на исцеление… По крайней мере, лечащий врач Корпуса прямым текстом сказал, что шанс у Лёни полностью восстановиться только один — если целители с сильнейшим Даром возьмутся за его лечение…

— Но когда твой муж придёт в себя, он сможет и себя долечить, и другим помочь? Его Дар остался с ним в полной мере после выхода из рода?

Агата кивнула.

А затем в сторону пояснила:

— Это нашим детям его Дар уже, скорее всего, не передастся. Я не знаю подробностей, но Лёня говорил, что для передачи Родового Дара на свадьбе должен свершиться ритуал благословения новобрачных главой Рода.

Я кивнул, принимая её слова, а затем задумчиво проговорил:

— Миллион, значит…

— Да, — посмурнела Агата.

— Ну не так-то и много, — резюмировал я.

— Прости, что? — опешила Вавилова.

Я развёл руками в стороны, показывая на расстелившийся вдали густой туман с зелёными проблесками.

— Набьём трофеев в Проклятых Землях, и будет тебе счастье. Не переживай, Агата. Спасём мы твоего мужа.

Из глаз женщины покатились слёзы. Она не сдержалась и крепко обняла меня.

— Спасибо…

— Да не за что пока что, — произнёс я, положив ей ладонь между лопаток.

Определённо, весьма необычно движется часть маны внутри Вавиловой.

Интересно, безопасно ли для неё сейчас соваться в Проклятые Земли?

В любом случае, надо бы быстрее вернуть ей мужа, слишком много волноваться Агате уж точно вредно.

— Наберём миллион, не переживай, — повторил я.

А про себя решил, что буду искать и другие методы вернуть Леонида в строй. Что может быть лучше, чем помочь воссоединиться семье? А заодно и заполучить в должники человека с мощным Даром на исцеление?

* * *

Примерно об этом я думал и в то время, когда мы отдыхали в домике, и когда, покинув его, направились искать и уничтожать скопления монстров. Перед тем, как идти к Ядру, нужно было максимально вычистить подступы, чтобы твари не ударили в спину.

Провозились до вечера, вернулись в дом фермера, где и заночевали. Я вызвался дежурить всю ночь, ибо моё поисковое заклинание гораздо более эффективно, чем глаза обычного караульного.

Но Агата воспротивилась, а вслед за ней и остальные. Говорят, раньше справлялись своими силами, и сейчас справятся.

Так что дежурить мне выдалось лишь под утро, и я даже смог хорошенько выспаться, расстелив самонадувающийся матрас на полу дома.

Пусть я и хорошего мнения о группе Агаты, но, как говорится, доверяй да проверяй. Так что во сне часть моего сознания благодаря Печати Близнеца следила за «показаниями» поискового заклинания.

Но ночью никаких неприятностей с нами не произошло, разве что Агату стошнило во время её дежурства.

Наступило утро. Мы позавтракали и, собрав свои вещи, направились к Ядру. Вчера вечером нам приходилось долго выискивать монстров, так что наш командир решила, что их почти не осталось на подступах, а значит, пришло время нанести решающий удар.

Большинство выживших тварей ушло в глухую оборону, собравшись в самом важном месте Проклятых Земель.

Туда же шли и мы, ориентируясь на зелёные энергетические всполохи в густом тумане. Чем ближе ты к Ядру Проклятых Земель, тем этих всполохов становится всё больше и больше.

В какой-то момент, взглянув на напряжённую Агату, я замер от неожиданности. Первой мыслью было:

«Что с ней опять случилось? С чего вдруг позеленела?»

Но уже через секунду пришло осознание, что это всё из-за окружающего нас освещения. Энергетических всполохов стало настолько много, что все мы казались зеленоватыми. Магический свет ещё и очень странно рассеивался в густом тумане, что тоже добавляло зеленоватости.

Осознав это, я поморщился. Так-то мне нравится зелёный цвет — в моём прошлом мире после Первого Пришествия не хватало зелени и красок. Однако же местный зелёный ничего общего не имеет с цветом растений.

В Проклятых Землях всё мертвецки зелёного оттенка. Как гной…

Так себе обстановочка.

Но, всяко лучше, чем в моём прошлом мире вокруг демонских Твердынь.

— Керн, ну что там? — сосредоточенно спросила Агата.

Марат в очередной раз посмотрел на артефактный «Компас Самоцветова» и покачал головой.

— Походу, можно убирать его до следующего похода, — проворчал шрамолицый. — Слишком близко к Ядру, стрелка не может успокоиться.

— Ясно, — сдержанно ответила командир. — Убирай. Бивень, возьми правее. Близнец, как только почувствуешь тварей, дай знать.

Глубокое дыхание монстров я ощутил минут через пятнадцать после этой беседы. Секунд тридцать изучал его, а затем произнёс:

— Если возьмём ещё немного правее, выйдем как раз к центру скопления. Там они чуть ли не на головах друг у друга лежат.

— Поняла, — кивнула Вавилова. — Бивень, бери левее. Близнец, корректируй курс. Задача: зайти им во фланг.

— Есть, командир, — отозвался я, радуясь, что Агата приняла верное решение.

Я вывел нашу группу к нужной точке, и командир снова приказала разделиться. Как и в прошлые разы, я был в паре с ней, остальные члены группы — вместе. Таким образом, в каждой мини-группе было по одному одарённому, способному поставить твёрдую защитную стену.

По крайней мере, так думала командирша. Ведь в нашей с ней мини-группе мы оба могли в случае опасности создать подобную стену — она изо льда, а я из металла.

Впереди показались напряжённые рожи иглогривов. Агата упёрла в плечо приклад и прицелилась.

— Многовато их здесь собралось… — хмуро произнесла она.

— Я ощутил пятьдесят две туши, — подтвердил я. — Мы зашли с верного направления, пока все сюда сбегутся, треть передохнет. Но, если ты позволишь, я бы предложил немного сменить тактику.

Агата опустила винтовку и повернулась в мою сторону.

— Говори, — деловито произнесла она.

— Есть у меня одно предложение… На первый взгляд очень рискованное. Но, если всё правильно сделать, риск будет даже меньше, чем отстреливать их с этой точки.

— Заинтриговал, — недовольно произнесла Агата. — Ну? Я слушаю.