Глава 7

— Не смей говорить в таком тоне с моим вассалом! — выкрикнула баронесса Завьялова и гневно топнула.

Малышка Зинаида была облачена в тёмное платье и тонкие чулки в цвет, отчего на фоне зелёного парка МАУД казалась мрачным пятном.

И это мрачное пятно было в ярости. Баронессе было плевать на разницу в росте — сейчас она с вызовом смотрела на двухметрового студента.

— Хах! — усмехнулся её оппонент. — При всём уважении, ваше благородие, сейчас вы в столице, а не у себя на малой родине. Вам и вашему вассалу стоило бы чуть поумерить свой пыл и тон. — Он с презрением покосился на Анну, стоявшую подле Завьяловой и гневно хмурящуюся.

— Отчего же? — холодно спросила Анна, вскинув подбородок. — Баронский титул имеет одинаковый вес в любой части Империи. Пусть вы и боярин, господин Логашов, её благородие стоит выше вас в социальной иерархии.

— Лишь номинально, — скривился двухметровый Логашов. — Юридически мы равны, и оба относимся к боярскому сословию. А вот вы — нет. И потому я спрашиваю: какого чёрта вы позволяете себе говорить со мной в таком тоне⁈ Какого чёрта требуете что-то от меня, а⁈

Он повернулся к Анне и, будто бы раздулся в плечах. Баронесса попыталась снова наброситься на Логашова, но перед ней оказались два его улыбчивых собрата-кольценосца.

Анна гневно смотрела на боярина, собираясь с мыслями, но ответить что-либо не успела.

— Зинаида Константиновна, Анна, рад вас видеть, — добродушно произнёс я, «отключив» воздушное рассеивание, под которым я скрытно подошёл к спорщикам.

Но несмотря на скрыт, я изначально не собирался стоять в сторонке. Не тогда, когда юные змеевидцы наседают на моих товарищей.

— Александр? — удивлённо пробормотала Анна. Казалось, моё появление развеяло большую часть её ярости.

— Егоров? — самодовольно хмыкнула баронесса и, скривившись, покосилась на кольценосцев.

Мол, «ну что, твари? Сейчас вы попляшете!»

Однако и бить морды боярам, пока я сам простолюдин, я тоже не намеревался.

Ну… по крайней мере, в открытую.

Поэтому я всё с той же добродушной улыбкой повернулся к Логашову и продолжил:

— Доброго дня, судари. Прошу прощения, что прерываю вашу захватывающую беседу, но вынужден похитить у вас этих милых сударынь.

Я подхватил Анну под локоток и потянул в сторону баронессы. Подхватил Завьялову другой рукой…

От удивления и неожиданности ни одна из них и не думала сопротивляться. Я уж подумал, что мы так и уйдём по-английски, не прощаясь.

Однако за спиной раздалось громогласное:

— Стоять!

Я поморщился. Эмоции, которые я всё это время давил внутри себя, начали бурлить и прорываться наружу.

Что за мерзавец, а⁈ Это мелочь думает, что может разговаривать со мной в таком тоне? Особенно после того, как пытался бычить на Анну?

Молодое тело с радостью отзывалось не негодование души.

Я остановился и обернулся через плечо.

— Это вы мне, сударь? — хмуро спросил я.

Анна посмотрела на меня с тревогой и чуть потянула в сторону, будто пытаясь увести подальше от конфликта.

Нет, Анна не страшится конфликтов. Но, как я уже успел заметить, она слишком переживает за то, что я простолюдин, а проблемы на свою голову ищу отнюдь не простолюдинские.

Ведь в случае конфликта простолюдина и боярина закон однозначно будет на стороне последнего.

А вот баронесса смотрела на меня с горящими глазами. Её взгляд будто бы кричал: «Давай мясо! Давай мясо!»

— Тебе, Егоров, — поморщившись, ответил Логашов. — Так уж и быть, я закрою глаза на то, что ты сейчас самым наглым образом вмешался в нашу беседу. Но сделаю это лишь потому, что ты кой-кому очень нужен. — Он усмехнулся и, с победным видом глянув на Анну, продолжил: — Тебя ждут, Егоров. Скоро придёт время выбрать нужную сторону.

Анна в мгновенье ока поняла суть сказанного и изумлённо уставилась на меня.

Но, к чести своей, руки не отпустила и даже не отпрянула.

Верит в меня. Хоть слышать, как змеевидцы открыто зазывают меня к себе, ей явно неприятно.

Реакция Анны чуть успокоила бушующую во мне ярость. Я усмехнулся и, пожав плечами, ответил Логашову:

— Понятия не имею, о чём вы, сударь. А теперь, господа, прошу нас простить. До свидания. Дамы, позвольте проводить вас до общежития.

Больше он не окликал меня, иначе выглядел бы совсем жалко. Мы с девушками молча прошли до поворота, баронесса оглянулась и, убедившись, что нас уже не видно, резко выдернула свою ручку.

— Отпусти меня, Егоров! Что ты себе позволяешь⁈ И Анну не смей трогать!

Я покосился на неё и, улыбнувшись, проговорил:

— Зина, ну чего ты такая злая сегодня?

— «Зина»? — удивлённо хлопнув ресничками, переспросила Анна и недовольно уставилась…

Нет, не на меня, а на свою «госпожу».

Баронесса смутилась и невнятно пробурчала:

— Понятия не имею, что это Егоров себе позволяет…

— Твои слова ранят моё сердце, Зина! — изобразил я ужас. — И это после всего, что было между нами в подземелье?

Щёчки баронессы залило румянцем, и она, яростно топнув, выпалила:

— Ничего не было! НИ-ЧЕ-ГО!!!

— Да-да, ты права… — покивал я. — Как сказал Росомаха: «Что было в подземелье — остаётся в подземелье»… Малышка!

— Ар-р-р-р!!! — как пират зарычала баронесса и рванула на наши с Анной руки. — Не неси чушь!

Увы, пришлось отпустить Анну, иначе баронесса просто повисла бы на нас.

Анна удивлённо смотрела на свою «госпожу», потом повернулась ко мне и покачала головой.

— Как я вижу, вы двое в самом деле хорошо провели время в подземелье. И даже страшная рана её благородия не помешала вам. Спасибо, Александр, что позаботились о ней.

— Вы уже не раз благодарили меня, — улыбнулся я Анне.

Она кивнула и перевела взгляд на Завьялову.

— А вас, ваше благородие, я хочу попросить всё же подробнее мне рассказать обо всём, что там произошло. А то, когда я спрашивала, вы говорили, что ничего особенного. Но… сдаётся мне, всё же что-то особенное там было.

— Эм… ну… — потерялась баронесса, а затем выдохнула и опустила голову.

Мне даже стало её немного жаль, так что я поспешил сменить тему:

— Дамы, я обещал проводить вас до общежития. Пойдёмте?

— Пойдёмте, — кивнула Анна, с грустью покосилась на мой локоть, но тут же подняла взгляд и первой направилась по аллее.

Хах… она хотела бы и дальше идти со мной под ручку. Но если я предложу — откажется.

Я быстро догнал её, открыл было рот, чтобы задать один важный вопрос, да не успел.

— Александр, прошу, ответьте мне честно. Я правильно поняла, что некая организация, действующая в том числе в пределах МАУД, приглашала вас в свои ряды?

Спросив это, она даже не посмотрела на меня. Наоборот, делала вид, что её очень сильно заинтересовала клумба с огромными петуньями.

— Правильно, — спокойно ответил я. — Круг Змеевидца подкидывал мне под дверь письмо с предложением.

Анна резко повернулась и уставилась на меня.

— Вы даже знаете их название? — выпалила она. — Откуда?

Я состроил скептическое выражение лица и почесал затылок.

— Хм… — поняла меня Анна. — Наводили справки у знакомых аристократов? Резановых? Самоцветовых? Может быть, Мурашовых?

Я улыбнулся вместо ответа.

Анна кивнула.

— Понятно… И… Что вы думаете ответить Кругу? — В её голосе слышалась тревога. Девушка сбивчиво продолжила: — Раз они приглашают вас к себе, стало быть, высоко оценили ваш потенциал… Хотя изначально пытались за ваш счёт устроить проверку своему новичку. — Она смешно поморщила носик, припомнив случай в столовой.

А затем вновь уставилась на меня с таким видом, будто боится услышать ответ.

Я не хотел лишний раз заставлять Анну волноваться, потому не стал ходить вокруг да около и произнёс:

— Всё верно: часть Круга считает, что я мог бы быть им полезен. Но не переживайте, другая его часть подкидывает мне не письма под дверь, а ядовитых змей в постель.

Я усмехнулся.

Баронесса, молча слушавшая нашу беседу, громко хмыкнула. А Анна, поджав губы, покачала головой:

— Значит, вам тоже…

— Да, — кивнул я. — Как и вам. Вы не ошиблись в своём предположении, что Круг может и мне отправить это… предупреждение? Я, честно говоря, сомневаюсь, что они в самом деле были уверены, что я не замечу чёрную змею на белых простынях. А если бы она действительно меня отравила? Зачем Кругу такая шумиха в своём гнезде?

— Я согласна с вами, — холодно произнесла Анна, глядя куда-то вдаль. — Однако, думаю, в стенах МАУД дело бы смогли замять.

— Не буду с вами спорить, — кивнул я. — Секундочку. Мне нужно кое-что забрать.

Ускорившись, я оторвался от девушек и быстрым шагом направился к ближайшим кустам черёмухи. За ними я уже слышал знакомый голос:

— Ты погляди, какая находка, Мишенька! — радостно воскликнула комендантша общежития для преподавателей и персонала.

— Хм… может, это кто-то оставил, Зоя? — пробасил в ответ, видимо, её молодой фаворит — плотник, устроившийся в МАУД этим летом. — Или что хуже… Бомба! Не трогай её, нужно сообщить охране!

— Тю, Мишенька! Чего людей лишний раз беспокоить. Давай возьмём, и я тебе дома йогурт сделаю! А может, лучше продать на «А-вите», и…

Обогнув кусты, я увидел короткостриженую рыжую женщину и молодого накаченного парня в майке-алкашке. Комендантша как раз тянула свои пухленькие ручонки к моей йогуртнице.

— Извините, Зоя Петровна, но эта штука — моя, — произнёс я, с улыбкой наблюдая за ними.

Комендантша вздрогнула и повернула голову.

— Егоров? — пробурчала она недовольно. — Вот так встреча. Хорошо поживаешь в новом общежитии? Вот и поживай дальше там, где поживаешь.

Она продолжила тянуться к моей недавней покупке.

— Вы что же, Зоя Петровна, воровать удумали? — усмехнулся я.

— Эй… парень, — скривился плотник Миша и попёр на меня. — А ты не обнаглел так с моей Зоей говорить?

— А? — хмуро спросил я, глядя ему в глаза.

На самом деле мне уже не терпелось добраться до своей комнаты и заняться исследованиями, и то, что обычный переход через территорию МАУД превратился для меня в полосу препятствий, уже порядком напрягало.

Миша, видимо, оказался глубоко чувственной натурой, ибо прекрасно прочувствовал мой настрой, отступил и опустил голову.

— Не… ну если в самом деле твоя, то извиняй… просто… ну лежит без дела… — пробурчал он себе под нос.

Я прошёл мимо него, забрал «свою прелесть» и пакет с покупками прямо перед носом ошалевшей комендантши.

— Егоров! — окликнула она меня. — А точно твоё, а?

— Вам чек показать, что ли? — скривился я, глядя на неё.

— Эм… да ладно, верю. Ты парень не из брехунов. Но больше свои вещи так не бросай! Это нарушает правила Академии! Я, считай, сейчас тебя прикрыла от проблем!

— Ага, спасибо, — усмехнулся я и, повернувшись к Мише, добавил: — Береги её, дружище. Такая баба и накормит, и согреет.

Я хмыкнул и пошёл дальше.

— Да! Конечно! — крикнул мне в спину Михаил. — Буду беречь!

Баронесса и Анна уже догнали меня и сейчас с любопытством наблюдали эту сцену.

— Значит, вам нравится, когда женщина может вас накормить? — как бы невзначай поинтересовалась Анна, услышавшая мои последние слова.

— А кому это не нравится? — усмехнулся я. А затем серьёзным тоном добавил: — Но тут главное, чтобы ещё и женщина сама нравилась. Разговоры о том, что мужчины могут отдаться за кастрюлю борща, сильно преувеличены.

Анна чуть покраснела и улыбнулась краешком губ.

— А ты, Егоров, за что готов отдаться? — хмыкнула баронесса.

— А вы с какой целью интересуетесь? — тут же спросил я её. — Планы на меня строите?

— Эй! Не фантазируй! — мгновенно выпалила она и аж подскочила от гнева. — Не дождёшься такого! Никогда!

— Слишком бурно реагируете, — хмыкнул я, продолжая шагать в обнимку с йогуртницей. — Но, отвечая на ваш вопрос… некий пирог с брюшками сёмги, возможно, и смог бы растопить моё холодное сердце.

Я с улыбкой посмотрел на Анну. Она вскинулась и залилась румянцем, но тут же отвернулась.

Баронесса на миг подвисла. А затем бросилась на меня, размахивая своими мелкими кулачками.

— Ты свои шутки шути, да не зашучивайся! — верещала она. — Ишь! Комедиант!

— А я и не шучу, — усмехался я, легко уворачиваясь от её атак.

— Вот и я о том же! Шутник чёртов!

— Ваше благородие! — В один момент Анна подхватила её за плечо, и баронесса замерла с поднятой рукой. — Ну право слово, негоже высокородной аристократке устраивать такие игры в публичном месте.

От её взгляда Завьялова снова сжалась и стала казаться ещё мельче, чем была на самом деле.

— Кхм… — кашлянула Анна. — Пройдёмте дальше. Хм… вижу, вы, Александр, надумали поставить домашний йогурт?

Анна плавным жестом указала на мою йогуртницу. Я решил помочь ей сменить тему и ответил:

— Да вот, что-то захотелось свежих лактобактерий.

— Похвально, — кивнула девушка. — Правильное пищеварение — залог здоровья всего организма. Позволите дать вам совет?

— От вас я готов выслушивать любые советы, — с серьёзным видом кивнул я.

«Но не обязательно им следовать», — продолжил мысленно.

Анна благодарно кивнула и важно произнесла:

— Для приготовления используйте ультрапастеризованное молоко — в нём нет антибиотиков, которые убивают все полезные лактобактерии. Ну а чтобы йогурт был вкуснее, советую выбирать молоко с жирностью не меньше трёх процентов.

— Благодарю, Анна, — со всей серьёзностью кивнул я, не став говорить, что уже слышал этот совет от Василия.

Когда мы подошли к общежитию, Анна удивила меня, предложив поужинать сегодня. Пару секунд я смотрел на неё с тёплой улыбкой на устах и уже представлял, куда поведу девушку, думал, что надеть…

Хотел уж было произнести что-то в духе:

«Вы всё-таки решили принять моё предложение?»

Но баронесса Завьялова развеяла волшебство момента.

— Я тоже буду с вами, — проворчала она. — Столовая при общежитии станет отличным местом для нашей встречи.

Я опять перевёл взгляд на Анну. Она была предельно серьёзна.

Хм… стало быть, ужин не романтический, а деловой?

— Хорошо, — кивнул я. — В какое время вам будет удобно?

Обсудив с девушками детали предстоящей встречи, я поспешил в свой номер.

Ну наконец-то!

Эксперименты!

Надеюсь, никто мне больше не помешает, и…

Я открывал дверь номера, когда в грудь влетел энергетический сгусток. Чуть пошатнувшись, я зашёл внутрь, прикрыл дверь за собой и уселся на пуфик в прихожей.

Проклятье… всякий раз, когда Воздушный Близнец возвращается не по моей воле, откат от заклинания бьёт по мне гораздо сильнее.

Он опять был вынужден экстренно сваливать.

Это ожидаемо… Хоть я стал сильнее, а вместе со мной и мои заклинания, всё же Близнец не смог пробиться сквозь защиту подземного убежища местных Змеевидцев.

И всё же он продержался там дольше, чем в прошлый раз.

Я оставил его с Логашовым и его прихвостнями, когда мы попрощались, а сейчас я «впитывал» воспоминания.

Итак, мой шпион видел, как Логашов, убедившись, что никого нет поблизости, вместе с двумя товарищами вошёл в одиночный хозблок. Внутри было грязно и пыльно — как в какой-то заброшке. Притом для заброшки в этом здании было навешано слишком уж много разных артефактов.

Своим перстнем с изображением «Змеевидца» Логашов открыл люк и спустился в подвал. Троица прошла по коридору, в котором вспыхивал холодный электрический свет, и остановилась в небольшом мрачном холле перед следующей дверью. Доступа дальше у Логашова не было.

Усевшись на кожаный диван, троица принялась обсуждать недавнее происшествие. Как оказалось, Анна «наехала» на них за то, что «юные братья» с подачи Логашова вчера вечером затравили одного нашего однокурсника из второй группы.

Забавно, я думал, что только наша четвёртая группа — «отщепенцы», но, видимо, и в других группах встречаются те, на ком змеевидцы могут проверять своих неофитов.

Пока Логашов с товарищами беседовал, в подвал спустились ещё трое и присоединились к разговору. Я запоминал каждое услышанное слово и каждое увиденное лицо.

А затем я ощутил напряжение своего Близнеца. В один момент он почувствовал, что пора сваливать, иначе враг обнаружит моё отслеживающее заклинание.

Из последних сил невидимый шпион пытался фиксировать всё, что происходит вокруг. И перед тем, как вернуться ко мне, он увидел очередную группу спускающихся в подвал змеевидцев.

Во главе этой группы шла красивая, грустная девушка.

С волосами цвета белого, только что выпавшего снега.