Глава 17

Смотрю на Авдеева и не могу его узнать. Растерянный, смотрит куда угодно, только не в мои глаза. Может, я была слишком резка с ним, ведь он обещал защиту своей законной жене Авдеевой Эмилии Ивановне, разве обязан он был защищать Князеву Эмилию Ивановну? Поправляю воротник на своей водолазке.

— Знаешь — выдавливаю из себя полуулыбку — если тебе, вдруг станет легче, то я рада, что у меня на шее эти синяки, поверь это лучше, чем ложиться с ним в постель после тебя. Так, что считай, что мне еще повезло.

Я действительно так думаю. В тот проклятый вечер я ехала к нему и молила только о том, чтобы он устал, не захотел, да что угодно лишь бы не наваливался на меня, не чувствовать его касания и дыхание. Он не смог с самого начала, виновата осталась я. Может, я скоро не нужна ему буду. Возможно, в поездке он найдет себе молодую и красивую модель, которая не будет, как резиновая женщина. А о моем существовании просто напросто забудет. Смотрю на Авдеева, он садится напротив меня, достает сигарету, чиркает зажигалкой, но ничего не выходит.

— Здесь не курят — показываю ему на пожарные датчики — если сейчас закуришь, нас зальет. Так о чем ты хотел поговорить?

— О том, что тебе и сыну нужно улететь пока все не закончится, я смогу помочь — Тимофей сидит мрачнее тучи, прячет зажигалку в карман и постукивает сигаретой по столу, нервничает.

— Я прекрасно осознаю все риски, Авдеев, как и то, что компромат на него достать смогу только я. Устала от всего этого, Тимофей, я так дико устала. Не хочу никуда убегать, смысл? Он прекрасно знает, где живут мои бабушка и дедушка, думаешь, что он оставит их в покое? А что нам с сыном делать скрываться до конца своих дней от него. Исаев очень мстительный и мерзкий человек, он отдаст последние деньги лишь бы наказать меня. У меня только один выход идти до конца и, наконец, жить полноценной жизнью, дышать полной грудью — прикрываю глаза и думаю о том, что это и есть моя заветная мечта в данный момент.

— Эми, ты не можешь подставлять себя под удар — Авдеев смотрит мне прямо в глаза и я вижу в его взгляде вину, виноват ли он? Сложилось так, как сложилось. К чему теперь посыпать голову пеплом? — я что-нибудь обязательно придумаю, слышишь меня, дай мне еще пару дней. Я обязательно придумаю, как вывести тебя из дела и обеспечить твою безопасность. Ты мне веришь, Эми?

— Тимофей, не нужно ничего придумывать, мы будем действовать согласно нашему изначальному сценарию. Уже как есть, нам просто нужно быть аккуратными, мы немного потеряли голову с тобой. Может, тебе пока и с Даней ограничить встречи и общение — в голову лезут разные мысли, вдруг, он и за нашим сыном установит слежку. И я оставляю без ответа его вопрос. Верю ли я мужчине, который уже однажды выставил меня из своей жизни?

— Даня ему абсолютно не интересен — Авдеев пытается меня успокоить — не волнуйся, пожалуйста, этот вопрос мы так же держим на контроле.

— Я теперь не волнуюсь, Авдеев, теперь у Дани есть не только я. Мне совсем не страшно и мне пора работать — поглядываю на часы — у меня прием через пятнадцать минут.

Бывший муж молча встает и уходит, сегодня он не спорил со мной и даже ни разу не оскорбил, сидел мрачнее тучи и все время опускал глаза. Это ведь на него совсем не похоже. Возвращаюсь в свой кабинет, не будет никакого приема через пятнадцать минут, я соврала. Мне по-прежнему очень тяжело находиться с Тимофеем рядом, чувствовать его взгляд, слышать запах любимого мужчины, смотреть на него, но не касаться. Судьба очередной раз испытывает меня бросает в объятия любимого мужчины, чтобы потом безжалостно вырвать из его объятий и бросить на растерзание Исаеву. Ловлю себя на мысли, что мне было гораздо легче переживать присутствие Авдеева, когда он рычал на меня и пытался задеть. Сейчас мое сердце сжимается, когда я вижу этого большого мужчину таким растерянным. Не хочу его видеть таким, это ведь совершенно не Авдеев, пусть ненавидит меня, пусть называет сукой, так ведь гораздо проще ненавидеть его в ответ.