Глава 21

* * *

— Если очень захотеть — можно в космос полететь, а в реку можно заходить столько раз, сколько пожелает сердце и душа — Авдеев внимательно смотрит на меня. Не хочу ему признаваться, но у него получается, у Авдеева снова получается затуманить мой разум своим присутствием. Снова встать центром моей вселенной.

— Если очень захотеть, Авдеев, ты правильно заметил. Я уже налеталась с тобой в космосе, падать больно знаешь ли — смотрю на него и только сейчас замечаю мешки под глазами и его уставший вид. Не хочу думать о причинах того, почему он так выглядит — я не хочу, Тимофей, слышишь меня? Поэтому оставь меня в покое.

— Почему? Больше не любишь меня? — не сводит с меня пристального взгляда, берет стакан воды и делает жадный глоток. Авдеев нервничает.

— Не люблю — опускаю глаза в меню и пытаюсь сосредоточиться, чтобы сделать выбор, зря я приехала сюда с ним, зря я разговариваю с ним. Мне нужно просто встать и уйти, но нет сил, словно я привязана к Тимофею стальными канатами — если я не ошибаюсь, то ты говорил мне о своей женитьбе на хорошей девушке.

— У меня никого нет, Эмилия, я сказал это… я даже не знаю зачем сказал это — Авдеев мотает головой, словно пытается вернуться в прошлое и удалить из него ту сцену.

— Зато я прекрасно знаю для чего ты мне все это сказал, чтобы ударить меня словами, сделать больно. Посмотри, Эмилия, я нашел тебе замену и хочу создать семью, разве нет? — смотрю на него, он молчит, не отводит взгляд — я ведь не против, Тимофей, правда. Строй свою жизнь, но без меня, пожалуйста.

— Ты врешь — спокойно заключает он — врешь, что не осталось чувств ко мне. Ты всегда опускаешь глаза, когда говоришь неправду. Сейчас ты опустила глаза, значит, я никуда не уйду из твоей жизни. Хочешь ты этого или нет, мы с тобой теперь связаны навсегда, ты не можешь этого изменить. Наш сын всегда будет нас связывать.

Мы так и сидим с Авдеевым, никто из нас не делает заказ. Но официант сам приносит и расставляет перед нами блюда, разливает по бокалам дорогое вино и удаляется. Владелец ресторана так извиняется перед Авдеевым.

— Знаешь — делаю глоток вина — я так хотела, чтобы ты вот с такой же настойчивостью приехал ко мне, когда наш сын был совсем крошкой, я закрывала глаза и мечтала о том, что ты скоро появишься на пороге нашей комнаты и заберешь нас сыном. Мы ведь в конце концов не на луну улетели — выпиваю бокал вина и ставлю его на стол. Беру бокал Авдеева и делаю с ним тоже самое. Вино разливается по моим венам и придает мне уверенность — а ты так и не пришел. Ты ведь смог без меня, Авдеев, я не могла без тебя, а ты смог. Я тебя долго ждала, знаешь? Когда ходила беременная, я так мечтала, что ты приедешь ко мне, как в фильме, увидишь мой большой живот и все поймешь. Потом родился Даниил и я мечтала, что ты приедешь в день выписки и будешь благодарить меня за сына, я бы тогда все забыла и простила, сиюминутно. Ради Данечки, ради нас. После рождения сына я ждала тебя еще два года, может, ждала бы еще и еще, если бы… — замолкаю и прикусываю язык.

— Если бы? — внимательно смотрит на меня Авдеев.

— Если бы однажды окончательно не перестала верить тебе, Тимофей. Сидишь весь такой успешный, как глыба, серьезный мужчина. Занимающий серьезный пост, ты ведь долго к этому шел, мечтал об этом. Думаю, ты должен благодарить судьбу, что нас не было в твоей жизни, ты смог полностью сосредоточиться на карьере, ты преуспел, Авдеев — ухмыляюсь я, в голове начинает шуметь, официант снова подходит к нам и что-то ставит на стол, наполняет наши бокалы и так же незаметно исчезает. Мы не притрагиваемся к еде, смотрим друг на друга и видим в глазах друг друга непонимание, отчаяние и злость. Беру свой бокал и выпиваю содержимое. Может, если я сейчас напьюсь и все ему выскажу, может, тогда мне станет чуточку легче.

— Я тоже был не на луне, Эмилия! Но ты предпочла скрыть от меня беременность и сына — бросается в ответ на меня Тимофей.

— Ты в наш последний разговор сказал, что рад тому, что у нас нет детей — напоминаю ему его же слова — я хорошо это запомнила.

— Я был зол на тебя, Эмилия, ты сама должна это понимать — сжимает руку в кулак, а я до сих пор не понимаю причину его злости, да разве это сейчас важно?

— Выходит, что больше ты на меня не злишься? Мне обрадоваться этому, что спустя пятнадцать лет, ты решил перестать на меня злиться — смеюсь ему в лицо-Абсурд и сюр какой-то-Авдеев, иди ты к черту, пожалуйста! Продолжай на меня злиться дальше и даже не думай прощать — встаю, но голова начинает кружиться, Тимофей меня подхватывает за талию и его запах проникает всюду. Хочу кричать, чтобы он отошел от меня и не смел ко мне подходить, чтобы не смел трогать меня своими руками, не смел прижимать к себе и делать вид, что волнуется обо мне.

— Я отвезу тебя — хрипит Авдеев и подхватывает меня на руки. На задворках моего сознания мелькают мысли о том, что люди Исаева могут быть и здесь, а Авдеев несет меня пьяную в свою машину. Но мне так плевать, я так устала всего бояться. Голова кружится, я давно столько не пила, три бокала вина вывели меня из равновесия. Тимофей везет меня домой, а к моему горлу подкатывает ком, меня стошнило прямо у него в машине. Бывший муж включает поворотник, помогает мне выйти на воздух и умывает водой, стягивает с меня грязную олимпийку вместе с бюстгальтером и надевает свою футболку. Голова начинает болеть со страшной силой, ненавижу его за свое состояние, ненавижу его за то, что я теряю себя рядом с ним. Сил нет, я падаю на колени у обочины, впиваюсь пальцами в траву и пытаюсь глубоко и размеренно дышать.

— Зачем ты опять появился⁈ — спрашиваю его шепотом — зачем ты опять появился в моей жизни⁈ — перехожу на крик, встаю пошатываясь. Толкаю Авдеева в грудь — ты ведь меня уже обманул, Тимофей. Ты обещал мне, обещал, что меня и пальцем никто не тронет! Ты хоть представляешь, что мне пришлось пережить пока ты карабкался вверх к своей мечте⁈ Я не хочу тебя рядом, слышишь ты⁈ Не хочу тебя рядом!