Глава 2. Женщина по имени Вэрра

Утро выдалось хлопотным. Я до боли в пальцах оттирала ножом и тряпкой жирные застарелые пятна на столах и лавках. Перебирала посуду и проводила ревизию в кладовых. Запасы, конечно, весьма скудные. Зато пойла достаточно. Плечи неконтролируемо передергивались при воспоминании о вчерашних «клиентах».

Я как раз пыталась понять, чем в этом мире отмывают полы за неимением привычной химии, когда дверь таверны распахнулась так, будто ее собирались вынести вместе с косяком.

— Ви-о-ле-е-етта! — прогремел голос, от которого у меня дрогнули внутренности. — Ты живая там или уже все глаза выплакала?

Я вздрогнула и едва не уронила ведро.

На пороге стояла женщина. Нет.ЖЕНЩИНА.

Тучная, высокая, в пестрой юбке, которая явно пережила больше приключений, чем я за всю свою жизнь. На голове — платок, завязанный так, будто его владелица не боялась ни ветра, ни мнения окружающих. Щеки румяные, глаза живые, цепкие и слишком внимательные. Хотя черты лица и казались немного по-мужски грубоватыми, как только она улыбалась, оно тут же преображалось, становясь по-матерински притяным.

— Э-э… — выдавила я, распрямляясь. — А вы…

Она окинула зал быстрым взглядом, цокнула языком и тут же взялась за дело — пододвинула лавку, что мешала пройти внутрь, отшвырнула в сторону пустую кружку, принюхалась. Скинула с головы платок, ловко повязав его на плечах. Мой растерянный взгляд зацепился за мушку на левой щеке.

— Ну и вонь ты тут развела, — сказала она без злобы, но тут же снова улыбнулась. — Очнулась, значит, не врут эти пустомели.

Я моргнула.

— Мы… знакомы?

Незнакомка остановилась. Посмотрела на меня пристально, слишком долго. И вдруг улыбнулась мягче.

— Ага, — сказала она. — Вэрра я. Соседка, помнишь? Можно Вэррасерда, но тебе и Вэрра сойдет, чай не в столице на приеме. Ты сегодня странная. Как будто заново родилась. Хотя все лучше, чем было!

У меня по спине пробежал холодок. Ее слова были слишком близки к правде.

— Вы так шутите?

— А ты думаешь, я шучу? — фыркнула она. — После того, как тебя дракон вышвырнул, ты неделю смотрела в одну точку и сопли на кулак мотала. А сейчас стоишь ровно, смотришь прямо, тряпку в руки взяла, пол моешь. Другая ты.

Я сглотнула.

Черт. В памяти Виолетты нет ничего о том, как в этом мире относятся к попаданкам. Нужно быть осторожнее. Я сглотнула и отвела глаза, уделив пристальное внимание ранее пропущенному пятну на ближайшем столе.

— Люди… меняются.

— Иногда, — согласилась Вэрра и тут же махнула рукой. — Ладно, даже если память не вся на месте — ничего. Бывает. Особенно после таких… браков.

Она подошла ближе и вдруг положила мне руку на плечо. Теплую, тяжелую, но не давящую. Я с трудом подавила желание отшагнуть, не желая оскорбить незнакомку.

— Слушай сюда, девочка. Брошенная жена — это не конец. Это просто факт. Кто-то плюнет, кто-то пожалеет. Но если ты не сломаешься в первые месяцы — дальше легче. Ты сейчас собираешься просто выжить или доказать всем, что они ошибались?

Вопрос был резким. Неприятным. И слишком точным, и я была к нему не готова. Мои планы, честно говоря, все еще были весьма смутными. Пока в них входило только привести это место в приличный вид.

— Я… — начала я и осеклась.

Вэрра прищурилась.

— Вот. Слабина, — сказала она без злобы, но покачала головой. — Запомни: если ты сама не знаешь, зачем встала с утра, деревня это почувствует.

— Деревня? — переспросила я, поднимая брови.

— Ага. Здесь все ждут, — она усмехнулась. — Кто — твоих слез. Кто — чтобы ты сбежала. Кто — чтобы таверна наконец закрылась, и можно было растащить на доски, раз дракон за тобой больше не стоит.

Я поежилась и заставила себя встретиться с гостьей взглядом.

— А вы что ждете? — спросила я.

Она молчала несколько секунд, затем пожала плечами.

— Я жду, кем ты окажешься. Очередной брошенной леди или хозяйкой самой себе. Первых я уже видела. Вторых встречала слишком редко.

Это было неприятно, но честно. И почему-то именно это задело сильнее всего. Вэрра начинала мне нравиться своей прямотой.

— А если не справлюсь? — тихо спросила я.

Вэрра фыркнула.

— Тогда уже все равно.

Странно, но от этих слов мне действительно стало спокойнее. Я даже кивнула, будто бы соглашаясь, но на самом деле лишь размышляя, как теперь задать более насущные вопросы столь словоохотливой гостье.

Она же, не стесняясь, прошла мимо меня на кухню, заглянула в пустые шкафы и покрытую копотью печь, как отчистить которую я пока не придумала. Нахмурилась.

— Жрать тут нечего.

— Зато есть вино и пиво, — неуверенно сказала я, поморщившись. Когда я решилась понюхать бочки, мне потребовалось несколько минут, чтобы заставить свои глаза вновь стать нормального размера и вспомнить, как дышать не ртом.

— Вот именно, — фыркнула Вэрра. — И поэтому у тебя тут одни пьянчуги и ошиваются.

Она повернулась ко мне.

— Хочешь совет? Люди готовы простить тебе почти все, если ты их хорошо накормишь.

Я медленно кивнула. Эта мысль была… знакомой.

На самом деле, о чем-то подобном я и думала с того момента, как приняла факт, что именно здесь мне теперь предстоит продолжать свою жизнь.

— У меня есть кое-какие овощи, ягоды, травы, — продолжила она. — В долг дам. Если готова заплатить задаток, договорюсь с мясником, что остаток завтра занесешь. Раз объявила, что будет по-другому — нужно выполнять, а у тебя только что мышей прокормить — зерно, мука да мед в избытке.

— Я… отдам, — быстро сказала я, покрепче охватывая древко метлы, что все еще сжимала в пальцах с момента, как Вэрра так внезапно ворвалась в мою новую жизнь. — Обязательно.

Вэрра посмотрела на меня, прищурившись, а потом рассмеялась — громко, заразительно.

— Конечно, отдашь. Ты теперь из тех, кто не ждет, что все появится само по себе. Мне это нравится, девочка. А теперь давай-ка и я помогу тебе прибраться здесь, а то еще помрешь с непривычки.

Я все еще с некоторым удивлением наблюдала за тем, как Вэрра решительно принялась помогать мне с уборкой, но быстро присоединилась, не желая выглядеть лентяйкой. То и дело бросала на новую знакомую взгляды украдкой, пытаясь выцепить из памяти прошлой Виолетты хоть что-то об этой во всех смыслах заметной женщине. Но, судя по всему, и правда все, чем она занималась предыдущие дни после внезапного развода, — пялилась в стену и лила слезы.

Это почему-то заставило меня снова начать злиться и отмывать барную стойку с двойным усердием. Ну я уж точно не стану убиваться из-за какого-то мужлана, пусть и крылатого.

К вечеру таверна хоть и не сверкала, но уже не выглядела как пристанище бродяг и пьяниц. Столы избавились от жирных пятен, лавки и стулья стояли аккуратно, а стаканы действительно были чистыми — раньше их, кажется, лишь слегка споласкивали и тут же использовали для новой порции пойла.

Я стояла около двери в кухню и потягивалась в разные стороны, пытаясь облегчить боль от непривычных к подобному труду мышц изнеженного тела бывшей аристократки. Ну ничего, мне в студенческие годы приходилось подрабатывать на самых разных работах, я и не к такому готова.

— Ну, красавица, пойдем посмотрим, какие из продуктов тебе пригодятся, а я смогу одолжить, — подмигнула мне Вэрра, что, несмотря на свой возраст и комплекцию, действительно оказалась незаменимой помощницей.

Пока мы убирались, она немного рассказала мне о месте, в котором мне посчастливилось обзавестись имуществом. Вилка была средних размеров деревней в сутках пути от столицы, которая в целом мало чем могла похвастаться.

Вэрра лихо повязала платок на голову и, дождавшись, когда я накину найденный в комнате похожий платок на плечи, решительно вышла за порог и пошла вперед, показывая дорогу.

Люди в большинстве своем были вовсе не хмурые и грязные, как я ожидала, а напротив — будто бы изо всех сил старались добавить хоть немного ярких красок в это место. Яркие заплатки на одежде детей, расшитые красивой вышивкой платки на головах женщин, широкие пояса из ярких отрезов ткани у мужчин. Я смотрела на всех с интересом, крутила головой и вовсе не боялась выглядеть глупо. В конце концов, та Виолетта тоже оказалась здесь не так давно. Мне даже стало интересно тоже научиться носить платок на манер местных.

— Смотри, куда топаешь, тетенька! — визгливый голос девчушки лет десяти сбил меня с толку. Девчонка вылетела из подворотни и резко затормозила, уткнувшись мне в пояс. Щербатая улыбка, грязные колени, ободранные костяшки.

Я смотрела на нее слегка растерянно и уже собиралась отступить в сторону, давая малявке продолжить свой забег, когда грозный голос Вэрры заставил девочку вздрогнуть и втянуть голову в плечи.

— А ну стой, Милка! Верни!

— Я ничего… — начала она, но Вэрра уже шагнула ближе, цыкнув.

— Или сейчас — или вечером твоя мать узнает, чем ты занимаешься.

Милка покраснела, зло шмыгнула носом и с явной неохотой сунула мне в руку кожаный кошелек. Мой. Я даже не заметила, когда он исчез. Сердце неприятно екнуло.

— Ловкая, — сказала я тихо, разглядывая девочку.

— Выживает, — отрезала Вэрра. — Как и многие здесь.

Я вытащила из кошелька медную монету и протянула Милке.

— Если сегодня ко мне придут приличные гости, — сказала я спокойно, — получишь еще две. Но не за воровство. За слухи.

Она замерла, недоверчиво глядя то на меня, то на Вэрру.

— Правда?

— Правда.

Милка быстро схватила монету, будто боялась, что я передумаю, и отскочила на шаг.

— Будут гости, — буркнула она и, уже убегая, бросила через плечо: — Но про тебя и так уже говорят.

Я нахмурилась.

— Говорят — что?

Девчонка остановилась, на секунду задумалась… и, тряхнув косой, отмахнулась.

— Что ты не просто брошенная. Что за тобой кто-то смотрит.

Она исчезла в подворотне. Я медленно выдохнула и повернулась к Вэрре, слегка ошарашенная.

— Это… нормально?

Она смотрела не на меня, а в ту сторону, куда убежала Милка, и лицо у нее вдруг стало серьезным.

— Посмотрим, — сказала она, пожимая плечами. — Но похоже, что ты стала заметной быстрее, чем была готова. Не обижайся на Милку, она девчонка хорошая, но дома у нее еще три брата и маленькая сестра. Отец недавно сгинул на охоте. Девочка старается помочь матери, но уму-разуму еще не научилась. Ладно, Виолеттка, пошли, а то не успеешь приготовить свой роскошный ужин!